Финал
Шрифт:
Данте был мертв. И «дьявольской силы» больше не было.
Я медленно поднялась на ноги. Джинсы мои были изодраны и покрыты грязью, на коленях красовались зеленые пятна от травы. Облизнув губы, я почувствовала соленый привкус крови и пота. Я пошла к Скотту, каждый шаг давался мне с трудом, горячие слезы текли по лицу, я простерла бесполезные руки над его распадающимся телом и закрыла глаза, вызывая в памяти его лукавую улыбку, а не эти пустые глаза. Я снова слышала его дразнящий смех, а не те булькающие, задыхающиеся звуки, которые он издавал перед смертью. Я вспоминала
– Спасибо, – прошептала я, уговаривая себя, что он слышит меня, что он сейчас где-то рядом. – Ты спас мне жизнь. До свидания, Скотт. Я никогда не забуду тебя. И это моя клятва тебе. Никогда, – повторила я.
Дым, висящий над кладбищем, отливал в лучах солнца золотом и серебром. Не обращая внимания на огонь, который пылал в том месте, где воткнулся в меня кинжал Пеппера, я вытащила его и побрела прочь от надгробий к выходу с кладбища.
В траве валялись какие-то странные шишки, и только подойдя ближе, я разглядела их и поняла, что они собой представляли: это были трупы. Падшие ангелы, а вернее, то, что от них осталось. Как и в случае с Данте, их плоть превратилась в тлен буквально за секунды. Голубая жидкость вытекала из их тел и моментально впитывалась в землю.
– Ты сделала это.
Я обернулась, инстинктивно крепко сжав в руке кинжал.
Детектив Бассо стоял, сунув руки в карманы, легкая улыбка кривила его губы. Черный пес, который спас мне жизнь несколько дней назад, сидел у его ног – желтые глаза пса смотрели на меня покровительственно. Бассо наклонился и слегка погладил пса по голове, между ушами.
– Это хорошая собака, – сказал Бассо. – Когда я уйду, ему нужен будет дом.
Я невольно сделала шаг назад.
– Что здесь происходит?
– Ты сделала это, – повторил он. – «Дьявольская сила» уничтожена.
– Скажите мне, что я сплю.
– Я архангел. – Уголки его губ дрогнули, почти незаметно, но несомненно насмешливо.
– Не знаю, что сказать.
– Я пребывал на земле несколько месяцев, работая под прикрытием. Мы ожидали, что Чонси Лонже и Хэнк Миллар похитят «дьявольскую силу», и в мои обязанности входило следить за Хэнком, за его деятельностью и его семьей, включая тебя.
Бассо. Архангел. Работающий под прикрытием.
Я затрясла головой:
– Мне все еще кажется, что это происходит не наяву.
– Ты сделала то, что пытался сделать я. Ты уничтожила «дьявольскую силу».
Я молча переваривала все это. После всего, что мне пришлось узнать и увидеть за последние несколько недель, удивить меня было крайне непросто. Но сейчас я была по-настоящему удивлена. Возможно, я лучше бы разобралась во всем, если бы не была настолько измучена.
– Падшие ангелы ушли. Вечно это не продлится, но давай будем наслаждаться моментом, правильно? – проговорил он. – Я закрываю дело и возвращаюсь домой. Мои поздравления.
Я едва слышала его.
Падшие ангелы ушли. Ушли. Ушли. Внутри у меня росла и ширилась огромная, бесконечная пустота.
– Отличная работа, Нора. О, и тебе будет интересно узнать,
– Что? Зачем?
Многозначительная улыбка.
– Просто сделай это. Верь мне.
И он исчез.
Я прислонилась к дереву, пытаясь осмыслить все то, что только что услышала и увидела.
Данте – мертв.
«Дьявольская сила» – уничтожена.
Война – окончена.
Моя клятва – исполнена.
Скотт. О, Скотт. Как я скажу Ви? Как я смогу помочь ей в ее горе, отчаянии, обиде на несправедливую судьбу? И если подумать: как я могу поддерживать ее в будущем, если сама планов на будущее не имею? Пытаться заменить Патча, а значит, пытаться снова обрести счастье, пусть чуть-чуть, пусть с кем-то другим… нет, это будет ложью и самообманом. Я теперь была нефилимом, обреченным на вечную жизнь, на вечное проклятье – без Патча.
Впереди послышались шаги, кто-то шел по похрустывающей от мороза траве… знакомые шаги. Я резко повернулась, приготовившись дать отпор тому, кто сейчас выйдет из тумана. Этот кто-то то и дело склонялся к земле, словно в поисках чего-то. Он переворачивал каждое тело, оглядывал его торопливо, а потом отбрасывал в сторону с нетерпеливым ругательством.
– Патч?
Он замер над очередным телом, поднял голову, его глаза сузились, словно он не верил своим ушам. Взгляд его остановился на мне, и я прочла в его глазах странное выражение. Что это было: облегчение? Неверие? Утешение?
Избавление.
Я бегом преодолела последние разделяющие нас метры и кинулась в его объятия, вцепившись пальцами в его рубашку, зарывшись лицом ему в грудь.
– Пожалуйста, пусть это будет правда. Пожалуйста, пусть это будешь ты. Не отпускай меня. Никогда не отпускай меня! – Я начала плакать: – Я сражалась с Данте. Я его убила. Но я не смогла уберечь Скотта. Он умер. «Дьявольская сила» уничтожена, но мы потеряли Скотта!
Патч что-то бормотал мне на ухо, но его руки тряслись, когда он обнимал меня. Он посадил меня на каменную скамью, но он словно не верил в то, что я – это я, и обнимал меня так, словно боялся, что я могу исчезнуть, просочиться сквозь его пальцы, как песок. Глаза у него были опухшие и красные, он явно плакал.
«Продолжай говорить, – сказала я себе. – Пусть этот сон не уходит. Пусть Патч останется».
– Я видела Риксона.
– Риксон умер, – резко сказал Патч. – И все остальные тоже. Данте пообещал вывести нас из ада, но мы должны были присягнуть ему и позволить накачать нас «дьявольской силой». Это был единственный выход. Мы покинули ад, наполненные ею до краев, она была у нас вместо крови. Когда ты убила Данте, ты уничтожила «дьявольскую силу», и все падшие ангелы тоже погибли.