Фандом
Шрифт:
Толпа улюлюкает в ответ. Какой-то деф дёргает меня за тунику, и я едва не падаю с бочки. Верёвка всё опаснее затягивается на моей шее.
Президент хохочет:
– Их преступление – нищета!
Как тяжело дышать: воздух едва проникает в горло. С каждой секундой мои ноги всё больше слабеют.
– Их преступление – болезни!
И что только не лезет в голову перед смертью! Я почему-то сожалела о том, что так и не увидела Уиллоу.
– Их преступление – голодная смерть! – Президент красиво поводит руками, описывая
Толпа беснуется: свистит, гогочет, истошно вопит на манер ослиного стада.
Оратор поднимает руки ладонями к слушателям, будто сдаваясь.
– Но что это? Перед нами не дефы. Это волки в овечьих шкурах! – Его палец указывает на Элис. – Она – презренный гем! – Повернувшись к Кейти, он добавляет: – А эти двое… Бог знает, кто они. Дефы по рождению, друзья гемов в жизни. Предатели худшего сорта!
– Она не гем! – хрипит Кейти. – У неё тройка по математике, а на прошлой неделе она болела!
– Заткнись, предательница! – коротко рявкает президент.
Я смотрю в его глаза, пытаясь отыскать в них хоть капельку сочувствия. Того сочувствия, которым так щедро делились дефы в фильме и книге. Но вижу только ненависть.
– Итак, чем мы порадуем этих мерзавок? – с ухмылкой обращается он к толпе.
Сначала тихо, но постепенно набирая силу, по площади проносится:
– Пусть попляшут! Пусть попляшут! Пусть попляшут!
Президент кланяется, и снова воцаряется тишина. Вот и всё. Сейчас мы умрём. Меня больше никто не придерживает на бочке, и, чтобы не свалиться, я перебираю ногами.
– Мы просто хотим домой… – каким-то чудом мне удалось прохрипеть из петли.
– Расскажи кому другому! – издевательски хохочет контроллер, занося ногу для удара по бочке.
– Подождите! – Новый голос… Сильный, ясный, он словно наполняет улицу.
В первый ряд проталкивается какой-то деф. У него сосредоточенное выражение лица, на фарфорово-белый лоб падает волна чёрных волос, и даже издалека, прищурившись, я вижу, что у него самые голубые глаза на свете.
– Бога ради… – Он пробивается прямо к нам, держа голову высоко и уверенно. – Какого дьявола вы тут устроили?! Я знаю этих девчонок, всех трёх. Они самые обычные дефы. Вы что, теперь и своих вешаете?
Хорёк контроллер проводит ладонью по вспотевшему лбу.
– Две малышки – дефы, это правда, а та длинная красотка – точно из гемов.
– Она точно из дефов, мы с ней выросли на одной улице. Она всегда была привлекательна, даже слишком. Ей все советовали нос сломать или зуб выбить, чтоб не вздёрнули по ошибке.
Парень умолкает, оглядывая безмолвную, всё ещё опасную толпу.
Терри первым приходит в себя и хлопает темноволосого парня по плечу.
– Всё нормально. Я его знаю – это сынок Ма. Если говорит, что девчонки – дефы, значит, так оно и есть. Все три.
– А где татуировка у той длинной? Почему она платье под комбинезоном
Едва балансируя на бочке, Элис хрипло произносит:
– Я помогаю повстанцам.
– Конечно, – подхватывает темноволосый парень. – Она притворяется гемом, чтобы выведать их секреты. – Сверкнув ярко-голубыми глазами, он добавляет: – Да ей медаль надо дать, за то что рискует ради вас, идиоты! А вы что?! Чуть её не прикончили!
В толпе шушукаются, смущённо переглядываются. Президент снова обводит площадь рукой, театрально вопрошая:
– Какая разница – виновны они или нет? Кого это волнует?
Но дефы уже срезают с наших шей петли и помогают спуститься на землю. Темноволосый парень чуть ли не взваливает меня на плечо, а свободной рукой обхватывает Элис за талию. Кейти повезло больше. Она твёрдо держится на ногах и идёт сама, вцепившись в мою руку, будто слепая.
Наш спаситель явно очень силён, хоть и довольно худ – его кости впиваются мне в бок даже через одежду. Однако я с трудом волочу ноги, а он без видимых усилий тащит нас с Элис сквозь толпу поражённых зрителей.
– Не останавливаемся, – тихо говорит он. – Идём вперёд.
Элис отвечает тихим стоном.
– Нейт… Мне надо вернуться за ним… – еле слышно бормочу я, но парень всё понимает.
Тряхнув головой, он ещё крепче сжимает руки и спрашивает:
– Ты последнее желание уже загадала? Топай, пока нас отпускают.
– Мы найдём его, Ви, обязательно найдём, – шепчет Кейти.
– Кто ты? – спрашиваю я темноволосого дефа.
– Твой рыцарь на белом коне, кто же ещё, – отвечает парень.
Глава 9
Мы сворачиваем на узкую улочку, потом сворачиваем ещё раз и ещё и наконец входим в какую-то дверь.
– Здесь вас не найдут.
При этих словах я падаю на землю и сворачиваюсь калачиком. Меня тошнит, во рту мерзкая горечь, наверное, я плачу, потому что откуда-то слышатся всхлипывания перепуганной девчонки. Руками я то хватаю себя за шею, то отгоняю воображаемых демонов. По мне будто ползают тучи муравьёв, кусают, щиплют, ввинчиваются в кожу. Кейти сидит рядом и гладит меня по руке, а голубоглазый спаситель придерживает мне голову. Вскоре я немного прихожу в себя и усаживаюсь у стены рядом с Элис. Она бледная, испуганная, щёки перемазаны тушью с ресниц.
– Ты как, ничего? – тихо спрашивает Элис.
У меня хватает сил только покачать головой. От этого простого движения меня снова пронзает боль, шею как будто сдавил огненный обруч. Провожу пальцами под подбородком и чувствую, как тёплые капли падают на кулон с половинкой сердца.
– Виоле очень туго петлю затянули, – объясняет Кейти. – Верёвка врезалась ей в кожу.
Кейти старается говорить спокойно, как всегда, но голос у неё дрожит.
Темноволосый деф протягивает мне чашку: