Феодал
Шрифт:
Заметил такую особенность, что чем чаще я вглядываюсь им в людей, тем больше открывается возможностей. Именно так я и научился видеть мирные профессии, хотя в начале пути они мне были недоступны. Познавая своё окружение, я лучше определял в людях их суть.
С практикой увеличивалась и моя магическая выносливость. С каждым днeм использования «Диктатура» расширяла свои горизонты. Раньше голова кружилась от двух-трёх осмотров, потом дошло до десяти, сейчас это число колебалось в районе двадцатки. Останавливался, только когда чувствовал подступающую
Перед нами поставили тарелки и кружки с холодными напитками. Я тут же набросился на угощение, но успел откусить только один раз.
— Это вы, значит, новый барон? — обратился ко мне жилистый мужичок в компании ещё семерых просителей.
— Владимир Денисович, — поправил я его и протянул руку.
— Митька Кошевой, ваше благородие. Слышал, ищите к себе работничков. Вот-с наша артель…
— Лесорубы и плотники, — закончил я и вернулся к поеданию мяса. — Откуда вы?
— Родственники у нас тут. Гостили проездом… — немного удивился Митька и продолжил. — А так вольные из Бахчисарайского графства.
— Я возьму только двоих, — прожёвывая вкусный кусок свинины, ответил я. — Тебя и вон того, — ткнул я мизинцем в крепыша, стоявшего позади всех.
— Ермолай он… Ваше благородие, мы тут все работящие, без обману, привыкли вместе…
— Работы не на один год, плачу по 200 рублей в месяц, Митька. Остальных не возьму, не обессудь, мне нужны лучшие. Ты пока подумай, но недолго. Когда я доем и уйду отсюда, другого шанса у тебя не будет.
Самопровозглашённая артель отошла в сторону и зашепталась. Я платил в два раза выше рыночной цены. Такие деньги получал адепт на первом курсе обучения, но никак не мастеровой. Однако оба работника стоили таких вложений. Вот что показывал дар на Митьке Кошевом:
Отвага (40/100)
??? (? /100)
Лесоруб (А), Плотник (B), Строитель ©
Достигнута 1/3 предельного уровня развития.
А у Ермолая тоже шикарный набор:
Отвага (37/100)
??? (? /100)
Лесоруб (А), Каменщик (А), Плотник ©
Достигнута 1/2 предельного уровня развития.
Таких в народе называли мастер на все руки. К тому же не из трусливых. В первый раз я вижу, чтобы у мирняка такой высокий уровень отваги был. Обычно пять-десять единиц и это считалось нормальным. Никто не ждeт от крестьянина военной удали. Здесь же оригинальные экземпляры. Не мужики, а золото!
Всe же я не спешил в открытую восхищаться, а то ещe цену себе начнут набивать или подумают малец взбалмошный, совсем сбрендил. Мол, ещe не видел их в деле, а радуется. Такое поведение подозрительно.
Когда я встал из-за стола, Кошевой с Ермолаем подскочили ко мне, остальные лесорубы рангов «D» и «C» поспешили уйти восвояси.
— Следуйте за мной, — мы выбрались на улицу и облюбовали безлюдный
— Мы согласны на двести, только подвох чую, ваше благородие.
— Правильно чуешь, — ответил я ему после того, как отлил на забор. — Первое время придeтся побыть грузчиками.
— На вратах, что ли?
— Ага, испугался? — хмыкнул я.
Лесорубы переглянулись.
— А мы не из пужливых, раз надо туши потаскать, будем таскать, что поделать.
Я объяснил им про сроки и в целом про своe баронство, про предстоящий фронт работ в феоде и многое другое. Мы хорошо поговорили. Я думал, меня поднимут на смех и уйдут, но нет, эти двое крепко ухватились за возможность зажить по-новому. А когда я намекнул про свободные места бригадиров, это их окончательно покорило.
— До завтра, — попрощался я и проводил взглядом отдаляющиеся в темноте спины. — Что думаешь, Нобу?
— Выглядят надeжными.
— Вот и проверим их, — я хлопнул по плечу японца и мы отправились спать.
Вытащив яйцо, я положил его подле себя и довольно долго всматривался при лунном свете. Внутри ничего не ощущалось, только стало чуточку теплее. Из меня такой себе высиживатель виверн — я даже не знал, как о нём заботиться, чтобы вылупился детёныш.
«Лишь бы не мёртвым родился», — сказал я себе и провалился в сон.
Утром ни свет ни заря мы позавтракали и встретились с новыми попутчиками у окошка регистрации смотрителя храма.
— Две телеги достали, как вы и просили, ваше благородие, — отрапортовал Митька Кошевой, Ермолай просто кивнул. — Хушь лошадь запрягай, хушь человека — без разницы.
— Лошадей выдадим вам, главное не зевайте и работайте шустро.
Мой скакун Адулай и конь Нобуёси потащили телеги в объезд по дорожке без ступенек. Окольным путём их подвели к нужным нам вратам и оставили дожидаться.
— Ну как ты, боец? — спросил я отдохнувшего Мефодия, когда зашёл в лазарет.
Тот встал и пристыженно опустил голову.
— Я тут собрал вещи, Владимир Денисович, спасибо это, что дали шанс, я, пожалуй, пойду…
— Брось ты, — отмахнулся я, — сядь, поговорим.
Берсерк был во всеоружии, зная, что мы планировали работать каждый день. Хоть и полагал, что выгонят, но всё равно приготовился.
— Прав был его сиятельство, казнить меня прям там, и дело с концом. Это ж надо, руку поднял на графского сына, дурак, — он ударил себя кулаком в лоб.
— Так ты всё помнишь? — удивился я.
— До последней секунды, но это не я, понимаете, Владимир Денисович, это всё бесы некромантские во мне, порченный я. Лучше бы так и сгинул там…
— Чепухи мне тут не городи, — строго прервал я Мефодия. — У тебя жена и ребёнок, куда ты там помирать собрался? Лучше скажи, что это за штуки такие интересные у тебя на руках и ногах, — я указал пальцем на железные ободки, служившие, очевидно, не просто украшением.
Мефодий покрутил браслет, показывая его конструкцию со спрятанным замком.