Фатум

Буркон Виктор

– Не бреши! В той кучке моих законных три штуки, - рявкнул Питер Гэл.

Жан-Люк болезненно поморщился и, словно не слыша палача, обратился к Кериму:

– А сколько у тебя?
– поинтересовался он.

– Одна, - ответил гвардеец и покраснел словно мак.

– Не густо, - присвистнул Гюйон, а Гэл прыснул со смеху.

Затем все четверо вопросительно уставились на сэра Кашери. Тот долго молчал, видимо решая, стоит ли ему опускаться до разговора с плебеями. Но, хорошенько поразмыслив над ситуацией, всё-таки

произнес:

– Пять.

– Итого, двадцать восемь штук, - быстро посчитал Гюйон.
– Судя по карте, затопленный коридор скорей всего удастся преодолеть минут за девять-десять. Из расчёта по облатке на минуту, получается...

– Можно и меньше, - перебил Керим.
– Ведь каждый из нас способен на какое-то время задержать дыхание без всякой магии.

– Верно, - согласился Гюйон.
– Тогда примерно восемь штук на человека, ну или самое малое семь.

– И ещё семь на обратную дорогу, - напомнил Питер Гэл.

Эти слова прозвучали как гром с ясного неба. За своей целью, все совершенно позабыли о возвращении. А ведь действительно, вернуться-то придется тем же самым путём, тем же самым подводным коридором.

– Четырнадцать штук только на одного!
– удивленно пробормотал Гюйон.

– Значит, лишь двое из нас смогут добраться до места силы и вернуться обратно!
– растерянно пробормотал он.

– И кто же эти счастливчики?
– ощерившись, спросил палач.

– Бросим жребий, - предложил Керим.

– Нет! Не пойдёт, я не верю в удачу,- неожиданно заартачился Кен Абара.

– Я тоже никому не отдам свои снадобья, - коротко сообщил сэр Кашери.

Ситуация плавно зашла в тупик. Здесь на пороге врат в новую жизнь никто не хотел уступать свой шанс другому. Повисла напряжённая пауза, в течение которой все усиленно придумывали хоть какой-нибудь выход.

– Давайте оставим Питера здесь, он всё равно не заслуживает права владеть собственным амулетом, - нарушил тишину Гюйон.
– А сами возьмем по семь облаток и доберемся до места силы. Вначале станем настоящими хольдами, а там уж подумаем об обратной дороге.

С первого взгляда такое предложение казалось весьма разумным. Керим уже был готов его поддержать, но тут неожиданно заговорил Питер Гэл:

– Развяжите меня хотя бы, - смеясь, попросил палач.
– А я уж позабочусь о том, чтобы доставить весть о вашей безвременной кончине на поверхность. Могилку вам справлю, по праздничкам поминать буду, - продолжил паясничать он.

Вроде бы бестолковая клоунада, но впечатление было безнадежно испорченным. Действительно нелепо рисковать жизнью, когда самая последняя скотина спокойно вернётся домой. Да ещё лет через десять Гэл возможно станет хольдом, а они так и останутся вчетвером гнить на берегу озера Рюка. Нет уж, так дело не пойдёт!

И снова настала тишина. Вконец растерявшиеся хольды беспомощно

опустились на тёплые камни и молча сидели, размышляя чёрт знает о чём. Керим в этом смысле ничем от других не отличался.

– Слышь, "смуглянка", - вдруг окликнул его Питер Гэл.
– Мне по большому надо. Помоги, будь другом.

– Обойдёшься, - отмахнулся гвардеец и желчно сплюнул.

"Вот ведь ублюдок, именно ко мне пристаёт!
– раздражённо думал он.
– Знает же, насколько мне противен и всё равно лезет".

– Не обойдусь, - возразил палач.
– Сильно надо, или отведи в сторонку или прям тут, в штаны. Чего выбираешь?

– Ладно, - нехотя согласился Керим.
– Пойдём, ведь всё равно не отстанешь.

– Ага, - обрадовался великан.
– Пойдём касатик, пойдём.

Так, сюсюкая и паясничая, он завёл гвардейца в какой-то длинный боковой туннель.

"Далековато, - удивился Керим.
– Хватило бы и просто за угол зайти. Уж не задумал ли Гэл меня прикончить? Ну, если так, то он сильно ошибся, связанным ему меня ни за что не одолеть".

Как выяснилось позднее, Керим почти угадал: великан и в самом деле пришёл сюда не по нужде. Едва Гэл убедился, что их разговор не могут услышать остальные, то сразу же сменил тон:

– Слушай сюда!
– решительно произнёс он.
– Я не знаю, как добраться до озера Рюка. Зато придумал, кое-что другое: я понял, как можно изловить убийцу!

– Убийцу?
– язвительно переспросил гвардеец.
– Так ведь убийца это ты. И если меня не обманывает зрение, ты уже пойман!

– Ладно, пусть даже так, - не стал спорить великан.
– Но можешь ты меня хотя бы выслушать? Что ты теряешь?

Реакция палача удивила Керима. Он ожидал вспышки гнева или на худой конец порции оскорблений. Чего угодно, но только не спокойной и разумной беседы. Ну что ж, даже интересно послушать.

– Говори, - разрешил он.

– Представь на мгновенье, что я прав, и меня просто подставили, - торопливо начал Гэл.
– Причину я уже пояснял, теперь лишь отмечу, что сделать это было совершенно не трудно. Взять мой молот пока я спал, прикончить паренька и обрызгать его кровью мои ботинки. Согласись, чисто теоретически это мог сделать любой из вас.

– Разве что теоретически, - нехотя подтвердил гвардеец.

– Я знаю, что я невиновен, - заявил Питер Гэл и быстро, чтоб собеседник не успел возразить, добавил: - И знаю, что ты невиновен тоже.

При этих словах гвардеец против воли ухмыльнулся. Неужто великан рассчитывает задобрить его столь грубой лестью? И что будет дальше? Они двое против всех остальных?

– Не смейся, я поясню тебе свои соображения, - взволнованно затараторил Гэл.

– Всё дело в мотиве. Как я и говорил, заику убили только за то, что он своими ранами замедлил продвижение отряда.