Фатум

Буркон Виктор

– Думаю, будет лучше, если ты лично доложишь ситуацию господину Д'Аржи, - выслушав рассказ разведчика, решил Бенуа.
– Я, разумеется, тебя провожу.

Назначив одного из дворян вместо себя, Де Латур вихрем помчался навстречу наступающей армии, велев Михаэлю не отставать. Вдвоём они проехали мимо разношёрстной рыцарской кавалерии, долго скакали вдоль сильно растянувшейся колонны мушкетёров, оставили позади длинную вереницу повозок фуражиров, миновали упряжки волов, тянущих за собой тяжёлые полевые пушки, и только после этого увидали свиту барона. То ещё было зрелище: сотня вооружённых до зубов конных телохранителей,

переодетых в восточных витязей, сопровождала три больших двухместных паланкина, каждый из которых несла дюжина мускулистых носильщиков. Занавески на паланкинах были плотно задёрнуты, скрывая сидящих внутри пассажиров, но по размеру и пышности процессии Михаэлю стало понятно, что барон прихватил-таки в дорогу двух-трёх из своих постоянных наложниц.

"Никак не возьму в толк, за что барон так любит эти дурацкие носилки? Глупое, варварское средство передвижения!
– не в первый раз удивился странным замашкам хозяина Михаэль.
– И на кой чёрт он повсюду таскает с собой своих баб? Такого ж добра везде навалом?"

Однако разведчик благоразумно унял свои мысли. Хозяин есть хозяин и ему, обычному простолюдину, не стоит даже думать на подобные темы. Чего доброго брякнешь где-нибудь такое спьяну. Себе дороже выйдет.

Тем временем Бенуа направился к последнему паланкину. Среди людей Д'Аржи хольд был хорошо известен и его пропустили без лишних вопросов, а Михаэль проскочил сквозь кольцо охраны вместе с ним. Приблизившись к носилкам вплотную, Де Латур деликатно покашлял и несколькими короткими фразами доложил о возвращении разведчика. Занавеска немедленно откинулась, открыв взгляду двух человек, сидящих друг напротив друга. Первым был сам барон, Михаэль знал его в лицо. Вторым, скорее всего, был знаменитый глоран, советник и придворный маг хозяина. Скаут подобострастно поклонился, настолько низко, насколько смог сделать это не вылезая из седла.

– Рассказывай, - нетерпеливо потребовал Д'Аржи.
– Много тебе удалось узнать?

– Думаю, я выяснил всё что нужно, - похвалился Михаэль.- Я примкнул к вольным наёмникам на службе Лавайе и до вчерашнего дня находился в основном лагере его армии.

– И какова же там обстановка?
– перебил барон.

Агент наморщил лоб, пытаясь придумать достойный ответ на вопрос хозяина. Простое "да" или "нет" здесь явно не подходило, а Михаэль никогда не отличался особым красноречием.

– Я бы сказал трудная обстановка. Люди весьма недовольны давешними неудачами герцога и почти все ругают кормёжку, - наконец ответил шпион.
– Еды и вправду маловато, так что солдаты давно уже обходятся без ужина. А в последние дни стало так голодно, что наёмники, с которыми я жил в одной палатке стали всерьёз поговаривать о дезертирстве.

– Прекрасно! Это сыграет нам на руку!
– обрадовался Д'Аржи.
– И давно начались перебои с продовольствием?
– поинтересовался он.

Михаэль вновь задумался, загибая на руке пальцы и беззвучно шевеля губами.

– Уже с неделю. Сразу, как из Баона пришло подкрепление, - сообщил он.

– Что ещё за подкрепление?
– раздражённо пробормотал Д'Аржи и, взглянув на хольда, жёстко спросил: - Ты знал об этом, Бенуа?

Попав под суровый взгляд хозяина, Де Латур замялся. Он слишком долго тянул с ответом и его опередил глоран:

– Насколько я помню, ваш предыдущий соглядатай покинул лагерь

Лавайе ровно восемь дней назад. Естественно он не мог рассказать Бенуа о войсках, прибывших позднее, - раздражённо прокомментировал Армин.
– А я вот, кстати, вас предупреждал! И повторюсь ещё раз: атаковать Лавайе сейчас очень рискованно. Все знаки прямо указывают на это! Сражение, если оно состоится, будет кровопролитным, а исход его совершенно непредсказуем!
– с чувством добавил он.

– Мы это уже неоднократно обсуждали, - устало возразил Д'Аржи.
– Сам же сказал, что Генцо не выдержит долгой осады. Значит, мы должны действовать, или потеряем его навсегда.

Глоран замолчал, недовольно нахмурившись, а барон вновь обратился к своему агенту:

– Ты сможешь точно сказать нам, какие именно войска прибыли из Баона?
– поинтересовался он.

– Примерно тысяча солдат регулярной императорской армии и около пятисот бойцов из личной гвардии герцога, - с готовностью ответил шпион.

– А пушки? С ними была артиллерия?
– продолжал выпытывать Д'Аржи.

– Нет, только пехота, - заверил его Михаэль.
– По слухам осадные мортиры должны прибыть примерно через неделю. А с ними подвезут порох и пшеницу.

Барон многозначительно взглянул на волшебника, продолжавшего недовольно хмурить брови.

– Вот видишь, Армин, если б мы затянули с нападением, то позволили бы Ги собрать свою артиллерию вместе, - сказал Д'Аржи.
– Я оказался прав, что не стал дожидаться каких-то там благоприятных знаков!

– Не вижу поводов для радости, - пробормотал глоран.
– Дались вам эти пушки. Я, кажется, уже доказал, что они ничего не стоят.

Чародей прямо намекал на их недавний спор. Тогда Армин поклялся без всякого пороха разгромить многочисленную армию Лавайе и блестяще выполнил задуманное. Хотя он и проиграл сражение, но, с горсткой зелёных ополченцев смог сократить превосходящие по численности войска почти вдвое. Только благодаря этому необычайному успеху Д'Аржи получил драгоценную передышку и вновь успел собраться с силами. Однако теперь, его зависимость от колдовства глоранов стала практически абсолютной и де-факто поставила барона в положение подчиненного. Д'Аржи чувствовал это и рассчитывал поправить сложившееся положение, выиграв предстоящую битву без какой-либо помощи со стороны своих опасных союзников.

– Да, ты провернул забавный фокус с братцем Ги! Отдаю тебе должное, - похвалил волшебника он.
– Но дважды герцог не попадётся на одну и ту же удочку. Да и подходящих мест силы теперь рядом не будет. Так что придётся сражаться без магии, только сталью и порохом, а в такой битве каждая лишняя пушка может склонить чашу весов на свою сторону.

Однако слова барона явно не убедили волшебника. Хотя тот и не возражал открыто, скептическая улыбка на его лице, говорила сама за себя.

– Кажется, ты со мной не согласен, - констатировал Д'Аржи.
– Что ж, значит, пришла моя очередь доказать свою правоту на деле! Клянусь, я покажу тебе истинную силу огнестрельного оружия!
– с жаром заявил барон и приказал хольду: - Бенуа напомни-ка нам теперешний расклад сил.

Де Латур задумчиво почесал затылок и, прикинув в уме численность обеих армий, ответил:

– Пехоты, стрелков и кавалерии у нас примерно поровну. А вот пушек у нас шесть, против трёх у герцога.