Феодал
Шрифт:
Игнат поплевал на руки и дождался, пока двадцать змееящеров, размером со взрослую собаку, спустятся пониже.
Я слышал, что их тактика — всей оравой поднимать жертву в воздух и скидывать на землю. Челюсти змееящеров не могли прогрызть доспехи людей, максимум — сломать кости, потому они больше стервятничали, либо вот так отправляли в свободное падение.
Игнат покрутил посох вокруг себя, разворачивая в воздухе массовое заклинание в виде ледяного прямоугольника, затем остановился и ткнул в его центр иглой. Морозная стужа полетела в не ожидавших такой
Их перепончатые крылья, глаза, ноздри, кривые лапы — всё покрыло коркой льда. Утратив лётные качества, они не справились с пике и грохнулись о землю. Изморозь стряхнулась с них, но удар дезориентировал. Монстры пытались встать и вновь падали.
— Приглашение нужно, мужики? — закричал Игнат, первым побежал вперёд и замахнулся посохом.
Как результат — хруст проломленного черепа, круглый набалдашник размозжил голову змееящера как орех. Я дал сигнал, и вскоре вся компания бегала по полю, добивая лёгкую добычу.
Мефодий так вообще разошёлся со своей секирой — массивное оружие обрывало жизни моментально. Так он ещё и ногами давил черепа и глотки. Нобу же действовал быстро и точно — последовательно отсекал головы.
— Что бы вы без меня делали, фух, — смахивая со лба пот, сказал Игнат и уселся на бездыханное тело твари, в руках мелькнула папироска и спички.
— Я разве говорил про перекур? — спросил я его, но маг отмахнулся.
— Расслабься, сейчас покурю, и ещё тебе настреляем этого мяса. Всё под контролем, правда, — развёл он руками. — Это же зелёнка, — засмеялся Цыбульский, но прервался на мокрый затяжной кашель, а потом сплюнул.
— Мы заберём только глаза, остальное меня не интересует, — я кинул Мефодию и Нобу по алюминиевой банке, приготовленной заранее, и отдал приказ, — приступайте.
— В смысле только глаза, ты шутишь? — переспросил Игнат. — Мы и туши можем сдать по двадцать рублей, ты чего? Тут уже проходку, считай, отбили!
— Глаза берут по пятёрке, — возразил я, — и с ними не надо возиться. У нас нет времени всё это перетаскивать.
— Блин, телегу бы, — почесал шею маг, а потом выбросил окурок и встал.
К сожалению, Мефодий своими ножищами потоптал нам трофеи и выглядел сейчас виноватым.
— Простите, Владимир Денисович, не подумал.
— Ничего, в следующий раз будешь знать, — я похлопал его по плечу и скомандовал двигаться дальше.
Позади нас были высоченные горы, а впереди открытые степи с редким вкраплением лесов, где можно было спрятаться. Так уж получилось, что змееящеры и люди стали соседями. Только одни жили на горе, а другие внутри неё.
Мы шли вдоль линии скал, но не прячась. Наоборот, провоцировали монстров на нападения, и те, видя маленькую группу, тут же бросались в бой. Игнат работал без артефакта-линзы. По-хорошему он ему и не нужен. Стихии мороза и пламени у Цыбульского были отлично развиты. Вот если бы потребовалось что-то, в чём он был слаб, тогда да — перчаточка не помешает.
Надо признать, что не в каждой группе имелся свой маг. Их днём с огнём не сыщешь, поэтому я и нанял Игната. Конкретно
— Привал, хочу привал, — задыхаясь, попросил маг и упёр ладони в колени, для него пробежка оказалась напряжной.
— Какой привал, нам деньги надо зарабатывать, вставай, гайдзин, — Нобу подошёл к усевшемуся на земле Игнату и пнул его. — Господин Владимир не будет ждать.
— Господин, кхм, — отдышался покрасневший маг. — А ты, поди, слуга его? Пёсик.
— Мефодий, хватай его, как хочешь и за нами, — велел я здоровяку.
Тот держал в одной руке секиру, положив еe на плечо, а второй цапнул потянувшегося к сигаретке Игната за шиворот и поволок прямо по земле.
— Что…стой, да ты охренел? — заорал он, еле успев ухватиться за посох, а задницей тем временем собрал все кочки. — Я сам, сам пойду! Отпускай, кому говорю! Гад, ты меня чуть не придушил, — разозлился вставший на ноги Цыбульский, папиросу он где-то уже успел потерять, но ему стало не до этого.
Опираясь на посох, маг поплёлся следом за берсерком, понимая, что ждать его никто не собирался.
Изучая этот мирок, я прикидывал, как бы получше его «доить». Узнать теорию недостаточно — решает боевая практика с группой. Видя, что Игнат совсем никакущий, я прервал нашу вылазку после ещё двух сражений и скомандовал идти назад.
В общей сложности мы заработали за вырезанные глаза змееящеров восемьсот рублей. Последний бой дался Игнату тяжело, и нам пришлось даже поработать мечами. Тварей было больше обычного. Складывалось впечатление, что чем дальше идём, тем сильнее стаи, поэтому я остановил экспедицию. К сожалению, все туши на обратном пути растащили змееящеры — не посмотрели, что одного племени.
— Перерыв час, сходите поесть и встречаемся у ворот.
— Мы пойдём второй раз? — лицо мага недовольно вытянулось.
— Тебя устраивает быть нищим? Мы же почти ничего не заработали, — вернул его к реальности Мефодий и ушёл в столовую в одиночку.
Я отдал Игнату восемьдесят рублей, на что он удивлённо поднял глаза.
— Эй, а чего так мало? Мы же договаривались на двадцать процентов, тут недостаёт.
— Договорились, — подтвердил я, — только с чистого улова, а за проходку мы вместе скидываемся, вот и считай. Не нравится — не держу.
Видно было, что Цыбульскому есть что ответить, но витязь усмирил недовольство, взял деньги и был таков.
— Ты тоже отдыхай, — велел я Нобуёси, но тот покачал головой.
— Куда вы, туда и я.
— Ну хорошо, тогда нам надо взять новый пропуск, заглянуть в конюшню, потом перекусим и если останется время — прикорнём.
Так и сделали, час пролетел быстро. Специально для неженки Цыбульского я забрал одну лошадь и назначил его верховым. Не хотелось рисковать остальными скакунами, ведь мы не можем, как Игнат, отбиться сразу от всей стаи и защитить животину.