Феномен
Шрифт:
Закатываю глаза.
— Даже не хочу знать, откуда у тебя столько познаний о бдсм в постели.
— Да, лучше тебе не знать, — соглашается подруга, и я усмехаюсь.
— Может, там копия его члена из гипса? — бросает предположение Элис.
— Слишком большая коробка для члена, — поджав губы, произносит Мэр.
— В самый раз, — тихо сообщаю я.
Подруги одновременно поднимают на меня свои глаза и открывают рты.
— Ты серьезно????
— Что за мутант!?
Смеюсь.
—
— Я боюсь.
— Чего? — тут же интересуется Элис.
Протягиваю записку. Мэри пробегает взглядом по тексту, а затем цокает:
— О да, такая страшная записка!
Закатываю глаза.
— Если ты не хочешь открывать, то давай я сделаю это вместо тебя, — предлагает Мэр.
— Неплохо придумала, — одобряюще кивает Элис. — А я могу вместо тебя пойти на свидание с этим сексуальным доминантом.
— Элис, он сабмиссив, готова поспорить.
— Значит, я готова стать его госпожой.
Господь всемогущий!
— Ладно, ладно! — кричу я. — Открываю!
Развязываю фиолетовую ленту и вижу перед собой белую бумагу тишью, которая пахнет сладким ароматом духов. Развернув ее, достаю лиловый комплект кружевного белья и коротко выдыхаю, проводя пальцами по тонкой ткани.
— Ух ты, — шепчет Элис.
— А он не промах, — довольно мычит Мэр. — Вкус что надо.
Улыбаюсь и прикусываю губу.
— Так я не поняла, у вас был секс или нет? — вскидывает бровь Элис.
— Нет.
— Тогда откуда ты знаешь размер его члена? Тот дикпик не считается!
Снова прикусываю губу, а затем хватаю белье и бегу к себе в комнату.
— Ничего не скажу!
— Так же нельзя, Лукреция! — кричит мне вслед Элис, пока я хихикаю, как подросток, и закрываюсь у себя в комнате.
Беру в руки телефон и пишу Итану:
Я: Спасибо за подарок. Оно очень красивое.
Дылда: Пожалуйста, Хоббит.
Дылда: Через сколько ты открыла коробку?
Смеюсь.
Я: Минут через пятнадцать.
Дылда: Прогресс. Я думал, не рискнешь.
Я: Девчонки заставили.
Дылда: И что же, ты думала, лежит в коробке?
Я: Набор для БДСМ.
Дылда: Никогда не пробовал, но если тебе нравятся ролевые игры, можем заехать в секс-шоп.
Я: Ха ха.
Дылда: Но не сегодня. Мы просто поужинаем.
Дылда: Буду через полчаса.
Я: Если не сегодня, тогда зачем ты прислал мне белье?
Дылда: Чтобы снять его с тебя. Но я переживу, если это произойдет не сегодня.
Падаю спиной на кровать и улыбаюсь.
Кажется, я влюбилась.
Глава 27
— Я счастлива, когда я бываю собой.
А я бываю собой, только когда я с тобой.
(с) «Сколько у тебя?»
Лу.
За
Несколько минут спустя Итан останавливает машину на нашем месте, и мы одновременно покидаем салон. Белые чайки кружат над каменистым берегом Соленого озера, и их громкий крик эхом проносится по побережью. На голубом небесном полотне нет ни облачка, лишь большой яркий круг выделяется пятном, освещая все вокруг ярким оранжевым светом. Лодки и небольшие яхты, стоящие у причала, медленно покачиваются на воде, сияющей в лучах уходящего за горизонт солнца. А чистое небо, окрашенное оранжевым оттенком, отражается в прозрачной воде озера. Итан берет меня за руку, и мы вместе идем к причалу. Останавливаемся у парусной яхты белого цвета с надписью Бавария, и я удивленно вскидываю бровь.
— Свидание на яхте?
Итан улыбается и кивает.
— Только ты и я?
Снова делает то же самое.
— А кто будет управлять ею?
— Угадай.
— Ты умеешь управлять яхтой? — удивленно интересуюсь я.
Кивает.
— Ну, кто бы сомневался. Есть в этом мире хоть что-то, что ты не умеешь делать? — закатив глаза, интересуюсь я.
Мур делает вид, что задумался, обхватив подбородок ладонью, а затем с серьезным лицом выдает:
— Куни.
Господь всемогущий!
Открываю от удивления рот. Затем закрываю. Снова открываю.
Его губы раскрываются в широкой улыбке. Эта улыбка такая искренняя, что у меня захватывает дыхание. Она завораживает, заставляет сердце биться чаще. Смотрю на него и невольно тоже улыбаюсь, ведь видеть то, как искрятся его глаза, когда уголки губ поднимаются вверх, — волшебно.
Затем я начинаю смеяться, ведь разговаривать с Итаном о таких вещах почему-то кажется мне таким забавным. Никогда не думала, что наши отношения выйдут на подобный уровень.
Итан усмехается и подает мне руку, помогая забраться на борт. Молча делаю это, все еще шокированная тем знанием, которым теперь обладаю.
Прохожу по просторной палубе из тика прямо и останавливаюсь у небольшого квадратного деревянного столика по центру. С интересом разглядываю стоящий буквой «п» диванчик из таких же светлых деревянных балок, что и пол. На сидушках, стоящих под небольшим углом, лежат мягкие белые подушки. Справа от диванчика замечаю лестницу, видимо, ведущую в каюту, металлические уголки которой мерцают в лучах уходящего за горизонт солнца.