Феодал
Шрифт:
— Это платная процедура? — поинтересовался я.
— Естественно, — подтвердил граф, — но есть и положительная сторона. Тебе так и так придётся кормить эту прожорливую сатану. Поверь жрут они, мама не горюй, в среднем по пять туш в день.
— Пять туш в день — это сто рублей, — вслух подсчитал я.
— Сто пятьдесят, — поправил меня Юрий.
— Разве не двадцать рублей за одну тушу везде?
— Двадцать — это цена скупки, а потом с ней работают обвальщики, плюс хранение… Для разведчиков всё бесплатно, для частников — тридцадка. Итого, вместе с налогом
— Пять тысяч это когда взрослой станет?
— Всегда. Пока она будет маленькой, туда входит сумма дрессировки.
— Всё равно не отдам.
— Да и чёрт с тобой. Я тебя предупредил, потом не жалуйся. Ещё вот что, — вздохнул Абросимов. — У меня к тебе деловое предложение.
— Какое? — я выпрямился и понял, что пригласили меня как раз ради того, что сейчас прозвучит, а виверна только предлог.
— Я вижу, ты малый сообразительный, быстро в гору идёшь. Синий ярлык скоро?
— Ещё три экспедиции, завтра-послезавтра возьму, а что?
— Отлично, это будет весьма кстати, — довольно забарабанил по столу граф. — У нас через две недели запланирована экспедиция в красный мир совместно с Русским географическим обществом. Отправятся сразу тридцать разведчиков. Мы набираем арьергард и охрану для наших коллег, ничего серьёзного — надо будет подчищать тылы. Император хочет возвести новый город, а для этого требуется глубокая разведка и зачистка, нам не хватает добровольцев.
— Красный? Разве меня туда допустят? — с сомнением спросил я, но Юрий только отмахнулся.
— Разница у наeмников до трёх рангов приемлема, как возьмёшь синий, пройдёшь нужный порог. Таких тварей, Володя, ты в жизни не видел и нескоро ещё увидишь, так что на твоём месте я бы хорошенько подумал. С наградой тоже не обидим, не беспокойся, — он успокаивающе покачал ладонью. — Работа срочная, потому и такая нужда в людях, ты не подумай чего…
— Я всё понимаю, хорошо, я согласен.
— Да? Вот так просто?
— А почему бы и нет? Надо всегда смотреть дальше своих возможностей.
— Обещаю, ты не пожалеешь, — он встал, протягивая мне руку, а потом посмотрел на часы. — Так, у меня скоро занятия с курсантами…
— Философию преподаёшь?
— А как ты догадался? — удивился Юрий.
— «Молодой ты, но ничего, опыта поднаберешься ещё», — процитировал я его и похлопал по плечу, граф рассмеялся.
— Ах-хах, уделал, признаю.
На этой дружеской ноте мы и расстались. Возможно, Абросимов теперь будет гадать, где он прокололся, но не рассказывать же ему, что перед глазами так и светится серебристо-синее: Философ (B).
Необычное, однако, у него увлечение. Я забрал возле портала купленные товары и вернулся в настоящий мир. В комнате уже сидел в позе лотоса Нобуёси и медитировал. Я облегчённо свалил шлема, гамбезоны и полухауберки в угол. Килограмм сорок веса, да ещё и неудобно нести. Помассировав кисти, я принялся переодеваться в выходной костюм.
— Собирайся, Нобу, идём на твой турнир.
Глава 14
Мастер
Торжище у Темерницкой таможни вновь гудело праздником. Лоточники наперебой нахваливали товары, ремесленники важно подкручивали усы, демонстрируя свои лучшие изделия: клинки, тяжёлые топоры, кольчуги, шлема с волчьими мордами, перчатки, седла, украшенные серебряными гвоздями, плащи из алой камки, чтобы не так заметна была кровь врага, шёлковые пояса, ювелирные изделия и многое другое. Купцы съезжались даже из соседних городов, ибо ростовские поединки славились своей зрелищностью и неизменно собирали кучу народа.
Мы заявились туда впятером. Я был в тёмно-синем бархатном кафтане, расшитом серебряными нитями, спину прикрывал бордовый плащ, на ногах сапоги из мягкой юфти без каблуков, чёрные штаны и светло-коричневый пояс, украшенный металлической бляхой, над которой не один месяц корпел искусный мастер.
— Нобу, я тебя зарегистрировал, — крикнул я мечнику и помахал рукой, выходя из длинной очереди к организаторам веселья.
— Спасибо, господин, вот деньги, — он протянул мне в двух ладонях сторублёвую бумажку, но я отодвинул её.
— Убери сейчас же, что бы я этого не видел. Если хочешь меня отблагодарить — победи тут всех, — ответил я ему, дружески потрепав по плечу.
— Я бы принёс вам их головы, но правилами это запрещено, — серьёзно ответил Нобу.
— Пха-ха-ха, отличное чувство юмора и настрой. Слушай, иди, готовься, а мы пока за билетами.
В этот раз я не собирался ютиться где-то на отшибе и купил себе и моей свите самые лучшие места, что можно было достать. Среди дворянства. Так скажу, могу себе позволить. Мой капитал приближался к девяносто тысячам рублей и будет продолжать расти. Пусть по меркам аристократии это копейки, но ещё недавно я приехал из глухой деревни и питался одним хлебом с водой, живя в сарае.
— Аркадий Терентьевич, здравствуйте, — улыбаясь, протиснулся я к барону Рындину, союзнику своего отца. — Нас папенька, похоже, не успел представить, потому спешу устранить этот промах. Владимир Черноярский, — я протянул ему руку, и удивлённый дворянин посмотрел сначала на неё, а потом на меня, при этом охранник этого бонзы сделал шажок в мою сторону.
— Владимир? Ах да, Владимир, — протянул с улыбкой барон и даже встал, чтобы обняться. — Слыхал, слыхал, юноша, и с отцом о тебе говаривал. Так, освободите тут место, мы с Черноярским-младшим бои будем смотреть.
Сопровождающие, что «грели» от чужого присутствия стулья сразу же встали, а мои ребята тоже смогли подойти поближе и теперь воинственно переглядывались с рындинскими телохранителями, коих было семь голов.
— Ни к чему, я ненадолго, забежал поздороваться и передать вам новость.
— А мне уже передали, молодой человек, передали, — закивал хитрый торгаш. — Опрометчиво вот так бросаться словами на публике.
— Когда я выиграю суд, баронств станет шесть, и мой отец не потянет в одиночку свои обязательства перед вами.