Эйс

Гут Т.

Запоминающаяся для любого туриста поездка в Сайгон пролетела мимо в один миг, немного отложился на подкорке Далат – высокогорный город цветов. Яна едва успевала сканировать разъезжающиеся в разных направлениях туристические автобусы. Результативность оказалась невысокой. Куда бы проще было положить всех разом. Затраченных усилий меньше, спокойней для психики, но условия быстрого передвижения диктовали свое. К невозвратным приходилось примерятся, вытягивать нить за нитью до звона, и не дай бог перетянуть: откидывание копыт на месте грозило преждевременным скандалом. Она делала все, чтобы не выделяться из толпы. Механически примеряла в парке национальное платье – аозай, улыбаясь делала селфи со страусами, ходила под изрыгающим струи водопадом.

Просила попутчиков запечатлеть на фотоаппарат с буйволами, которые длинными темными языками пытались облизать её остроконечную шляпу нонла. Бродила по путанным коридорам самого необычного в мире отеля «Крейзи Хаус», сделанного в форме огромного дерева с номерами в виде нор животных. И тонко настраивала часы отхода в иной мир попавшихся грешников.

За время поездки её отпустило только раза три и совсем ненадолго. Блуждая по коридорам сумасшедшего отеля, она забралась на самую верхотуру по узенькой тропочке из ступеней в виде пеньков, куда обычно редко добирались посетители. Было очень узко, высоко, а перила в пору карликам. Яна никогда не боялась высоты, но здесь, в один момент, её все же одолела тревога, основанная на инстинкте самосохранения. Опаска на несколько минут вырвала из состояния автоматического сканирования, заглушив все посторонние мысли и тихонько повела маленькими осторожными шажочками по извилистым переходам. Чуйка не возвращалась до тех пор, пока она с дрожащими коленками не спустилась вниз, с трудом протискиваясь между встречными туристами в местах небольшого расширения и перехода с одних ступенек на другую линию.

Немного удалось расслабиться в парке цветов: в обеденную жару там было немноголюдно, спокойно и красиво. Она сделала на память несколько фото с висящими в горшках орхидеями, и на фоне поля из алых роз и скульптурами-макетами слонов. Переключилось внимание и по дороге с Далата в Нячанг, проходящей через высокогорный перевал. На серпантине машины почти не встречалось. Правда погрузиться в восстанавливающую дрему не получилось - отрезвляли слишком крутые повороты, при которых пассажиры едва не выпадали из кресел. Опасные виражи захватывали дух и русских туристов не пугали. Они веселились, расценивая дорогу как продолжение аттракциона, попутно любуясь восхитительными красотами джунглей, величественными горами и глубокими ущельями. За четыре часа пути Яна наблюдала разительную смену пейзажей, начиная с рисовых полей и заканчивая клубящимися облаками прямо на дороге и под конец мечтала об одном: побыстрее добраться до города.

Впереди ещё шесть дней, за которые нужно успеть мотануться в Камбоджу и почистить туристический центр, жаль, что не хватит времени на столицу – Ханой.

***

В Нячанге основной экскурсией стала Камбоджа. Вьетнам очень напрягался по поводу атак, границы пока не закрывал, боясь срыва туристического сезона. Через день рано утром Яну забрал трансфер до аэропорта. Если в автобусах, выискивая невозвратных, можно было прикинутся спящей и за спинкой кресел никого не пугать закатыванием глаз, то в аэропорту она была на виду. Тем не менее, миссионерка нашла укромный уголок и развернулась на полную мощь.

Сам полет прошёл без происшествий. Уже первые сканирования в туристическом автобусе показали, что Камбоджа по сути оказалась потерей времени.

За два дня ей встретилось чуть более ста туристов, перешедших рубеж. Большинство она выгребла из близлежащих отелей при вечерней прогулке. Среди местных жителей набралось несколько сотен. Послушав рассказ гида, Яна поняла в чем дело – длительный гражданский конфликт вычистил все взрослое население, средний возраст населения в стране составлял восемнадцать лет. За такой короткий срок особо не нагрешишь. Пожилые люди на улицах Сан Рипе практически не встречались, зато среди этих немногих обнаруживались отпетые десятки, которых ещё поискать в России. Изверги несли на себе печать садизма, крайней жестокости, и убийств в сочетании с большой степенью уныния.

