«Если», 2003 № 03
Шрифт:
— Познакомьтесь, мадам, это Смит, мой лучший караван-мастер, — сказал кузен. — Один из самых опытных в наших краях. Ему вы можете без боязни доверить самый драгоценный, самый хрупкий груз.
Это было не совсем так. Точнее, совсем не так: Смит ни разу в жизни не водил караваны — просто лучший караван-мастер транспортной фирмы его кузена пал жертвой вендетты аккурат в тот день, когда Смит внезапно прибыл в Троон. И хотя предложение стать новым караван-мастером фирмы было достаточно лестно, обучиться хотя бы начаткам нового ремесла Смит не успел.
— Рада познакомиться, — пропела приятным
— Да прославится ваш дом, леди, — пробормотал Смит.
Кузен откашлялся.
— Для нас всех огромное счастье оказать помощь высокородной леди Семь Бабочек из студии «Семь Бабочек», — сказал он. — Нам выпала высокая честь сопровождать в пути ее бессмертные творения.
— Очень рад, — поддержал его Смит и поклонился. — Можете на меня положиться, леди.
Но леди Семь Бабочек, оправдывая свое имя, уже потеряла к нему всякий интерес и упорхнула вместе со своей огромной чашей для пунша. Кузен, напротив, приблизился к Смиту вплотную и, схватив за плечо, наклонился так низко, что их маски столкнулись с костяным стуком.
— Очень важный клиент!.. — прошипел кузен. — Богата, как сокровищница императора, и почти готова подписать контракт, предоставляющий нам исключительное право на транспортировку ее товаров. Леди Семь Бабочек работала с фирмой «Стоун и сын», но во время последней экспедиции они испортили груз. Нам жизненно необходимо перехватить этот контракт!
— Ясно, — Смит понимающе кивнул. — А что за груз?
— Один гросс стеклянных бабочек, разумеется! — нетерпеливо воскликнул его кузен и, круто повернувшись на каблуках, поспешил вслед за леди Семь Бабочек. Смит снова сел, чувствуя себя сильно озадаченным. Впрочем, подумал он, уже то хорошо, что новая работа требует постоянного пребывания на свежем воздухе, которого коренным жителям Троона хронически не хватает.
Некоторое время он наблюдал за танцующими парами, грациозно двигавшимися в такт музыке по площадке в центре зала, любуясь четкими, геометрически правильными следами, которые шлейфы парчовых нарядов оставляли в толстом слое золотистой пыли на полу, и размышляя о несчастливом стечении обстоятельств, приведших его сюда. Все началось с совершенно невинного похода в лавку на углу, где Смит собирался купить порцию жареных в масле угрей, а чем кончилось?!..
Нет, нельзя сказать, что он абсолютно не виноват. Просто Смит уже достиг того возраста, когда жареный угорь и кружка доброго пива кажутся не менее привлекательными, чем все юбки на свете. Он сам это знал, и именно поэтому все последующее казалось ему таким несправедливым. Кроме того, его нельзя было назвать красавчиком. Наибольшим успехом Смит пользовался у зрелых женщин, которые предпочитали мужественных, покрытых шрамами бойцов, а не тоненьких, женоподобных пажей. Даже братья той девушки, из-за которой и заварилась вся каша, вынуждены были признать, что, возможно, одна из сторон допустила серьезную ошибку. Увы, это нисколько не ослабило, их решимости лишить Смита головы, ибо,
Подумав об этом, Смит вздохнул и, взболтав эль в бокале, с отвращением заметил на дне толстый слой разбухшей пыли. Он уже собирался подозвать официанта, когда сквозь толпу к его столику снова протолкался кузен, тащивший за собой очередного клиента.
— …Никаких оснований для беспокойства, милорд. Мой старший караванщик — испытанный ветеран, настоящий мастер своего дела. Смит, я горжусь, что могу поручить твоим заботам благородного лорда Эрменвира из Дома Зимородка.
— Да прославится ваш дом, милорд, — ответил Смит, вставая. Насколько он мог припомнить, ему еще никогда не приходилось слышать о Доме Зимородка.
Как раз в этот момент лорд Эрменвир согнулся в приступе жесточайшего кашля, поэтому Смит не сразу разглядел его лицо. Наконец лорд выпрямился, вытирая губы вышитым носовым платком, и Смит увидел юношу маленького роста и крайне деликатного сложения. Из- под полумаски, изображавшей голову единорога, торчала напомаженная и тщательно завитая бородка. Глаза в прорезях маски блестели лихорадочным блеском.
— Привет!.. — прохрипел лорд. — Значит, ты и есть тот парень, который доставит меня в Сэлеш Морские Ворота? Надеюсь, ты знаком и с ремеслом плакальщика, поскольку я несомненно)умру в дороге…
— Его светлость шутит, — вставил кузен, заламывая руки. — Отец благородного лорда Эрменвира заплатил немалую сумму за то, чтобы мы отвезли его сына на лучший курорт в Сэлеше. Я дал письменную гарантию, что мы сумеем благополучно доставить его светлость к морю.
— В самом деле? — удивился лорд Эрменвир. — Довольно опрометчиво с вашей стороны. Вот, взгляните сами… — Носком туфли он начертил в пыли на полу некое подобие мишени, потом, отступив назад на несколько шагов, откашлялся и выплюнул внушительный сгусток крови. Прочертив в воздухе дугу, плевок угодил в самый центр мишени.
— Видали? — спросил лорд Эрменвир почти весело, пока Смит и его брат таращились на мишень и друг на друга. — Это последняя стадия. Впрочем, не беспокойтесь: в моем багаже есть и белая ткань для савана, и бальзамирующие составы. Кроме того, мой почтенный отец не особенно расстроится, если я окончу свой земной путь в столь раннем возрасте, что бы он там ни говорил.
Кузен проговорил поспешно:
— Я уверен, все дело в нашем не особенно благоприятном климате, милорд. Уверяю вас, я сам кашлял кровью всего пару часов назад. К счастью, с началом зимних дождей это обычно проходит.
— Надеюсь, что к тому времени, когда они начнутся, я уже буду в аду или в Сэлеше, — проворчал юноша и окинул Смита пытливым взглядом. — Ну, караван-мастер, я уверен, вы назначите отправление на какой-нибудь безбожно ранний час. Значит, когда пропоют петухи, я все еще буду нежиться на своей пуховой перинке, так что вы отправитесь без меня.
— Караван действительно отправляется с площади у Западных ворот за час до рассвета, милорд, — сдержанно объяснил Смит. — Но…
— Отлично, я буду там, — внезапно перебил юный лорд. — Итак, до утра.