Финал
Шрифт:
Джереми ловит Джилл за руку как раз в тот момент, когда она протягивает ее мне.
– Лилли, - говорит он. Он выглядит неуверенным.
– Ты уверена?
– Да!
– восклицаю я.
Я выхватываю бритву из протянутой руки Джилл. Включаю её. Крошечные вибрации, проходящие через мою руку, дают мне обнадеживающий комфорт.
Я подношу её к своему лицу и несколько раз моргаю, когда понимаю, что именно собираюсь сделать. Затем я прикладываю её к своей голове. Волосы падают с меня волнами. Я вздрагиваю от неприятного ощущения, но заставляю себя сохранять спокойствие. Я делаю
– Что ты делаешь?
– шипит он, в его голосе звучат одновременно гнев и ужас.
Я снова моргаю, выходя из ступора. Моя хватка на ручке ослабевает. Бритва со стуком падает на пол.
– Я...я не знаю, - бормочу я.
И вдруг я чувствую себя такой слабой и очень, очень испуганной. Я поддаюсь своим эмоциям и плачу. Джереми тут же заключает меня в объятия. Он прижимает мою голову к своей груди, а я плачу, подавленная, испуганная, окаменевшая.
Ощущение его руки на моей недавно выбритой голове, по крайней мере, говорит мне, что этот...этот кошмар...все еще реален. Вместе мы поднимаемся на ноги. Я прижимаюсь к нему, ища поддержки.
– Здесь есть комната, где вы можете переночевать, - сообщает нам доктор Телфэр.
– Свободная, на одиннадцатом этаже.
Меня пробирает дрожь. Одиннадцатый этаж. Совпадение? Или...предчувствие?
В ту ночь мы с Джереми лежим вместе в незнакомой постели. Комната светлая и просторная. Доктор Телфэр сказал нам, что её используют для послеоперационного восстановления. По-моему, вполне подходяще.
– Я не собираюсь отпускать тебя, - говорит Джереми, крепко обнимая меня.
– Я никогда тебя не отпущу. Ты меня слышишь?
Он берет меня за руку.
– Сегодня был сделан неверный шаг. И всё. Мой брат обязательно что-нибудь придумает. Я верю в него.
Да, пожалуй. Но кто же верит в меня?
Первое, что я делаю, когда просыпаюсь - это провожу рукой по волосам. Когда мои пальцы не находят ничего, я вздыхаю с облегчением. В безопасности. Пока. Мое движение будит Джереми. Он открывает глаза и смотрит на меня.
– Как ты себя чувствуешь?
– спрашивает он.
– Все еще здесь, - бормочу я.
– Все еще в здравом уме.
– Лилли..., - Джереми садится и серьезно смотрит на меня.
– Я не собираюсь тебя бросать. И ты это прекрасно знаешь. Так ведь? Я всегда буду здесь рядом с тобой.
Он проводит пальцем по моей щеке.
– Я люблю тебя.
– Даже вот такой?
Я собираю силы. Печаль переполняет меня, когда я вспоминаю, как трудно было говорить с Полом. Становится еще печальнее, когда я вспоминаю, что он мертв.
– Я люблю тебя, - говорит Джереми с предельной убежденностью.
– Несмотря ни на что. Ничто не может заставить меня перестать любить тебя, Лилли.
Он
– Я не думаю, что заслуживаю твоей любви, - тихо говорю я.
Глаза Джереми сужаются. Он подносит обе руки к моему лицу и крепко держит меня за подбородок. Он наклоняется ближе.
– Не говори так, - говорит он.
– Никогда так не говори. Никогда так не думай. У тебя есть моя любовь в полном объеме, всегда и навсегда. Понимаешь? Несмотря ни на что!
Он крепче сжимает мое лицо.
– Ты меня слышишь? Ты слышишь меня, Лилли Райдер? Ты меня понимаешь? Во всем этом мире нет никого и ничего, кроме тебя.
– Даже если я сумасшедшая?
– шепчу я ему.
Несмотря на силу Джереми, несмотря на его убежденность, ничто из этого не передается мне. На самом деле, я чувствую, что так его за собой, обманом заставляя любить меня, тогда как он должен отвернуться.
– Ты не сумасшедшая, Лилли, - говорит Джереми.
– Вчера произошел регресс. Мы пройдем через это. У нас есть, буквально, все ресурсы в мире. И время тоже, Лилли. У нас есть время.
– Не надо..., - он дотрагивается до глаза и вытирает слезу.
– Не грусти. Я с тобой, Лилли. Ты не одна. Больше не одна. Ты как-то сказала мне, что ты здесь ради меня, что ты хочешь, чтобы я доверял тебе и верил в тебя. Помнишь? Ну а теперь я прошу о том же самом. Поверить в меня. Верь, что я никогда не брошу тебя. Верь в нас. Поверь тому, что у нас есть.
Он кладет свою ладонь на мою. Тепло от его прикосновения растекается по моей руке.
– Наша любовь преодолеет любые препятствия, которые стоят на нашем пути. Мы их одолеем. Ты сильная. Я это знаю. Я видел. Так что не отчаивайся. Я никогда не оставлю тебя, Лилли. Ты меня слышишь? Никогда. Ты - все, что мне нужно. Ты - все, что у меня есть. Эта ... болезнь..., - его губы кривятся от отвращения.
– ...ничего не меняет. Мы пройдем через это, ты и я. Это сделает наши отношения, это сделает нас еще сильнее. Это, Лилли-цветок, я тебе обещаю.
Он встречается со мной взглядом.
– Ты знаешь, что я не даю обещаний, которые не могу сдержать.
– С-спасибо, - заикаюсь я.
Я плачу навзрыд, но это счастливые слезы. Слова Джереми тронули мою душу. Он целует меня в лоб.
– Пойду найду своего брата, - говорит он, вставая и надевая вчерашнюю одежду.
– Сомневаюсь, что он возвращался домой вчера вечером. Он наверняка анализировал то, что произошло. А хотя кто его знает?
Джереми подмигивает.
– Если повезет, у него уже могут быть хорошие новости.
– Давай не будем слишком надеяться, - говорю я себе под нос.
Джереми смотрит на меня.
– Что это было?
– Ничего.
– А ты не хочешь пойти со мной?
Я оглядываю ярко освещенную комнату. В окно светит утреннее солнце.
– Пожалуй, я пока останусь здесь, - говорю я.
– Хорошо. Я скоро вернусь. Попросить принести тебе завтрак?
– Конечно, - говорю я.
– Спасибо.
Джереми кивает.
– Помни, - добавляет он, прежде чем выйти из комнаты, - Я люблю тебя, Лилли. Ничто и никогда этого не изменит.