Феодал
Шрифт:
— Тебе чего? — смахивая пот, спросил хозяин кузни.
— Поговорить с Мефодием Куликовым, есть такой?
— Федя! — рявкнул старик, и здоровяк отложил в сторону все дела. — Тут к тебе! Недолго, барин, работы непочатый край, а убытки мне никто не возместит.
Отвага (91/100)
?????? (? /100)
Берсерк (B)
Кузнец (Е)
Достигнута 1/2 предельного уровня развития.
Подмастерье был раза в два, наверное, больше самого кузнеца и
— Вот это ты медведь, — хмыкнул я, пожав Мефодию руку.
Тот вытерся полотенцем и подставил лицо ветерку.
— Зачем звал? — спросил он, открыв один глаз.
— Группу собираю, не хочешь со мной пойти?
— Какой ярлык?
— Зелёный.
Он разочарованно выдохнул.
— Один убыток с ним, хотя бы жёлтый, уже добро будет. А так…
— Это моё дело думать о добыче, твоё — выполнять работу. Будет со временем и жёлтый, не всё сразу.
Мефодий почесал голову, будто щёткой по металлу поскрёб.
— Сколько нас?
— С тобой будет четверо.
— Кто третий?
— Игнат Цыбульский.
— Плохи у тебя дела, парень, — хмыкнул здоровяк.
— Разберёмся. Сбруя есть?
— Не-а, всё продал, семья у меня, сын маленький. Жрать-то надо.
— А что насчёт падучей или что там у тебя?
Богатырь нахмурился, потом нагнулся ко мне, демонстрируя левую лопатку.
— Метку видишь?
В кожу въелось выжженное странное клеймо в форме трёхконечной звезды, но это было не обычное обгоревшее мясо, как у тех же беглых рабов. Вокруг каждого «луча» обвивалась зелёная подвижная лоза. Она вращалась, острые шипики на ней то появлялись, то исчезали внутри тела.
— Что за чертовщина?
— Некромант поставил.
— Я о такой магии у нас не слыхал, — напрягая память, вспоминал я.
— А это не у нас. В плен я попал в чёрном мире. Рабом пришлось поработать, — приподняв губу от отвращения, сказал он.
Воспоминания о том времени мгновенно отразились на его лице.
— Полгода был «щитом» у мрази мертвяцкой. Пустит вперёд на зверьe, а сам забавляется, смотрит, помру али нет. Иной раз оружия никакого не давал, а если ослушаюсь, — он показал большим пальцем за спину. — Эта штука быстро напоминала, кто есть кто.
— Погоди, в чёрном мире живут разумные твари? — удивился я.
— Ещё какие. Без обид, но вам туда лучше вообще дорогу забыть. Я один раз побывал и то, думал всё. Спасибо корпусу — отбили.
— А что некромант? — поинтересовался Нобу.
— Убили выродка, да вот только метка со мной на всю жизнь. Не знают наши, как её убрать. Говорю сразу, Владимир, могу задеть по дурости, так что зря пришёл. Не годен я в витязи.
— Плачу тысячу в месяц. Лошадь тебе не доверю, прибьёшь, чего доброго, но снаряжение с меня.
—
— Меня всё устраивает.
— А команда, люди твои согласятся?
— Я тут главный, как скажу, так и будет.
Мефодий скрестил руки на груди, сомнения всё ещё терзали его.
— Сколько получает подмастерье?
— Семьдесят рублей.
— Держи, — я протянул ему тысячу. — Бери, бери, что стоишь?
Берсерк робко взял десять бумажек, как некое сокровище.
— Купишь жене и ребёнку подарок. А это, — я протянул ему ещё тысячу, — на экипировку. Жду тебя завтра утром в семь у храма. Не опаздывай.
Когда мы повернулись уходить, богатырь окликнул меня.
— Владимир.
— Что?
На лице читалась явная напряжённость, даже скулы обозначились сильнее.
— Спасибо, — махнул он ассигнациями в руке.
Вместо ответа я ему коротко кивнул и ушёл в таверну вместе с Нобу. Нам предстояла кропотливая работа по продвижению моего ярлыка. Важно не только закрывать экспедиции, но и стараться при этом выходить в плюс.
Наученный горьким опытом, я провёл подготовительную работу. А именно: навестил пресловутого служителя храма Александра и прошерстил все известные империи зелёные миры через его здоровенную книженцию.
Меня интересовали наиболее прибыльные в плане награды. В таких местах, естественно, конкуренция среди витязей выше, но нам требовалось как минимум отбить четыреста рублей за вход. К тому же Игнат заберёт одну пятую всего добытого. Это меня смущало больше всего, но нам нужен был сильный маг на время, так что придётся смириться с его аппетитами, а потом поставить перед фактом: либо на моих условиях работаешь, либо проваливай.
Итак, утром мы втроём встретились у ворот. Мефодий притащил с собой громадную секиру, сам же оделся в относительно лёгкий доспех.
— Ты будешь впереди всех, — заметил я ему. — Почему защитой пренебрегаешь?
— Хорошая броня денег стоит, как и оружие, — он погладил секиру, будто она была чувственной девушкой. — Не переживайте, Владимир Денисович, я и так вам благодарен. Как заработаю — приоденусь.
Мы обернулись на топот копыт.
— Ты опоздал, — отчитал я Игната, когда тот, поднимая пыль, притормозил рядом с нами.
— Да там пара минут — погоды не сделают, — отмахнулся маг и, спрыгнув с лошади, отдал поводья подбежавшему мальчишке-конюху. — Ну что, пошумим? — хлопнул он в ладошки. — Аж целый зелёный мирок, как разбогатеем, ух.
Нобуёси кинул на него свой самый холоднющий взгляд и отвернулся. Он был страстный ревнитель дисциплины, и за тот короткий промежуток времени, что они знакомы, Игнат успел нарушить кучу негласных правил.
«Разгребём», — подумал я и велел смотрителю выписать мне зелёную «проходку».
Сторожившие на входе мальчишки разочарованно пошли докладывать «отбой». Моя серия удач взбудоражила у многих аппетиты к халяве, потому группы витязей нанимали таких вот шалопаев, чтобы сразу быть в курсе: Черноярский отправляется в белый мир, всем приготовиться.