Эвиал
Шрифт:
Она с большим трудом узнала место, где провела столько дней. Камни пирамид и песок почернели, оплавившись от страшного жара. Тишина окутала город мертвых — в живых не осталось никого. Ни рыцарей, ни разбойников. Доспехи и оружие попросту вплавились в черный монолит.
Иф-Шинн задумалась. Малышка затихла у нее на руках, но это ненадолго. Скоро она проголодается, и…
Что тогда? Что ты будешь делать, Танцующая Со Смертью? Чем ты накормишь этого
Танцующая Со Смертью упрямо мотнула головой, отгоняя назойливую мысль. Она достаточно мудра, не даром прожиты столетия, и обязательно придумает, как накормить ребенка. Все-таки уцелели жилища в черных утробах гробниц, возможно, там она найдет что-нибудь…
Ну а дальше? До ближайшего людского поселка день езды на быстром коне. Сколько времени потребуется, чтобы раненная старуха дотащилась туда своим ходом? Да и зачем? Ты снова хочешь оказаться в вонючей клетке, Иф-Шинн?.. А ребенок, которого принесет дуотт, какая судьба ждет ребенка? Скорее всего, незавидной будет ее участь.
Иф-Шинн медленно, пошатываясь, брела по еще горячей корке спекшегося песка, в растерянности оглядывая место, ставшее могилой полусотне людей. Солнце уже село, и небо стремительно наливалось мраком. Только росчерк заката у самого горизонта пылал как свежая рана…
Твое время истекло. Торопись, Иф-Шинн. Прими какое-нибудь решение. Тебе остался только один, последний шаг, чтобы завершить Старый Путь.
— Но что я могу сделать? Что?.. — пробормотала она, — Что?!!
Ей никто не ответил. Только у самого горизонта на западе зажглась первая, пока еще бледная, звезда. А затем…
Внезапно Иф-Шинн показалось, что рядом кто-то захрипел. Замерев, она прислушалась. Неужели?.. Нет, послышалось. Иф-Шинн вздохнула. Это всего лишь игра ее не в меру разыгравшегося воображения… Звук повторился. Боясь поверить в чудо и прижимая к себе девочку, Танцующая со Смертью заглянула за угол пирамиды… И отчего-то почти не удивилась, увидев мага Волшебного Двора.
Лежа навзничь, он медленно приходил в сознание. Богатая одежда превратилась в опаленные лохмотья; на лице — сплошная маска из запекшейся крови и гари. На шее неестественно ярко белел рваный шрам.
Керан закашлялся, перевернулся набок и опять застыл, так и не заметив Иф-Шинн.
Осторожно, стараясь не шуметь, она положила ребенка на теплую ступеньку одной из гробниц, затем также неслышно приблизилась к распростертому магу. Спина полыхала болью, но Иф-Шинн все же заставила себя двигаться так, чтобы он не услышал ее приближения.
Керан все также лежал на боку; в сумерках было видно, как его бьет озноб. Танцующая наклонилась и легонько коснулась его плеча; маг вздрогнул и повернулся.
По замаранным
— Я помню тебя. Это ты бросила в меня котелок.
Иф-Шинн молча кивнула, с отстраненным любопытством ожидая его дальнейших действий.
— Ты… Тоже хочешь меня убить? Если ты жила с… Дарисией, — он поморщился, будто одно имя причиняло боль, — что ж, самое время. Она… Потратила столько усилий… А ты можешь завершить начатое.
Она молчала, разглядывая мага. Да, судя по всему, сейчас он действительно беспомощен. И даже она, старуха, может отобрать его жизнь.
— Чего ты ждешь?
— Я хочу отдать тебе ребенка. Мое время вышло…
Короткий смешок. Видимо, он не совсем понял, что она хотела сказать.
— Ребенок умер. Ведь так?
— Вставай, — Иф-Шинн покачала головой, — я слишком стара и… ранена, чтобы тащить тебя на себе. Ты должен забрать ее.
— Ее?..
Керан недоверчиво посмотрел на Иф-Шинн.
— Да, девочка. Тебе следует забрать ее отсюда… Она давно не ела.
Маг с видимым усилием сел.
— Ты можешь отдохнуть и восстановить потраченные силы в еедоме, — поспешно добавила Иф-Шинн.
— Покажи мне мою дочь.
Иф-Шинн вернулась за девочкой и дала ее Керану.
— Она… Дала имя ребенку?
— Да, конечно. Ее зовут Мегана.
Керан оторвался от созерцания розовенького личика и удивленно посмотрел на Иф-Шинн.
— Мегана? Странное имя.
— Так ее назвала мать.
— Ну, что ж. Мегана так Мегана. Мегги. На, возьми ее. Сейчас я поднимусь, и мы пойдем.
… Иф-Шинн отвела мага туда, где раньше жила Дарисия. Мегги наконец проснулась и принялась требовать пищу в свойственной для маленьких детей манере. Керан только и смог, что виновато пробормотать что-то вроде «я не могу наколдовать для нее молока».
Он умылся в тазу, который раньше служил Дарисии, смыл всю копоть и кровь с рук и лица. Внимательно оглядел комнату и криво улыбнулся.
— Она была честолюбива, — сказал он ни с того, ни с сего, — Честолюбие взрастило зло в ее сердце. Результат ты видела… Она не погнушалась убить даже тех, кто помогал ей. А этот… Намир… Умер, не успев понять, что был всего лишь полезнымчеловеком.
Иф-Шинн молча кивнула. Керан присел на стул, устало подперев голову руками.
— Тебе нужно постараться собрать все силы, — сдержанно напомнила Танцующая, — Мегана голодна.
— Да, я слышу, — усмехнулся маг, — но мне потребуется много сил… Чтобы взять с собой вас обеих.
Иф-Шинн внимательно посмотрела на него — Керан не думал шутить. Говорил то, что думал. Что ж, еще один достойный уважения представитель человеческой расы.
— Я не пойду с вами.