Эйта
Шрифт:
— Живой, — обрадовалась Эйта, которая была уверена, что несчастный погиб.
— Ты его это… того…, — попросил водяной, отдуваясь. — А то оттает и того… Опять… Ты ведь можешь?
— Не знаю, — честно призналась Эйта. — Эту тварь вообще убить-то можно?
— Всё убить можно, — уверенно сказал Водяной.
Эйта с трудом поднялась на ноги, мокрая рубаха липла к телу, а тёплый вроде, летний ветерок, казался совсем ледяным. Эйта запрыгала, обхватив себя руками, зубы громко стучали. Она обошла льдину, чудище было ещё живым и силилось освободиться. Эйта закрыла глаза, а потом, глубоко вздохнув, ударила по льдине замораживающим заклинанием.
— Ура, — радостно грянул хор водяной нечисти. Водяной заметался, то собираясь подойти к колдунье, то передумывая, направлялся к воде, то снова к Эйте, но потом решительно загнал всю нечисть домой и сам тоже скрылся в воде. Но очень скоро появился вновь, неся в руках дорогую длинную шубу, расшитую драгоценными камнями. Он заботливо накрыл ею девушку, виновато разведя руками, мол прости, что мокрая.
— Вон там люди, — кивнул он в сторону. — Там тепло. Тебе туда надо, замёрзнешь тут.
— Меня Добрыня с Ладой ждут, — слабо возразила Эйта. — Мне вернуться надо.
— Далеко возвращаться. Замёрзнешь насмерть. Ты греться иди, а я предупрежу, дорогу укажу.
— Хорошо, — подумав, кивнула девушка. — Только без глупостей. Если что, я ведь тебя всё равно достану.
— Что ты, — обиделся водяной. — Я ведь тебе слово дал. Ты меня спасла, я тебе теперь слуга, до конца дней твоих. Я слово своё держу.
— Это хорошо, — девушка запахнулась в мокрую шубу и, пошатываясь, побрела к домам.
Часть 12
Придорожный трактир «Три зуба» находился недалеко от городских ворот и был не самым приличным заведением. Но, правда, и не совсем завалящим. Так, серединка на половинку. Богатые купцы сюда не заглядывали, но и откровенной швали внутри не водилось. Поэтому когда в дверь трактира вошла босая совершенно мокрая девушка в дорогой шубе, воцарилась гробовая тишина.
— Русалка, — вскрикнула выскочившая из кухни девчушка, и выронила из рук кувшин с пивом. Посетители ахнули и распластались по стенам, но наружу выскочило всего несколько человек, у остальных любопытство оказалось сильнее страха. Они прикинули, что тут русалка серьёзного урона не нанесёт, а до воды далеко, ежели и потащит, то отбиться можно, да и люди кругом, помогут, быть может.
Эйта окинула присутствующих взглядом, кивнула в знак приветствия и направилась прямиком к большому очагу. Там она села, протянув к огню совершенно замёрзшие ноги и руки.
— Точно русалка, — прошептал кто-то, но в полнейшей тишине шёпот услышали все.
Девушка удивлённо повернулась, но потом покачала головой и снова придвинулась к огню. Владелец таверны что-то шепнул младшему сыну и мальчишка бочком, не спуская с гостьи взгляда, пробрался к двери, а оттуда, что было сил, дёрнул к городу. Минут через десять дверь таверны снова открылась, и на пороге показалось двое мужчин. Следом за ними вошёл ещё один, более молодой. Посетители таверны,
— Ну и где тут ваша русалка? — спросил один из вошедших, окинув трактир взглядом.
— Дык вон же она, — указал трактирщик.
— Сказал же, бред, — обратился мужчина к своему более богато одетому спутнику и вздохнул. — Здравствуй, красавица, — подошёл он к очагу и присел на корточки.
— И тебе не хворать, — кивнула Эйта, от которой не укрылось, что её собеседник колдун.
— Ты откуда будешь? — поинтересовался мужчина.
— Оттуда, — неопределённо махнула девушка в сторону озера.
Народ вокруг зароптал, мол, говорили же, русалка и даже не скрывает.
— А мокрая вся с чего? — не обращая ни на кого внимания, спросил колдун.
— Так нельзя же из воды сухой вылезти, — усмехнулась Эйта. — А ты с чего выпрашиваешь?
— Колдун я местный, Шмелём звать — улыбнулся мужчина. — За порядком в городе слежу, а тут люди прибежали, мол, русалка в «Три зуба» забрела.
— Да какая же я русалка? — Эйта удивлённо посмотрела на хозяина.
— Мокрая, — пискнул хозяйский сын, тот что бегал за колдуном, и тут же поспешил спрятаться за отца.
— А шуба у тебя эта откуда? — вдруг спросил князь, приехавший с колдуном.
— Она моя, — Эйта плотнее закуталась в своё мокрое одеяние.
— То-то я смотрю и мне она знакомой показалась, — согласился колдун.
— Моя, — снова с угрозой повторила девушка. — Мне её водяной отдал.
— Как есть русалка, — хлопнул себя по ноге трактирщик.
— А с чего это он расщедрился? — удивился Шмель. — Ты уж объясни, сделай милость, а то, видишь, люди волнуются.
— Ну ты-то видишь, что я не русалка? — поинтересовалась Эйта.
— Я вижу, но да только с чего ты в одежде ты купаться вздумала. Да и шубку эту князь осенью в озере утопил, нечисть тамошняя расшалилась что-то.
— А, — кивнула Эйта. — Но теперь она всё равно моя. А тебе, мил человек, за своей территорией лучше смотреть следовало бы. Мне б тогда купаться и не пришлось и водяной здешний не мне, а тебе бы служить обещался.
Колдун пересёкся взглядом с князем и растерянно пожал плечами.
— А за что тебе водяной шубу подарил? — вмешался молчавший до сих пор княжич. Он не сводил с девушки взгляда. — Холодно поди в мокрой-то? — мужчина скинул свой кафтан и протянул его Эйте. Девушка подумала, но потом сбросила мокрую шубу и укуталась в тёплую одежду, а свою протянула княжичу. — Меняю, — сказала она. Шмель закатил глаза и тяжело вздохнул. Вот принесло же сюда Олега. Сейчас ведь, как пить дать, влюбится. Княжич вообще был мужчиной влюбчивым, но в последнее время душа его требовала чего-то нового и необычного. Он пресытился легкодоступными девками, с теми, кто честь свою сильно берёг, тоже скучно было. А тут куда уж необычнее девка, да к тому же симпатичная вполне.
— А ты что, не знаешь? — спросила девушка у колдуна и нахмурилась. — Или там в реке твоя тварь сидела?
— Какая тварь? — не понял князь.
— Нет, не моя, — поспешил заверить Шмель. — А что за тварь?
— А как ты тварь в воде нашла? — тут же спросил Олег.
— Погоди, — осадил его колдун. — Милая, расскажи уж мне, что произошло, а то ведь я совсем ничего не понимаю. И как к тебе обращаться?
— Эйтой меня кличут, — вздохнула девушка и повернулась к огню другим боком.