Ева
Шрифт:
— Но Император этого не знает! — горячо возразил Акбар.
Вейдер подскочил, и, опершись руками на стол, подался вперёд, уставившись своими ненавидящими глазами в золотистые глаза Акбара. Рот ситха изогнулся в самой неприятной усмешке.
— Император, — произнес ситх очень тихо, но очень внятно, сверля адмирала взглядом, — не позволит вам просто так оторвать кусок от его Империи. Знает он или не знает, а он отомстит. Он стянет свои войска и ударит по вам. Вы не успеете собрать достаточно сил, чтобы противостоять ему. Вы положите всех своих людей за ничего. За пустоту.
— Откуда
— Милосердие? — переспросил он. — То есть, ведя войну, вы, командующий, спрашиваете у меня, с какой такой стати я настаиваю на сохранении армии?! По-вашему, я кидал людей в бой горстями, не считаясь с потерями? В этом вы видите военные успехи Империи?
Адмирал промолчал, и Вейдер, не дождавшись ответа, уселся на место.
— Я высказал свое предложение, — произнес Вейдер, откинувшись на спинку кресла и наблюдая за реакцией собрания из-под полуприкрытых век. — Может, кто-то предложит что-то иное? Или поддержит меня?
— Я поддержу! — горячо воскликнула Лея, вскочив на ноги.
Борск Фей'лия, чуть хмыкнув, слегка двинулся в своем кресле.
— И я, — осторожно произнёс он, стрельнув глазами в сторону Акбара. — Это как нельзя более кстати, очень разумное решение.
— Я поддержу, — произнесла внезапно Мон Мотма, что вызвало усмешку у Вейдера. — Укрепление границ… это мудрое решение для того, кто хочет видеть в Альянсе не просто силы сопротивления, но государство. Настоящее государство.
Напряжение, страх, недоверие вдруг лопнули, как тонкое стекло, и люди повскакивали со своих мест, заговорив все разом, горячась и доказывая свою точку зрения. Лея, торжествуя, подошла к отцу и положила руку на его плечо, и он накрыл её тонкие пальцы тяжёлой ладонью, затянутой в чёрную перчатку.
Мнения разделились, единогласного решения не могло и быть. Дарта Вейдера не все принимали, и не все ему доверяли, но один факт оставался неизменным: за его предложение голосовала большая часть Совета, и он снова насмешливо смотрел на оторопевшего Акбара, сидя в своем кресле, словно император.
— Однако, как внезапно вы решили вмешаться в политику, — протянул Акбар, прищурив свои огромные глаза.
— Почему нет, — небрежно бросил Дарт Вейдер. — Эта одна из тех немногих вещей, в которых я что-то смыслю.
— В последнее время у вас были дела поважнее, — ответил Акбар. — Например, сын.
— Я не сиделка, — огрызнулся ситх. — Кроме того, Люк пришел в себя. Ему лучше, и он больше не нуждается в моей помощи.
Личико Леи просияло, на губах расцвела улыбка.
— Отец, это правда?!
— Конечно; он пока в бактокамере, но уже в сознании. Можешь навестить его.
— Может, для начала стоило бы закончить Совет? — разозлился Акбар. Манера Вейдера командовать взбесила его, тем более что ситх с подчеркнутым пренебрежением относился к самому адмиралу.
— Совет? — переспросил Вейдер. — А мы что, ещё что-то не обсудили?
— Вероятно! — язвительно ответил Акбар. — Вообще, довольно странно, что именно вы главенствуете сегодня за этим столом, и отдаете
— По тому самому праву, — ответил Дарт Вейдер, — что у меня больше опыта в этих делах, и я тот человек, который заставит других выполнять мои приказы быстро, чётко и слаженно, какого бы вы ни были мнения о моих методах. Кроме того, — продолжил он неимоверно гадким, подлым голосом, — в обсуждении и голосовании меня поддержало большинство. Это называется, — Вейдер звонко щёлкнул пальцами, словно нужное слово только что пришло ему в голову, — демократия! Вы же не будете оспаривать мнение большинства с позиции силы?
— Не буду, — буркнул Акбар, тушуясь.
— Ну и отлично, — произнес Дарт Вейдер. — По-моему, это очень символично, что сегодня судьбы мира за этим столом решают два бывших раба, — его глаза ярко вспыхнули, казалось, он беззвучно хохочет, издеваясь над собеседником. — Кто займется формированием пограничных сил, господа?
— Я, — быстро встрял Борск.
— Отлично. Нам нужны силы здесь, здесь и здесь. Там участились налеты всякого сброда, им нужно переломать ноги и показать, что даром им их дерзость не пройдет. Защитив этот сектор, мы перестанем терять ресурсы и сможем быстрее и лучше укомплектовать флот. Кто займется производством?
— Я!
— Составьте список кораблей, наиболее выгодных для производства и ведения войны. Заодно составьте флот для защиты верфей. Вот тут проходит наша граница с Империй, — указка Вейдера прошлась по звёздной карте, — и она сто раз менялась. Я хочу, — с нажимом произнес ситх, — чтобы в ближайшее время эта линия оставалась неизменной. Не нужно лезть вперед. но и пускать кого-то за эту линию недопустимо. Флот следует перегруппировать.
Военные, опустив глаза в свои омлинки, старательно фиксировали приказы Вейдера, и стояла такая тишина, что, казалось, были слышны прикосновения их пальцев к экранам планшетов.
Вейдер перевел взгляд смеющихся глаз на Акбара, разве что не булькающего от возмущения, и сказал:
— Вот и всё. Надеюсь, теперь этот совет можно считать оконченным?
* * *
Едва дверь конференц-зала раскрылась, как уже дворец знал, что власть захватил Дарт Вейдер с группой союзников, тотчас поименованной не иначе как Оборонный Союз.
Притом смена настроений в Альянсе произошла без единого колебания, враз, и без применения силы, чего от Вейдера ожидали его недоброжелатели. Ситх, явившись на совет в своих доспехах, просто подавил волю к сопротивлению у недругов, повергнув их в смятение.
Да, ситхи носили доспехи и для этих целей…
И вдобавок — словно шорох осенних листьев, по всем углам дворца пронеслась весть о том, что Вейдер отказался сразиться с Леди Ситх.
С той самой, что беспардонно влезла в его личную жизнь, с той самой, ради охоты на которую он сцепился с Дартом Аксом и едва не потерпел поражение.
С той самой, в погоне и охоте на которую пострадал Люк.
— Она не шпион Императора, — отрезал он. — Её сила — только лишь её достояние. Предоставьте мне самому разбираться с ней… если она появится в ближайшем моем окружении.