Фарса
Шрифт:
Ути-пути какие мы обидчивые. Надеешься выставить меня неумехой и пустоболтом? Мол, барон фон Киффер только языком не по делу молотить может? Не дождешься, есть у меня предложение. И не одно. Их последние три дня в усиленном режиме генерировал мой штаб. Естественно, с учетом исключительно моих интересов.
— Есть. — Позволил я себе легкую улыбку. — И не одно. Я предлагаю следующее…
— Знаете, — задумчиво проговорил барон фон Манн, когда я закончил излагать план. — А в этом что-то есть.
Ого, а в полку перебежчиков прибыло. Ладно, фон Ливс, он хоть и поддерживал
— А мне не нравится. — Тут же влез в разговор фон Раст, чем вызвал понимающие переглядывания среди баронов.
Эх, Отто-Отто, не быть тебе больше грозой Фарсы. Вон как стремительно у тебя складывается дурная репутация. Тебя уже почти всерьез не воспринимают, хотя с момента твоего пленения прошло всего ничего. И, судя по тому, как слегка поморщился фон Мормах, ты своими эскападами начинаешь утомлять и его.
— Не нравится? Предложите лучше. — Пожал я плечами, откидываясь на спинку стула.
Отто фон Раст нахмурился, но промолчал. И правда, что тут скажешь? Гральф предложил верный вариант — перекрыть небольшой перевал, соединяющий Хольтриг с Фарсой. Это был единственный удобный путь на ту сторону Фарского хребта, доступный в данное время года. По всем остальным армию не проведешь. И фон Раст, не будучи дураком, все это прекрасно понимал.
Что он мог предложить? Встретить врага тут, в Фарсе, на землях баронства Киффер? Это был идиотизм чистой воды. И предложи он подобное и остаткам его авторитета наступит кирдык. Сами виноваты, господа хорошие, незачем было давать первое слово именно мне. Сильные чувства — плохой советчик при тонкой игре. И теперь, в случае победы, именно я буду выступать автором победоносной идеи. Что отнюдь не пойдет на пользу авторитету дуэта Раст-Мормах. А уж когда бароны узнают об еще одном сюрпризе, что я приготовил… Но об этом пока рано.
— Что ж, раз других предложений нет. — Cпокойным голосом начал хозяин шатра. — То, предлагаю принять высказанную ранее идею на вооружение и обсудить детали.
— Да, нужно обсудить идею барона фон Киффера подробнее. — Согласно наклонил голову барон фон Ливс.
Ох, и жучара ты, барон. Все правильно понял и напомнил всем, что идея моя. Только вот зачем ты это сделал? Почему так явно мне подыгрываешь?
Ответ на этот вопрос я получил тем же вечером. Как раз сидел в своем шатре, обдумывая результаты военного совета, как вдруг внутрь заглянул один из моих бойцов и сообщил, что для меня имеется послание. От кого именно ни наемник, ни дружинник, его принесший, не знали. Последний сказал только, что ему его передал господин в дорогой одежде.
Мешкать я не стал. Вряд ли кто-то решил подобным образом свести счеты со мною. Неизвестны тут еще всякие сибирские язвы и прочие смертельные прелести развитой цивилизации. А вот столь большая секретность уже наводила на интересные мысли. Явно кто-то не хотел, чтобы его интерес ко мне был виден. Все же военный лагерь —
Я оказался прав: внутри не оказалось никаких подозрительных порошков. Зато имелась коротенькая надпись: «Сегодня ночью, крайний дом справа от дороги в Мельничьей. Приходите один. Друг ».
Не знаю уж что меня сильнее всего заинтриговало. То, что у меня вдруг откуда-то появился неучтенный друг? Или то, что этот друг каким-то образом хозяйничает в моем баронстве? Мельничья — одна из деревень, принадлежащих мне. Вторая по близости к военному лагерю. И то, что у кого-то неучтенного и, судя по всему, довольно влиятельного, там есть своя недвижимость, слегка напрягает. Даже несмотря на то, что он называет себя моим другом. Нет уж, когда закончится вся эта заваруха, в первую очередь займусь собственной службой безопасности. Не нужны мне в моем будущем магическом анклаве всякие слухачи, нюхачи, и прочие шпионы.
Проигнорировать приглашение на встречу я не мог при всем желании. Слишком уж меня заинтриговала столь нарочитая таинственность. Да и уважить «друга» стоит, а то мало ли, вдруг во врага превратиться. А их у меня и так с избытком.
Ромчика пришлось оставить в лагере. Он, к сожалению, так и не научился видеть в темноте. А тучи на небе не выказывали желания выпустить из своего плена луну. Вот и добирался бегом, подбадривая себя заклинанием ускорения. Да так увлекся, что и не заметил, как оказался на месте.
Ночь — понятие растяжимое, так что я не стал мешкать и, подойдя к вышеозначенному дому, легонько постучал в дверь. Та тут же распахнулась, и я прошел внутрь. Увидел сидящих за столом. Хмыкнул, и прошел к свободному стулу.
— А вы, молодой человек, не очень-то и удивлены, как я посмотрю. — Улыбнулся мне барон Ливс.
— Ну, почему же? — Вернул я пожилому барону улыбку. — Немного удивлен. Удивлен тому, что кто-то до сих пор ошивается в Фарсе, вместо того чтобы защищать Его Величество. Ты что тут забыл, Селех?
— Слежу, чтобы ты не наломал дров. — Ухмыльнулся барон фон Мардих, уютно устроившийся в кресле напротив меня. — Да и Его Величество под надежной охраной.
— А чего сразу я? В дела Его Величества не лезу. Веду себя, как договорились.
— Разве мы договаривались убивать виконта фон Фельзена? — Делано удивился Селех. — Или сдавать де Фелю Вохштерн?
— А должны были? Ты же сам разрешил мне действовать так, как я считаю нужным. Вот я и действую. И вообще, фон Фельзен — это не моих рук дело. Я все время был в Фарсе. Многие могут это подтвердить.
— Талек… — Тяжело вздохнул здоровяк. — К чему вот это все? Я же представляю какими возможностями обладаешь ты и твои люди. Будь добр, прекрати паясничать. Договорились?
Я помолчал, обдумывая произнесенное Селехом. Ты-то знаешь, да. Только вот зачем так сильно разоткровенничался при посторонних? Или эти двое совсем не посторонние?
Я резко обернулся к парнишке, открывшему мне дверь. Молодой, крепкий, одет как дружинник ближнего круга. Ничего примечательного, в общем. Если бы не руки…