Финал
Шрифт:
У подножия холма Сюзанна Миллер вела неравный бой с падшей, чьи светлые волосы разметались по плечам. Сюзана вытащила из складок плаща нож и метнула его в грудь Дабрии, а та, с громким яростным криком, держа меч обеими руками, обрушила его на Сюзанну, скользя ногами по мокрой траве. Они обе покатились в сторону надгробий и исчезли из виду.
Чуть в отдалении Скотт и Ви, спиной к спине, защищались от падших ангелов, используя в качестве оружия ветки. Несмотря на численное превосходство, ангелы не могли одолеть Скотта, чьи размеры и недюжинная сила позволяли ему быть с ним на равных. Он разбрасывал
Я оглядела кладбище в поисках Марси. Если даже она и была здесь, я ее не видела. И мне вовсе не казалось удивительным, что она решила не принимать участия в битве и спряталась, наплевав на понятие чести и достоинства.
Кровь заливала кладбищенскую траву. Это была кровь нефилимов и падших ангелов – она смешивалась, приобретая голубоватый оттенок, идущий от дьявольской силы.
Лиза Мартин и ее друзья в мантиях бежали по кладбищу, за ними тянулся черный шлейф дыма от факелов, которые они несли в руках. Они торопливо перемещались от одного дерева к другому, поджигая их. Огонь вспыхивал моментально, охватывая сухую листву, и это уменьшало поле битвы, создавая препятствие для падших ангелов. Дым, густой и тяжелый, пополз над кладбищем, как в ночном кошмаре. Конечно, Лиза не рассчитывала, что у них получится сжечь падших ангелов, но это все же давало нефилимам хоть какую-то защиту.
Из клубов дыма показался силуэт – по холму вверх шагал падший ангел, внимательно осматриваясь по сторонам, словно пытаясь кого-то найти. Я сразу поняла, что он чувствует меня. Его меч светился ярко-голубым светом, но он держал его так, что лица не было видно. Но я с уверенностью могла сказать, что он был высоким и худым.
Он очень осторожно и медленно шел между деревьями, вглядываясь в темноту. Еще пять секунд – и он будет прямо подо мной…
Четыре… три… два…
Я спрыгнула с дерева. Я оседлала его сзади, всем своим весом придавив к земле. Меч выпал у него из рук и улетел слишком далеко, туда, где я не могла до него дотянуться. Мы покатились по земле, но у меня было преимущество внезапности. Как можно быстрее вскочив на ноги, я встала у него за спиной и нанесла несколько сокрушительных ударов по шрамам от крыльев, пока он пытался подняться, одновременно стараясь сбить меня с ног. Мне с трудом удалось уклониться от ножа, который он вытащил из ботинка.
– Риксон? – Я вдруг узнала это бледное лицо. На меня смотрел бывший лучший друг Патча. Патч самолично отправил его в ад за попытку принести меня в жертву, чтобы получить человеческое тело.
– Ты? – произнес он.
Мы смотрели друг другу в глаза, стоя с согнутыми коленями, словно готовясь к прыжку.
– Где Патч? – спросила я.
Его маленькие, похожие на бусинки глаза не отрывались от моего лица, взгляд был ледяной.
– Это имя мне ничего не говорит. Этот человек для меня мертв.
Пока он не кинулся на меня снова с ножом, я рискнула задать еще один вопрос:
– Почему вы позволили Данте встать во главе вас?
– Он вынудил нас. Он заставил нас поклясться на крови в преданности ему, – проговорил он, его глаза превратились в две узкие щелочки. – Выбора не было: либо это, либо остаться в аду. Остались немногие.
Патч не мог остаться.
– Мне нужен Данте, – сказала я Риксону.
Он расхохотался, а потом зашипел, словно змея:
– Мне обещана награда за тело каждого нефилима, которое я предъявлю Данте. Я не смог убить тебя раньше, теперь я исправлю свою ошибку.
Мы одновременно бросились к мечу, лежащему в нескольких футах от нас. Риксон схватил его первым, опустился на колени и крест-накрест полоснул мечом. Я пригнулась и ударила его со всей силы в грудь так, что он повалился на спину, прямо на свои шрамы от крыльев. Пользуясь его временной неподвижностью, я разоружила его, вынув меч из его левой руки и нож из правой.
Потом я ногой перевернула его тело и вонзила нож прямо ему в шрамы.
– Ты убил моего отца, – сказала я. – Я не забыла.
И поспешила снова по холму к стоянке, то и дело оглядываясь, чтобы убедиться, что меня никто не преследует. Теперь у меня был меч, но мне нужно было кое-что получше. Вспоминая тренировку с Патчем, я мысленно повторяла каждое упражнение, которые мы делали вместе с ним. Когда я встречусь с Данте на парковке, я выбью его меч у него из рук. И убью его.
Данте уже ждал меня на вершине холма. Он смотрел на меня, водя пальцем по кончику своего меча.
– Отличный меч, – сказала я. – Я слышала, ты велел сделать его специально для меня.
Его нижняя губа чуть дрогнула.
– Все лучшее – тебе.
– Ты убил Блейкли. Довольно странный способ поблагодарить того, кто сделал для тебя все эти образцы и прочее.
– А ты убила Хэнка. Свою плоть и кровь. Так что, кто бы говорил, – возразил он. – Я потратил месяцы на то, чтобы проникнуть в тайное сообщество Хэнка и завоевать его доверие. И должен признаться, я поднял бокал за удачу в тот день, когда он умер. Его было бы куда сложнее свергнуть с трона, чем тебя.
Я пожала плечами.
– Меня частенько недооценивают.
– Я сам тренировал тебя. Я точно знаю, на что ты способна.
– Зачем ты освободил падших ангелов? – спросила я торопливо, пока он, казалось, готов был делиться своими секретами. – Они ведь были уже в аду. Ты мог просто воспользоваться этим и возглавить нефилимов. И никто никогда бы не узнал правду о твоем двурушничестве.
Данте улыбнулся – зубы у него были белые и острые. Он был сейчас похож больше на животное, а не на человека, – на смуглое, дикое и очень опасное животное.
– Я возглавлю обе расы, – сказал он таким обыденным тоном, что не оставалось сомнений в том, что он абсолютно уверен в этом. – Я дам тем нефилимам, которые сегодня останутся в живых, возможность сделать то же самое, что и падшие ангелы: присягнуть мне или умереть. Один правитель. Один на обе расы. Единые закон и власть для всех. Хочешь быть первой?
Я поудобнее перехватила меч Риксона, переступив с ноги на ногу.
– О, я много чего хотела бы сейчас, но только не это. А почему падшие ангелы не завладевали нефилимами в этот Хешван? Уверена, ты знаешь ответ на этот вопрос – и не воспринимай мою уверенность в качестве комплимента.