Эвервилль
Шрифт:
4
Первой жертвой на этих высотах стал Посвященный Зури, который стоял в проходе, готовясь встретить Иад. Ураган камней бросил Зури на жидкую землю, и ученики стали вытаскивать его, когда на них обрушилась ярость авангарда врагов, отрезанного от главных сил поднявшейся каменной массой, В образовавшемся вихре грязи мгновенно канули и сам Посвященный, и его спасатели. Иады же зловещей тучей сгрудились возле нейрики, заливая ее серой дымной кровью. По другую сторону прохода царил хаос, словно небо и земля поменялись
Гарри еще до появления врага упал на землю и лежал, даже не пытаясь встать. Со своего наблюдательного поста он видел, как Киссун направляется к раненым иадам. Он не обращал внимания на колебания почвы; он шел и смотрел на тех, кого так долго ждал. Иады, казалось, пребывали в смятении. Часть их, разделившись на темные пятна разной величины, взлетала в воздух и бешено кружилась; другая часть образовала смерчи на земле. Еще одна часть просто всосалась в грязь.
Киссун полез под свою куртку и извлек жезл, который Гарри видел у него в святилище Заим-Карасофия. Тогда это было оружие, но теперь, подняв жезл над головой, Киссун как будто собирался показать иадам фокус. Они сгрудились вокруг и поливали его зловонной жидкостью, а он подставлял под нее лицо, как под весенний дождь.
Гарри не мог больше на это смотреть. Его голова освободилась от образов смерти и разрушения, но если он не уйдет сейчас, будет поздно. Он пополз на животе, не разбирая дороги, пока не добрался до крестов. Он не ожидал увидеть их снова, и его глаза наполнились слезами.
— Ты вернулся, — произнес голос из темноты. Рауль.
— А ты остался.
Рауль подошел и помог ему подняться на ноги.
— Мне было интересно, — отозвался он.
— Дверь закрылась.
— Я видел.
— И ад здесь.
— Правда?
Гарри вытер слезы и уставился на крест, где его едва не распяли.
— Они подыхают, — сказал он и рассмеялся.
IX
1
Эвервилль прекратил веселиться. Даже пьяные и влюбленные уже не могли делать вид, будто все в порядке. В горах происходило что-то, от чего содрогались и улицы, и людские сердца.
Горожане вышли из домов, чтобы лучше рассмотреть вы соты и обменяться мнениями с соседями. Некоторые объяснения были разумными, другие не очень. Упоминали и землетрясение, и падение метеорита, и вторжение со звезд.
— Мы уезжаем, — решили одни и начали спешные сборы.
— Мы остаемся, — объявили другие, — и запомним то, что увидим, до конца наших дней.
Оуэн Будденбаум сидел в опустевшем «Закутке» и ждал Теслу. Недавно она казалась ему лишним актером в нынешней драме; теперь она стала звездой.
Он, конечно, знал о ее прошлом. Особой мудрости она никогда не проявляла, как и магических способностей. У нее была хорошая хватка, но таким качеством обладают и терьеры. Оуэн с неохотой
Ведь именно она заключила сделку с Рэндольфом Яффе на развалинах Паломо-Гроува. Яффе тогда потерпел поражение в своем стремлении к Искусству и, как рассказывают, сошел с ума. Когда Тесле потребовалась его помощь, Яффе дал ей медальон — один из тех, что закапывались на перекрестках, — и велел истолковать его символы. Если бы она не справилась, он бы ее убил.
Но она выполнила его требование, и Яффе стал ее союзником; по крайней мере, на время. То, что она разгадала символику медальона, было не так важно для Будденбаума; важнее то, что она поставила на карту свою жизнь.
Женщина, способная так: рисковать, опаснее любого призрака. Если Сет приведет ее к нему, он должен действовать быстро.
2
Тесла преодолела половину пути к входной двери дома Фебы, когда навстречу ей со ступенек поднялась знакомая фигура.
— Я вас везде ищу, — сказал он. Это был юноша, которого она видела на перекрестке рядом с Будленбаумом. — Я Сет. Сет Ланди.
— Чего тебе?
— Не мне.
— Мне некогда. У меня тут ребенок.
— Давайте я вам помогу. — Голос Сета звучал почти заискивающе. — Дети меня любят.
Тесла слишком устала, чтобы спорить, и просто протянула ему ключи.
— Открой дверь, — велела она.
Пока он возился с замком, она взглянула в сторону хребта Хармона. Вокруг вершины клубился туман.
— Вы не знаете, что там происходит? — спросил Сет.
— Догадываюсь.
— Скажите, это опасно?
— Несомненно.
— Будденбаум говорит…
— Ты открыл? — перебила Тесла. Сет распахнул дверь и впустил ее. — Включи свет. Я не хочу слышать о Будденбауме.
— Но он говорит…
— Мне плевать, что он говорит. Ты будешь помогать мне или уберешься отсюда?
3
Гарри и Рауль почти дошли до леса, но Рауль вдруг резко остановился.
— Кто-то разговаривает.
— Я ничего не слышу.
— Зато я слышу. — Рауль осмотрелся, но никого не увидел. — Я уже слышал их голоса, когда был с Теслой.
— И кто это?
— Мертвецы.
— О-о-о…
— Ты что, боишься?
— Смотря чего они хотят.
— Один что-то говорит о своей жене.
— Он слышит меня! — возопил Кокер. — Слава богу! Он меня услышал!
Эрвин оглянулся на вершину и вспомнил, что говорил ему Долан, стоя перед своим бывшим магазином; «Мы как дым». Возможно, быть дымом не так уж плохо, если в мир идет то, что он видел в трещине.
Кокер тем временем кричал что-то незнакомцу, спасен ному Д'Амуру, и звал его за собой под деревья.
Там лежали два человека; женщина почтенных лет и ее спутник, упавший ничком в траву. Женщина прислонилась к стволу дерева и что-то отхлебнула из серебряной фляжки.