Этюд для Фрейда
Шрифт:
– Нет, – возразила она, – я должна остаться и выслушать вас. Хотя бы один раз в жизни.
– По просьбе госпожи Сабировой-Скляренко я побывал у них дома. И внимательно проверил все замки на входной двери. Даже мне становилось понятным, что чужой человек сюда не мог проникнуть ни при каких обстоятельствах. К тому же повсюду работали камеры. Я собирался их проверить и даже попросил моего напарника найти подходящего специалиста, но события развивались так стремительно и непредсказуемо, что я не успел проверить эти камеры. И учтите, что входные замки на дверях проверял даже специалист из МУРа, которого привез сюда полковник
На самом деле ключом к разгадке могла быть фраза уважаемой госпожи Риммы Тэльпус. Она сказала, что ни одна женщина среди его знакомых не могла убить Константина Скляренко, ведь он был известным бизнесменом и довольно щедрым мужчиной. Это все равно, что убить «золотую курицу, которая несет золотые яйца», сказала Римма. Такой дуры просто нет, говорила госпожа Вэльпус.
– Говорила, – подала голос Римма, – я имела в виду, что он был хорошим человеком и его не следовало убивать, – она недовольно покосилась на Наилю.
– Нет, – безжалостно возразил Дронго, – вы имели в виду его любовниц, которые не стали бы убивать такого щедрого и внимательного ухажера. Сегодня пришел день правды и если мы не будем говорить правду, то не сможет понять, что именно произошло. И мы должны попытаться понять, кто и зачем ударил Скляренко по голове. Во-первых, никакой мистики не было – Скляренко просто нашел специалиста, который изготовил для него приспособление для отключения камеры. Хитрое приспособление, которое не отключало картинку, а только фиксировало ее. Я спросил себя: зачем он так рисковал? Зачем он это делал? Ведь с его возможностями можно было встречаться с женщинами в любой гостинице, в любом отеле. И, если он не ездил в отель, значит, боялся, что там могут знать его спутницу приехавшие гости. Или дипломаты. Вы понимаете мою мысль? Это могла быть женщина, которая, с одной стороны, была достаточно независима и богата, чтобы не держаться за его деньги. А с другой – достаточно известна, чтобы не встречаться с ним в отелях.
Галия взяла дочь за руку и начала гладить ее ладонь.
—Кроме того, эта женщина должна была иметь доступ не только в городскую квартиру, но и в загородный дом, где тоже пропадали вещи, об исчезновении которых Галия никому не говорила.
Наиля вздрогнула, но мать держала ее руку в своей.
– В вашем загородном доме пропали телефон и пара обуви. При этом телефон вскоре обнаружили на дне Москвы-реки. Человек, решившийся забрать старый гребень был обыкновенным клептоманом, то есть страдал психическим расстройством. Кто это мог быть? Я случайно узнал, что в молодости со Светланой произошла какая-то неприятная история, после которой она попала в больницу. Консультировавший ее профессор Ладыгин категорически отказался мне помочь, что было понятно. Он не хотел раскрывать ее тайну и тем более не собирался меня в нее посвязать. Но на Светлану в его клинике было заведено досье. Я попросил моего друга проверить это досье. – Дронго показал на Вейдеманиса. – Нам было достаточно сложно получить доступ к нему, так как она являлась гражданкой иностранного государства. Но мы сумели его прочитать.
Дронго сделал паузу, оглядев присутствующих.
– У Светланы была ярко выраженная
– Это неправда! – крикнула Римма. – Что вы из нее воровку делаете? Как вам не стыдно! Ее убили, а вы такое говорите!
– В молодости она, очевидно, получила шок, – безжалостно продолжал Дронго, – когда сначала ушел ее отец, а потом и друг ее матери. Она даже лежала в больнице и лечилась от легкого сотрясения мозга. Я не знаю подробностей, но абсолютно точно знаю, что именно она приезжала вместе с мужем своей двоюродной сестры и незаметно проникала в квартиру. Скляренко отключал камеру, чтобы никто ее не увидел.
– Это все нужно доказать, – холодно заметил посол, – и вообще я требую большего уважения к моей покойной супруге.
– Конечно, – согласился Дронго, – но телефон Галии находится на дне Москвы-реки. Его туда выбросила именно ваша покойная супруга. Она знала, что именно по этому телефону Галия звонила в тот момент, когда сама Светлана находилась в квартире. И она украла этот телефон, когда приехала сюда поздним вечером. Украла, чтобы выбросить его в реку. Ей казалось, что таким нелепым способом она избавляется от улики.
– Голословные факты без доказательств, – возразил посол.
—Верно, – согласился Дронго, – поэтому я принес доказательство. Самое важное. – Он повернулся и достал из-под телевизора большой пакет. И, развернув его, установил статуэтку на столе.
Наиля испуганно ахнула. Галия, очевидно ожидавшая нечто подобное, сжала ее руку изо всех сил. Римма прикусила губу. Марат Сулейманович покачал головой. Он и раньше знал о проблемах своей племянницы, но не мог даже поверить, что она была способна на подобные выходки.
– Эта статуэтка пропала из квартиры Наили Сабировой. Вчера я нашел ее в вашем доме, – сообщил Дронго.
– Вы нарушили закон, – вскочил со своего места дипломат, – вы будете отвечать за нарушение российских законов, за вторжение в резиденцию иностранного посла. Я подам на вас в суд. Я требую у сотрудников полиции и прокуратуры арестовать этого человека.
Боголюбов и Карелин переглянулись.
– Вы совсем спятили? – спросил Боголюбов. – Вас посадят в тюрьму. Он подаст на вас в суд, и вас посадят за обыкновенный грабеж.
– Согласен, – кивнул Дронго, – но эта статуэтка как раз та самая вещь, которая пропала из дома кузины его покойной жены. И повторяю, что я нашел ее в резиденции посла.
– Это ничего не доказывает, – закричал дипломат.
– Это все объясняет, – возразил Дронго, – она была любовницей Скляренко и тайком встречалась с ним. А вы, господин Боголюбов, не торопитесь. Я почему-то убежден, что господин посол не станет подавать на меня жалобу в суд или в прокуратуру.
Посол покраснел и уселся на свое место, уже не решаясь спорить. И Дронго продолжал.