Эволюция. Книга 3
Шрифт:
Кадырр ринулся в терминал. Вбежав в какое-то помещение, он открыл шлем и принялся с наслаждением расчёсывать укушенные места. Они вздулись бугорками и огрубели. И во время работы машинист чесался и размышлял о том, какие должны быть органы кусания у этих кровососущих тварей? Если они так быстро и легко дырявят толстую и грубую кожу рептоидов? И как искусно, незаметно, садятся на голые участки тела! К концу работы зуд несколько поутих, но не исчез совсем. Кадырр пошёл в санчасть, где ему чем-то помазали не дающие покоя места. Их было три. Через небольшое время зуд прошёл, но уплотнения кожи остались. Они исчезли только через двое суток.
Терминал построен, закончен и отлажен. Скарр отдал команду второй и третьей бригадам готовиться к перелёту на следующее месторождение. Туда уже завезено оборудование. А подъёмные механизмы и различные приспособления для строительства будут доставлены отсюда – с первой центральной фабрики. Вскоре, прилетевший челнок доставил с орбиты несколько лингвистических аппаратов, два средства передвижения по воздуху – гравилёты: трёх- и десятиместное. Теперь Скарр мог, и будет лично посещать строительства терминалов, и контролировать ход работ. Дальность беспосадочных полётов аппаратов вертикального взлёта и посадки, составляла десять тысяч километров. Прибыли также и транспортные средства. Одно – двух- , другое – четырёх- и третье – десятиместное, для перемещения по земле. Нечто подобное современным машинам на воздушной подушке. Но они двигались также за счет нейтрализации силы гравитации, действующей на любой объект планеты. Высота их подъёма от поверхности земли была не более пяти метров.
По освобождении машины, в неё загрузили подъёмные средства и всё, что иже с ними, необходимое для строительства. Она стартовала на второе месторождение. Таким же образом доставили туда и две бригады рабочих. Начался этап возведения другого терминала, который будет сооружён и даст драгоценный металл. Но это станет возможным через два месяца. А пока….
Глава 5
…Несмотря на все трудности, каррон пошёл. Первый узловатый, бесформенный слиток, весом в тринадцать кулямов, проходческий комбайн добыл по пути своего движения уже через тридцать минут после начала работы. Один вольнонаёмный с гордостью положил на него руку и тут же отдёрнул. Он был очень горячий и на нём виднелись сплавившиеся частички металла. В первый, неполный день работы шахты, его было добыто три вагонетки – около двухсот пятидесяти кулямов. И это уже было огромным достижением при таких труднейших условиях для рептоидов.
Несмотря на то, что горная выработка и терминал располагались в лесу, стояла сильная жара. Воздух звенел от роящихся в нём насекомых. Расслабиться и открыть шлем можно было только под землёй и в помещениях терминала. В них работала вентиляция, а насекомых не пускали воздухофильтры. Но там была и своя опасность – сквозняк, который необыкновенно сильно действовал на шахтёров. Чихания и кашель для них стали привычным явлением.
Но, как бы ни было, а первая тележка каррона оказалась на поверхности. По этому поводу, в конце смены, возник стихийный митинг, на котором, с речью, выступил Маррух. С покрасневшим лицом, бригадир, с деланным воодушевлением, обратился к товарищам:
– Друзья! Осуществилось! Мы не зря прибыли сюда. Наш тяжёлый труд всё-таки завершился успехом – мы добыли каррон! И будем промышлять его на благо и процветание нашей цивилизации! В деле спасения планеты и жизни на ней, нас не остановят никакие трудности. Тем более что производство налажено и фабрикация
Маррух растерянно оглянулся по сторонам и увидел подходящих руководителя экспедиции и начальника месторождения. Он смутился и покинул центр круга. Боссы бесцеремонно растолкали стоявших и прошли на его место. Крикуны сразу стихли и попрятались за спины стоящих. Но Скарр и Дакорр уже услышали протестующие вопли. И теперь взглядами, не обещающими ничего хорошего, оглядывали митингующих. Негодующий глава экспедиции задыхался от наглости работяг, посмевших выразить недовольство. Да ещё тогда, когда производство уже налажено и начало успешно функционировать.
– Что я слышу?! – крикнул Скарр, – и это говорят патриоты! Избранные! – самые лучшие представители нашего народа. На вас, с надеждой на спасение, он возложил почётную, столь ответственную миссию и с честью отправил для спасения планеты и культуры! Мы понимаем – трудно. Сложившиеся непредвиденные обстоятельства очень осложнили нашу работу. Но…, что нам делать дальше? Бросить всё и с позором вернуться назад, домой? И это тогда, когда мы нашли огромные месторождения каррона и, хотя с великими усилиями, но наладили его добычу….
Гегемон экспедиции переводил тяжёлый взгляд с одного шахтёра на другого и все отводили глаза от его взгляда.
– …Да в нас будут бросать камни, и плеваться при встрече! Мы станем презираемыми членами общества! В нашу сторону будут показывать пальцами, и пугать нами детей! Вы этого желаете? Но я и начальник месторождения, – Скарр указал на Дакорра, – не хотим такого позора и сделаем всё, чтобы избежать его! Как старший и уполномоченный Кудерионом, отныне я запрещаю всякие стихийные митинги и собрания, выражения недовольства и отлынивание от труда. И знайте – у меня очень большие полномочия в отношении вас. Вплоть до того, что могу всех оставить безвозвратно здесь, с местными дикарями.
Скарр, грозным взглядом, смотрел на толпу несчастных в нечистых скафандрах.
– Мы не согласны так вкалывать! – выкрикнул кто-то из тружеников, – биороботов сюда, вместо нас!
Ватага загудела, послышались выкрики:
– Мы свободные члены общества!
– Попробуй сам – узнаешь каково нам!
Толпа, с откровенной неприязнью, смотрела на представителей "местной" власти. Дакорр поёжился от взглядов. Но не таков был его босс. Он прекрасно понимал, что от успеха вверенного дела зависит его дальнейшая карьера. Он должен сделать всё, для того чтобы добиться послушания и порядка. Скарр кивнул головой своим охранникам:
– Найдите крикунов и отрежьте им по пальцу!
Подхалимы ринулись в "народ". Поиски зачинщиков ограничились тем, что они хватали первых попавшихся из толпы. Специальными "кусачками" ловко отхватывали один палец из трёх имеющихся. Раздались вопли боли и крики возмущения. Но сборище было неорганизованным и никакого восстания или даже отпора насильникам со стороны работяг не произошло.
А начальство, под вой и крики трусливого пролетариата, спокойно удалилось вместе со своей охраной.