Финальная загадка

Всегда любил смотреть на облака сверху. В этом есть какая-то магия. Льётся, льётся что-то едва уловимое, течёт призрачными флюидами тайны.

Иногда в жизни возникает ложное ощущение, словно ты переворачиваешься с ног на голову. К примеру, у меня такое случается, если еду в лифте с зеркальном потолком. С облаками иначе. Когда смотришь на них с высоты – всё наоборот:

кажется, что опрокинулось само мироздание.

Привычное выглядит совсем не так, как мы привыкли видеть, если изменить угол зрения.

Всего лишь.

Горные цепи и впадины долин, спокойные озёра и проворные водопады – весь фантастический снежно-меловой пейзаж сейчас был подсвечен утренним солнцем. За овальным иллюминатором «Боинга» разгорался рассвет.

Облака сверху – это красиво.

– В Атланту?

Я повернул голову. Девушка с прищуром разглядывала мой кейс, пристёгнутый тонкой, но крепкой цепочкой к левому запястью.

Стильная, симпатичная. Серый брючный костюм, очки в дорогой оправе с едва заметным сиреневым отливом, с виду колкий, но в то же время какой-то… задорный, что ли, блеск бриллианта на обручальном кольце.

«В ней будто сквозит буква „с“, – подумалось вдруг. – В имени наверняка есть одна. Светлана? Соня? Настя?»

Вслух я спросил:

– Почему вы так уверены, что я русский?

– Сомневалась, честно говоря. Теперь уверена. – Она подняла взгляд, улыбнулась. – Бизнес?

Я вернул улыбку.

– На этот раз не угадали.

– Военный?

– Научный сотрудник.

– О как. А в портфеле – тетрадки?

– И вторая обувь.

– Чэ ю – это хорошо. – Она протянула руку. – Меня зовут Лариса.

Я пожал ей руку. Коротко, не задерживая ладонь, ровно столько, сколько было нужно для мимолётного знакомства. Ну, может, чуть дольше.

– Приятно. Михаил.

Она кивнула. Узкая ладонь вернулась на колено – легла поверх серой ткани брюк и застыла, словно алебастровая.

Я с усилием оторвал взгляд от бархатистой кожи. Невольно пошевелил пальцами, на которых остался холодок от прикосновения. Поморгал.

Лариса…

А ведь угадал насчёт буквы «с». Угадал.

В аэропорту Атланты меня ждал Боб – представитель принимающей стороны. Кажется, в подписи электронной почты его должность называлась «криптозоолог». У них, видно, запросто можно любую экстравагантную профессию в штатное расписание вмонтировать. И грант под неё выбить.

Я улыбнулся американцу. Боб бодро хлопнул меня по плечу, осведомился, благополучно ли прошёл полёт, и ловко упаковал в гигантский внедорожник. Уже забираясь в машину, я отметил, что Ларису никто не встречал – поймала такси. Интересно, куда она сейчас? В отель? К знакомым или коллегам? А что если…

Тьфу ты! Вот же привязалась.

Я крепко зажмурился, подождал, пока

поплывут тёмные пятна, и резко открыл глаза. Всё, работать. Мне нужны результаты, иначе лучше не возвращаться: Ерёмин скальп сапёрной лопаткой снимет. Профессор за научные командировки спрашивает строго – знаем, плавали. Тем более я не какие-нибудь крымские курганы копать приехал. Тут всё по-взрослому.

Крупную флуктуацию, возникшую в окрестностях Атланты, местные учёные назвали «Парадоксом». С одной стороны, американцы всегда были склонны к патетике, с другой… как ещё прикажете назвать такое странное место?

Всю дорогу до отеля Боб развлекал меня забойными фигурами русского мата – видать, нахватался, когда к нам в командировку ездил. Получалось у него весело и замысловато. После каждого такого нелитературного выверта он по минуте сиял, словно только что доказал теорему Ферма.

Поселили меня в Crowne Plaza Hotel Atlanta-Ravinia. Хрен выговоришь, зато пять звёзд. Или четыре – какая разница. Стойка ресепшна красного мрамора, атриум с водопадами и зимним садом, рестораны, конференц-залы. Пятнадцать этажей пафоса.

Номер оказался просторным, но при этом уютным. Спальня с большой кроватью, тумбочками, секретером, креслами и гостиная с диваном, телевизором, журнальным столиком и письменным столищем. На кухоньке обнаружились: микроволновка, небольшой холодильник с минибаром, кофеварка и, судя по запаху, вполне приличный молотый кофе.

Пол в ванной был с подогревом. Биде работало. Для полного счастья на унитазе разве что неоновой подсветки не хватало.

Я почистил зубы, залез под душ. Эх, хорошо!

Невольно вспомнилось, как в Иркутск недавно летал. Места там, конечно, замечательные: тайга, Байкал и всё такое. Но их дешёвые гостиницы… Ух! Зря я тогда на принцип пошёл и из своего кармана не доплатил. Решил погеройствовать на суточные. Двухместный номер с двумя стульями и одним полковником, который даже спал в армейском комбезе, помнится, был чудесен.

А тут одних полотенец штук пять, все разные. Интересно, что полагается вытирать самым маленьким?

Нужно будет умыкнуть какую-нибудь безделушку с логотипом отеля. Шампунчик там, или лосьончик. Говорят, это модно.

С Бобом мы договорились встретиться в два часа, поэтому у меня оставалось свободное время. Вообще-то нужно было достать из кейса ноут, загрузить анализы воздуха, почвы и воды – все эти бесконечные пробы, собранные возле «Парадокса» – и ещё разок тщательно изучить. Но мне не хотелось сходу зарываться в цифры.

Нужно найти предлог, чтобы оттянуть этот момент. Что бы такое…

Прогулка! Мне категорически необходима прогулка, чтоб смена часовых поясов не сильно ударила по организму.

Что ж, причина найдена. Вот и ладушки.