ФАНТОМ
Шрифт:
"Ваше Превосходительство," раздался низкий голос. Голос доносился сбоку. Там сбоку, приподняв ковер и ожидая ответа, находился один из головорезов. Мужчина походил на тех двух охранников, которых она недавно прикончила. Кэлен подумала, что у Джеганя есть нескончаемый запас таких людей.
"В чем дело?"
"Ваше Превосходительство, мы готовы сняться с лагеря. Мне жаль, что приходится Вас прерывать, но Вы приказали сообщить, как только мы будем готовы. Вы сказали, чтобы мы поторопились."
Джегань отпустил волосы Кэлен. "Ладно, тогда приступайте."
Внезапно,
Пока она лежала на полу, приходя в чувство, он прижал ладонь к ране на ребре. Он развел пальцы, чтобы увидеть, как сильно она кровоточит. Решив, видимо, что рана была достаточно несерьезной, не стоящей внимания, он обтер руку о штаны. Насколько Кэлен смогла разглядеть, на его теле было много шрамов, большинство из которых остались от ран намного тяжелее, чем та, которую она ему нанесла.
"Проследите, чтобы ей ничего такого больше не пришло в голову," бросил он Сестрам, направившись к ковру, который охрана держала для него приподнятым.
Кэлен почувствовала, как по ее нервам от ошейника и ниже до кончиков пальцев на ногах пробежал огонь. Обжигающая боль вызывала невольное удушье.
Из-за вновь доставшегося ей чувства острой боли, обжигающей ее изнутри, ей хотелось кричать от ярости. Она ненавидела ошейник, с помощью которого Сестры держали ее в подчинении. Она ненавидела свою беспомощность перед теми мучениями, в которые они могли ее ввергнуть.
Сестра Улиция подступила ближе и встала над ней. "На данный момент, это было довольно глупо, не так ли?"
Из-за оглушающей боли Кэлен не могла ответить. Иначе она сказала бы Сестре, что это вовсе не было глупостью, и что оно того стоило.
Пока ей хватит духа, она будет бороться против них. До последнего дыхания, если потребуется, она будет сражаться.
ГЛАВА 43
Вход в палатку Императора Джеганя открылся, и Кэлен отпрянула, впервые увидав армию Имперского Ордена вблизи. Расстояние скрадывало часть наиболее жестоких подробностей. Несмотря на то, что она довольно наглядно могла себе это представить, видимость оказалась еще более удручающей.
До самого горизонта простиралась непрерывная, плотная масса народа. Вся эта масса двигалась, перемещалась с места на место - извиваясь, останавливаясь, поворачиваясь, подбирая имущество, объединяясь в расчеты, седлая лошадей, загружая фургоны, с разрозненными группами всадников, перемещавшимися подобно волнам через эту людскую массу - все это походило на бескрайнее, волнующееся, ненадежное мрачное море.
В ее поле зрения - а она видела нескончаемые тысячи и тысячи - не было ни одного человека, который мог бы показаться дружелюбным или безобидным. Каждый человек в отдельности выглядел мрачным и вызывающим ужас, словно для них в жизни не было ничего, кроме перспективы совершения насилия. Казалось, этих людей вела одна только перспектива безудержного неистовства. Кэлен боялась подумать о тех, кто мог оказаться у них на пути.
Охватив всю картину в целом, она начала замечать, что мужчины отличались друг от друга. Ближняя к императору группа состояла из наиболее
Чуть дальше находились другие люди, носившие разного вида кольчужные и кожаные доспехи. Почти все они выглядели такими же громадными и натренированными, как и те, самые ближние к императору, но вооружены они были в основном лунообразными топорами. Дальше находились другие кольца охраны, включавшие солдат с заряженными арбалетами, меченосцев, и отряды пикинеров, выстраивавшихся в сомкнутые группы, готовившихся к долгому маршу.
Хотя солдаты каждого из колец вокруг императора носили собственную, отличительную от других униформу, соответствовавшей их группе, все они были крупными, накачанными, одетыми в доспехи, и тяжело вооруженными качественным оружием. Это было ядро, самая смертельная, самая устрашающая и грозная сила имперской армии.
Во внутренних кольцах были мужчины, являвшиеся, видимо, офицерами. Некоторые из них отдавали приказы посыльным, другие отдавали приказы младшим по званию, а иные, собравшись группами, работали с картам. Были и те, кто иногда подходил к Джеганю с коротким докладом.
За рядами регулярных войск находилась толпа, безусловно, составлявшая наибольшую часть армии. Оружие, которым были вооружены эти люди - мечи, топоры, пики, копья, булавы, дубинки и ножи - все было грубого изготовления, и от того казалось еще более смертоносным. Это были грубые люди, походившие на изгнанных бунтовщиков. С императорскими приближенными их объединяло одно: все они были похожи на наивных идеалистов, полных решимости навязать свою веру всем, кто окажется под пятой их сапог. Кэлен чувствовала себя так, словно ее выбросило на ненадежный островок, окруженный бушующим морем монстров.
Во внутренних кольцах Кэлен разглядела и кое-что еще. Здесь были женщины. Сначала она их не заметила, потому что их одежды были таких тусклых цветов, что они сливались с мужчинами. Заметив, как эти женщины наблюдали за всеми, она начала подозревать, что это были Сестры, служившие в охране императора. Были и почти безоружные мужчины, вид которых напоминал Кэлен Сестер. Очевидно, они также обладали даром. Никто из мужчин или Сестер даже не бросил взгляда на Кэлен. Никто, кроме Сестры Улиции, Сестры Эрминии и Джеганя не знал, что она здесь находилась.
Здесь также были юноши, которые, если судить по тому, что они носили простые, неряшливо выглядевшие штаны и были совершенно безоружными, по-видимому, являлись рабами, выполнявшими черную работу. Кэлен видела, что из нескольких палаток императорского лагеря, прежде чем их разобрали, появились молодые женщины, которых затем толпой загнали в фургоны. По тому, как мужчины откровенно пялились на этих женщин, и по их скудной одежде, Кэлен стало очевидно, кем они были для регулярных солдат. Пустой, мертвый взгляд женских глаз сказал ей, что они, видимо, были пленницами, вынужденными служить шлюхами.