Яна проезжала мимо одиноких

деревенских домов со стоящими по уши буйволами в воде, рассматривала прекрасные лотосы возле нищенских хибар и рисовые поля. Глядя на оригинальные дома на сваях с гамаками, и не знала, то ли радоваться отсутствию большого количества грешников, то ли огорчаться. С одной стороны, она почти впустую тратила драгоценные дни: в любом миллионном городе другой страны, за час пометила бы в сотни раз больше народа, чем здесь за два дня. С другой стороны, её возможности не настолько сильны и умения ещё не отточены для полномасштабных действий. Пока приходилось тратить много времени на связывание в один узел нескольких нитей, внимательно подходя к процессу растягивания. По большому счету, она ещё училась управлять своим потенциалом, поэтому Камбоджа подходила как нельзя лучше.

Анализируя ситуацию, Яна поняла, её ведут свыше, каждый раз подкидывая наилучший вариант. Если сначала какое-то действие казалось не логичным, то по факту оно оборачивалось удачей. Приняв простую истину, она расслабилась и решила получать удовольствие от экскурсий. Женщина с удивлением рассматривала незапятнанные души жителей плавучей деревни на озере Тонлесап. Поражалась, как мало надо людям для счастья. Получить пару долларов от туристов на пропитание – предел мечтаний. Непритязательность, малонаселенность и близость к природе играли решающую роль в отсутствии формирования тяжелых пороков.

Особое впечатление на Яну произвел крупнейший и невероятный по аутентичности храмовый комплекс Ангкор-Ват. Изумила даже не сама архитектура, а атмосфера, окружавшая фантастическое место. Деревья, произраставшие возле комплекса и внутри него, оказались самыми величественными, которые когда-либо видели в своей жизни путешественники. Гиганты из семейства тетрамелесовых, названия которых никто так толком и не мог сказать, то ли баньяны, то ли Спунг, терялись вершинами в облаках. Необъятные стволы можно было охватить только нескольким людям, взявшимся за руки, а мощные корни сокрушали всё на своем пути, пожирая основательные сооружения из древнего камня.

Туристическую группу к комплексу подвезли рано утром. Над возвышающимися башнями собрался то ли конденсат, то ли настолько низко плавали тяжелые облака. Верхушки строений утопали в густой бархатной дымке, вызывая ощущение нереальности. Над храмом как будто витала мощная потусторонняя сила из душ, охранявших священное место. На Яну навалился мягкий, вполне осязаемый туман, проникая внутрь тела и поднимая внутреннюю сущность из груди куда-то в область яремной ямочки и выше. Яна ни секунды не сомневалась, Ангкор – место величайшей силы, причем такой, что она периодически ловила себя на непроизвольном погружении в медитативное состояние, двигаясь на автопилоте за группой. Душа витала где-то поодаль, мягко купаясь в теплой влажной вуали, окутывающей многовековые строения. Таких ощущений Яна никогда не испытывала. Ей было необыкновенно хорошо, словно в тело вливалась космическая энергия невероятной силы.

К реальности возвращали люди. Гид, ведущий группу, совсем плохо владел русским. Сначала народ забавлялся над фразами «в девятнадцать шесть одна тысяча сорок восемьдесят тысяч восемьсот года…», а потом раздраженно плюнув на путанные невнятные «исторические» комментарии, разбрелся кто-куда, договорившись встретиться на выходе. Яна отбилась от группы, предпочитая уединение и заглядывая в самые дальние и заброшенные уголки полуразрушенных строений. Она бродила по каменным коридорам счастливо улыбаясь: оказывается, Камбоджа была дана не для чистки, а для восполнения и очищения ауры, расширения сознания. За все время посещения Ангкора, Яна не схватила ни одного невозвратного. Она поняла это, лишь выйдя из последнего храма. Ехать назад не хотелось до слез. У неё будто отбирали что-то самое дорогое и близкое сердцу. Выделенные полдня на посещение Ангкора казались несправедливо коротким отрезком времени. Но, к большому сожалению, группу собирали в автобус.