Ева
Шрифт:
— У меня складывается впечатление, — произнёс Акбар, — что вы боитесь её. Просто боитесь.
— Я? — переспросил Вейдер, прищурившись. — Пожалуй. Чувства самосохранения пока никто не отменял.
— Хотел бы я взглянуть в её глаза, — прошипел Акбар. — И увидеть, чем она вас так напугала!
— Если бы вы, — зло произнес Вейдер, — посмотрели ей в глаза, вы бы кончили прямо в свои штаны, пока её сайбер сверлил бы дыру в ваших кишках. Хотите попробовать?
Что означала эта мысль, высказанная Дартом Вейдером, никто толком не понял, но сплетен,
Однако наш хитрый Борск, всегда держащий нос по ветру, тотчас унюхал то самое главное, о чём молчали остальные: Ева.
Разлад между ситхом и юной начальницей Риггеля был крайне невыгоден, крайне, считал Фей'лия.
Вейдер уселся в кресло председателя Альянса, и ничто и никто теперь не вытолкнет его оттуда, и, в общем, это было неплохо. Альянсу сейчас нужна была по-настоящему твёрдая рука, уверенный лидер и четкая стратегия, основанная на опыте и разумном расходовании сил, а не на авантюрах некоторых горячих голов.
Плохо было другое: не было никакой уздечки, ну, совершенно никакого поводка, крепенького рычажка, чтобы удобно просунуть его в щёлку и заставить эту огромную чёрную глыбу — Вейдера — повернуться в нужном направлении.
Дети?
Люк, как лягушонок, плавал в бакте, пока медицинские дроиды счищали с него обгоревшие ленты кожи. Лея? Она преданно заняла место подле трона отца — да, да, не один Фей'лия заметил это, так и было! Сейчас близнецы будут преданно смотреть в рот своему императору, и кто знает, смогут ли вообще когда-нибудь перечить ему.
Ева другое дело — у этой сучки отвратительный характер, она не боится Вейдера и не заискивает перед ним. В её поведении слишком мало женской мягкости. Наверное, потому, что она была молода и уверена, что любовь — это всегда слово "да", без оттенков и полутонов. Неужто она и вправду верила в то, что Великий Ситх никого больше не заметит, не увидит, не обратит внимания, кроме как её?
Глупая.
Однако, в этом направлении стоило бы поработать!
Если бы ему удалось умаслить эту зимнюю королеву Риггеля и растопить каменное молчание ситха… если бы они вновь сошлись…
Тогда на ситха можно было б накинуть узду, и управлял бы им именно Борск!
Тогда-то ему в голову и пришла эта мысль — переговорить с Евой. И Фей'лия вызвал её к себе, прикрывшись какими-то предлогами якобы о делах на Риггеле.
— Пригласите ко мне леди Рейн, — велел он своему адъютанту. — Пусть захватит отчеты о… о… черт, о безопасности, у них, на этом Риггеле, черт знает что творится!
В ожидании Евы Борск разгуливал по кабинету, прикидывая и так, и этак, с чего начать разговор, и как вообще выйти на эту щекотливую тему.
Все предлоги казались ему какими-то пустыми, глупыми, фальшивыми. Постель ситха — это не то место, куда мог сунуть нос любой желающий, и все же Фей'лие придется рискнуть.
— Леди Рейн, — произнес адъютант, распахивая двери, и ботан, тряхнув головой, избавляясь от задумчивости, вернулся за свой стол и уселся в кресло, зачем-то переложив стопку бумаг.
— Да-да,
Адъютант посторонился, пропуская Еву, и она тихо вошла в кабинет Фей'лии, шурша своей парчовой юбкой. Борск поднялся, приветствуя женщину, и, указав ей на кресло для посетителей, угодливо произнес:
— Добрый день, леди Рейн! Присаживайтесь, пожалуйста! Надеюсь, документы у вас с собой?
— Разумеется, — Ева прошла к столу ботана и положила папку прямо перед ним.
Фей'лия открыл её и, пока Ева устраивалась в кресле, сделал вид, что содержание принесенных документов очень интересует его. Рассеянно листая отчёты, пробегая глазами колонки цифр, он мучительно соображал, что же сказать женщине, молча смотрящей на него, и не находил нужного слова.
— Да к чёрту! — выругался он, сердито захлопнув папку и отважившись, наконец, смело посмотреть Еве в глаза. — К чёрту, всё к чёрту! Что у вас произошло с Лордом Вейдером?
— Простите? — преувеличенно вежливо произнесла Ева, напрягшись. Её лицо оставалось каменно-спокойным, но Фей'лия заметил, как в светлых зеленых зрачках промелькнуло страдание, а розовые спокойные губы чуть дрогнули.
Он поднялся, и, обойдя свой стол, присел на его краешек, скрестив на груди руки. С этой позиции он смотрел на Еву сверху вниз, и она под его пристальным взглядом не смогла бы солгать, даже если бы захотела.
— Думаю, нет нужды пересказывать вам недавние события на Риггеле, находящемся, между прочим, в вашем подчинении, — ответил Борск. — Лорд Вейдер и Люк Скайуокер вернулись оттуда не в самом лучшем виде.
— Я слышала об этом краем уха, — ответила Ева бесцветным, безразличным голосом. — Только причём же тут я? Об этом инциденте нужно спросить у начальника охраны Риггеля.
— А вы тут притом, — протянул Фей'лия задумчиво, рассматривая лицо Евы, — что туда Лорд Вейдер направился в поисках женщины… небезызвестной вам женщины, и там попал в ловушку. Странно, не так ли? Вот я и хотел узнать, чем она сумела приманить Лорда Вейдера, который далеко не глуп, чтобы самому совать голову в расставленные для него сети. С недавних пор именно он возглавил нашу работу, именно он руководит и отдает приказы, и я стою на переднем плане в военных действиях… поймите меня правильно, леди Рейн, мною движет не праздное любопытство и не желание посмаковать чужие интимности. Я очень осторожен, а потому хочу знать, что заставило моего непосредственного начальника, рискуя всем, броситься сломя голову в это опасное предприятие? Итак?
"Красивая, — подумал про себя Борск, рассматривая тонкие веки, ровные ниточки светлых бровей, высокий белый лоб женщины. — И держится хорошо".
Ева безразлично отвернулась от собеседника.
— О его сложных взаимоотношениях с женщинами вам лучше спросить у него самого, — беззаботно произнесла она, и Фей'лия согласно закивал головой:
— Конечно, тут вы правы, — ответил он. — Тем более, что на Совете, прошедшем недавно, Лорд Ситх сам затронул эту деликатную тему.
— Вот как?