Эти странные австралийцы

Ну разве может встреча с этим почти пустынным ландшафтом, где на каждой квадратной миле живет всего лишь пять человеческих душ, оставить европейца равнодушным? И эти необъятные просторы в 56 раз превышают площадь Англии!

Ксенофобы! Вот вам страна, где вы можете дать себе полную волю! Чем ближе вы будете узнавать австралийцев, тем

больше вы будете ненавидеть вообще всех иностранцев.

Австралийцы, или оззи (как они сами себя называют в неофициальном разговоре) – жуткие индивидуалисты. Они совершенно не похожи друг на друга. Но есть черта, объединяющая их всех в одну общность, а именно: их полное безумие. Что, по правде говоря, и не удивительно, ибо выжить в этой стране может только тот, у кого не все дома.

Если у вас есть какие-то сомнения относительно их коллективного безумия, то вспомните хотя бы австралийский футбол (надеюсь, вы все-таки наблюдали его по телевизору, а не живьем). И этот вид спорта оззи – с гордостью – называют национальным! Не стоит недооценивать оззи. Они делают вид, будто им ни до чего нет дела. Но кто еще смог устроить себе такую приятную жизнь? Характер австралийцев – лучшее доказательство того, что их отношение к жизни не имеет ничего общего с ее стилем, так что, оказавшись в Австралии, никогда не верьте глазам своим.

Не стоит недооценивать оззи. Они делают вид, будто им ни до чего нет дела. Но кто еще смог устроить себе такую приятную жизнь? Характер австралийцев – лучшее доказательство того, что их отношение к жизни не имеет ничего общего с ее стилем, так что, оказавшись в Австралии, никогда не верьте глазам своим.

Австралийцы не имеют привычки размахивать национальным флагом и распевать патриотические песни. Патриотизм, время от времени подхлестываемый прессой и политиками, бурлит в оззи, но где-то глубоко внутри. Какой смысл рассказывать друг другу, какая у них большая и великолепная страна? Они и так это знают. А кого еще надо в этом убеждать?

Если вы хотите смутить оззи, то заведите разговор о государственном гимне. Большинство австралийцев даже не знают, как он называется. Слов до конца не знает никто, кроме политиков (ну что еще взять с этих зануд!).

Когда в 1984 году, по предложению федерального правительства, государственным гимном стала песня «Вперед, прекрасная Австралия!», большинство австралийцев сочло, что их просто предали: в школе они столько лет усердно зазубривали «Боже, храни королеву!», – и вот на тебе! Все усилия – коту под хвост!

Постарайтесь не смеяться на официальных мероприятиях, когда с первыми аккордами государственного гимна вы вдруг услышите вокруг себя приглушенное мычание – так австралийцы пытаются выиграть время и вспомнить, какую же песню надо петь. С вступлением в дело хора большинство вполне отважится пропеть несколько слов. Но стоит хору замолчать, как вокруг вы опять услышите одно мычание.

На неофициальных же мероприятиях, когда кому-то вдруг взбредет в голову спеть гимн, большинство, путая слова, начнет распевать «Вальсирующую Матильду» (это название можно перевести и как «Бродяга»). В конце концов, кто дал вонючим политикам право указывать оззи, какую песню ему петь? 

С

тех пор, как Британия приступила к переброске в Австралию своих нежелательных социальных элементов, на нее стали смотреть – и смотрят до сих пор – как на родственника.

У первых европейцев, прибывших в Австралию, на куртках была надпись ЗЕВИ (заключенный ее величества в изгнании), что на английском выглядело как POHMI, а звучит сродни прозвищу англичан – поммы, каковое отнюдь не должно восприниматься здесь как оскорбление. Вообще-то, конечно, это оскорбление, но оззи могут оскорблять только друзей. Так что по отношению к англичанам это вовсе и не оскорбление.

Сегодня на Великобританию смотрят как на ветреную мать, вытолкнувшую птенчика из гнездышка. Целых двести лет Австралия жила припеваючи под крылышком матушки-Британии. Ей было неплохо и тогда, когда крылышко это начало приподниматься. Не будучи готовой обеспечить себя сама, она пользовалась режимом наибольшего благоприятствования в отношениях со своей мамашей. А это было большим подспорьем в драках со старшими братишками и сестренками. Но эта лафа закончилась со вступлением Британии в ЕС – европейская солидарность оказалась сильнее родственных связей.

После обретения экономической самостоятельности оззи только тем и занимаются, что пытаются сохранить тот образ жизни, к которому привыкли еще в гнездышке. И вы думаете, они обиделись на мамочку? Думаете, они сердятся на британцев? Нисколечко! Оззи уверены, что все это – дело рук политиков, а политики, как знают все оззи, не имеют никакого отношения ни к народу, ни к его насущным проблемам.

Теперь австралийцы относятся к Британии как к незначительному перенаселенному островку, имевшему наглость расположиться за целых тринадцать тысяч миль от Австралии. От него вообще не было бы никакого проку, если бы время от времени игрокам в крикет не надо было поразмяться, а деятелям эстрады – где-то передохнуть по дороге на более доходные сцены.

Так что к Великобритании и англичанам никакого особого отношения нет, а есть оно к новозеландцам – их тут называют «киви» – да и то только потому, что проигнорировать Новую Зеландию трудно, поскольку расположена она слишком близко.

В пятидесятые и шестидесятые годы двадцатого столетия английские средства массовой информации усиленно рекламировали иммиграцию в Австралию. Типичный австралиец представлялся им крупным загорелым молодым человеком, проводящим свои дни на пляже. А типичная австралийка – фигуристой и тоже загорелой молодой особой, опять-таки праздно проводящей дни свои на пляже.

Подобная реклама оказалась роковой для многих наивных поммов. За те два года, что они обязались продержаться в Австралии, получив деньги на дорогу, многие потеряли желание возвращаться в Англию.

В восьмидесятые годы австралийское телевидение внесло небольшие коррективы в образ загорелого героя мужеского пола. Он стал зваться Нормом, ему тридцать – сорок лет, и у него появился огромный живот. Дни свои он проводит у телевизора за просмотром спортивных программ. С кружкой пива в руке, конечно. На этом поиски новых образов завершились. Что думают сегодня люди? Теперь это никого не интересует.