Фабий Байл. Живодер

Рейнольдс Джош

— Ловкие, хитрые и исключительно развратные.

Горг ухмыльнулся, показав подпиленные зубы.

— Звучит многообещающе. — Он опустил глаза на демонического зверя и вонзил нож в его мерцающую шкуру. Разрезая кожу, он крякнул: — Помоги-ка мне с этим.

Фабий сморщился, но приказал сервитору опуститься на колени и помочь Горгу вскрыть грудную клетку демона. Кости твари студенисто блестели, словно тающий лед. Принцепс воткнул нож в дрожащий на ветру

ковер травы и сунул руки в грудную полость. Тихо зарычав, он вывернул сердце демона из паутины мышечной ткани и артерий. Сердце исходило паром в утреннем свете, и иней пополз вниз по руке Горга, заставляя его перчатки потрескивать.

— Красота! — пробормотал принцепс. Он с наслаждением впился в сердце зубами, откусил и принялся шумно жевать. Звук получался такой, словно он ел лед.

— Ты поможешь мне, принцепс? — нетерпеливо спросил Фабий.

Продолжая жевать, Горг поднял голову.

— Полагаю, я все еще должен тебе за то, что ты дал мне стаю. — Он оглянулся на богомашину, нависавшую позади. Линейный титан «Разбойник» не нес никакой геральдики, если не считать сотен трофеев, свисающих с панциря. Большинство из них было мертво, но некоторые еще сохранили искру жизни — демоны никогда не знают, когда уступить неизбежному. Вокруг богомашины расположилась стая Горга, готовая исполнить все, что пожелает хозяин. Когда-то «Гончие», теперь просто псы. Их экипажи давно умерли, а машинных духов Фабий укротил и подчинил воле Горга.

Понадобилось несколько недель, чтобы внести необходимые изменения в мозг и тело принцепса, а также в трон механикум «Разбойника», но теперь Горг мог управлять всеми своими титанами. В обмен тот помог Фабию установить контроль над разрозненными частями Третьего во времена Легионных войн.

— Этот долг оплачен, — возразил Фабий.

— Мои долги оплачены, когда я скажу, что они оплачены, Живодер.

— Я и не спорил.

— Вот и хорошо, — проворчал Горг. — Передай координаты. Если решу помочь, я приду. Если нет, то нет.

— Это все, о чем я прошу. — Фабий прервал голосвязь, и тут хронометр зазвенел. — Время!

Перон остановился, чуть-чуть не коснувшись пальцами одного из оставшихся пяти детей.

— Сколько?

— Час ровно, — ответил Фабий.

Перон выпрямился:

— Они даже не запыхались!

— Как я узнал по опыту, выносливость важнее, чем сила.

— Иногда, — согласился Перон. Он отступил назад и почтительно склонил голову. — Весьма увлекательное занятие, друзья мои. Гордитесь собой.

Дети перевели взгляды на Фабия, и тот кивнул:

— Как он и сказал, можете гордиться. И в качестве награды на следующие полпериода я вас освобождаю. Можете делать что захотите. — Он сделал паузу. — Постарайтесь не убить друг друга.

Дети со смехом рассыпались по гладиаториуму.

Фабий дал знак мутанту, закутанному в

испачканное гноем рванье и в маске из выброшенных панцирных пластин. Тот, шаркая, вышел вперед, держа в руках хирургический лоток с рифленым графином и парой стаканов.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — Фабий взял себе стакан.

— Вина.

— Это с виноградников Грандиозной. — Фабий пригубил напиток. — Как тебе?

Прежде чем ответить, воин Альфа-Легиона сделал большой глоток.

— Нормально.

— Вино или их способности?

— И то и другое. Они быстрее, чем я, но более хрупкие. Один на один им никогда не справиться с космодесантником. Двое на одного, трое — шансы на успех значительно возрастут. А если еще потренировать, получше стимуляторы… то могут стать угрозой.

Фабий нахмурился:

— Могут?

Перон пожал плечами:

— Я не провидец. Я всего лишь скромный солдат.

— Не такой уж скромный.

— Я говорю только правду, за исключением тех случаев, когда необходимо обратное. — Перон поскреб шрамы на груди. — Мы можем их использовать. Особенно если они рождены как полагается, по твоим словам.

— Так и есть.

Перон понаблюдал, как дерутся несколько ищеек постарше.

— Нам они нужны молодые.

— Насколько молодые?

— Достаточно молодые для схолы прогениум.

Фабий помолчал.

— Будете их готовить?

— Так, чтобы смогли выполнить свою задачу. — Перон посмотрел на него. — А они способны… сдерживать свои низменные порывы в этом возрасте? Нашим целям не пойдет на пользу, если они начнут есть других учеников или подстрекать к мятежу. — Он заколебался. — По крайней мере, пока им этого не прикажут.

Фабий кивнул:

— Конечно. Но не могу обещать, что они будут послушными. Независимость у них в крови.

— Только если это не касается тебя.

Фабий не ответил.

Перон улыбнулся:

— Они называют тебя Патер Мутатис, когда думают, что ты их не слышишь. — Он кивнул на мутантов-слуг, расставленных по всему залу, готовых исполнить любое желание ищеек. — С другой стороны, может, они и не так уж неправы. Ты даешь им смысл жизни, чувство единства, в то время как другие видят в них только движимое имущество.

— Да, я нахожу им кое-какое применение. При чем тут это?

— Что тобой движет: прагматизм или жалость?

Фабий фыркнул:

— А почему должно быть либо то, либо другое, Перон? По правде говоря, я об этом особо не думал. Мне нужны были слуги, и мутанты охотно согласились. Вот и все.

Перон кивнул.

— Как скажешь. — Он глотнул еще вина. — А ты больше не думал о нашем предложении?

— В смысле перевести мои операции в безопасное место под вашу юрисдикцию? — Фабий посмотрел на Перона свысока. — Как я уже говорил, у меня нет никакого желания жертвовать своей свободой ради сомнительных преимуществ вашей защиты.