Фиолетовый меч
Шрифт:
Элан подумал, со вздохом вытащил Кристальный Пепел из собственного тела и принялся осторожно прорезать себе путь, стараясь аккуратно складывать куски породы, чтобы производить как можно меньше шума. Работа была не сложной. Меч резал камень легко, почти без усилий, требуя предельной сосредоточенности: приходилось работать в полной темноте, на слух, двигаясь под наклоном вниз. Плохо положенный камень мог засыпать неосторожного человека, и нужно было постоянно быть начеку.
После очередного разреза, внизу открылась пустота. Элан облегченно скользнул вниз, чувствуя, как от постоянного напряжения мышцы дрожат противной мелкой дрожью, и присел чуть в стороне, весь обратившись в слух. Меч подрагивал в руке, готовый в любой момент вспыхнуть ослепительной молнией удара. Было тихо, но темнота вновь сгустилась, превратившись в плотную, почти
Элан прикрыл глаза, отчаявшись что-либо увидеть, и принялся строить энергетическую защиту. Он никогда не делал этого раньше, но основные принципы знал – то ли отозвался Предел, то ли проснулась память прежних Хранителей. Стройные схемы сами пришли из ниоткуда, создавая ажурное плетение, поражающее своим совершенством и законченностью линий.
Силовые поля замкнулись вокруг фигуры человека, способные защитить не только от стрелы, но и от удара меча – многослойные, с отражающей способностью, готовые зарастить пробоину или ответить на чужой удар своим. Элан нагнетал и нагнетал в них энергию, каким-то шестым чувством понимая, что сегодня все эти сложные построения понадобятся.
Наконец он аккуратно вернул Меч в тело – ему позарез нужен был советчик.
– Как думаешь, я все правильно сделал?
Кристальный Пепел внимательно изучил энергетические оболочки, окружавшие Элана, хмыкнул и ответил:
– Вполне. Здесь столько мощи, что вполне можно испепелить десяток тварей величиной с буйвола. Правда, одиннадцатая тебя все равно достанет, если ты, конечно, позволишь ей это. Поэтому, поддерживая всю эту защиту, не забывай о нападении – и держи меня в руке.
Темный коридор вел все дальше вниз, почти прямой, но неровный, будто проточенный подземными водами. Элан знал, что это не так – жар близкой магмы опалял лицо, заставлял дышать с трудом, стараясь глотнуть поменьше горячего воздуха. Одна из стен коридора была горячей. Случайно коснувшись ее, Хранитель тут же отдернул руку и впредь старался держаться подальше. Несмотря на все возрастающий жар, он не боялся извержения – не сотрясалась земля, не подрагивал под ногами воздух, да и гора обещала погодить. В ответ на последнюю его мысль Меч в руке ощутимо дрогнул и иронично хмыкнул – похоже, он не слишком доверял старушке-горе. «Ляпнет, потом забудет – а ты отдувайся… Коль уж пришла ей в голову такая мысль – извержения рано или поздно не избежать. И лучше в этот момент быть подальше». Примерно так сказал бы Кристальный Пепел. Однако сейчас он подрагивал в руке, напряженно разрезая тьму, и приходилось думать за двоих.
Пол под ногами был пористый, словно разъеденный какими-то кислотами – по нему змеились канавки, твердый гранит крошился, как мягкий туф. Легкие щелчки от ломающейся породы заставляли морщиться не только Меч Предела, но и его Хранителя. В густой, абсолютной темноте даже такие слабые звуки разносились далеко, предупреждая здешних обитателей о незваных гостях. Впрочем, путники понимали, что схватки не избежать. Слишком большой путь придется пройти по охотничьим угодьям неизвестного монстра.
Через пару часов постоянного спуска Элан расслабился. Время шло, никто не показывался, и скоро уже должны были появиться копи, но в воздухе вдруг появился сладковатый привкус, ощутив который, все гномье существо Хранителя взвыло, предупреждая о близости опасного газа. Когда мрак внезапно стал плотным и хлестким, как удар бича, он уже начал прикидывать, как, вернув Меч за спину и обмотав тряпицей лицо, начать поиски нужных ему кристаллов. И тут что-то ударило по человеку, завязло в защите – и хлестнуло с удвоенной силой, круша оборонительные порядки и радостно пожирая их осколки.
Человек отлетел в одну сторону, Кристальный Пепел – в другую. Упав у стены, Меч полежал немного и засветился ярким фиолетовым светом – весь, от рукоятки до последнего изгиба кристалла. И Элан, поднимающийся у противоположной стены, потирая себе грудь, застыл, пораженный увиденным.
Гигантский бесформенный комок мрака замер в центре коридора, изучая источник света. Он был огромен, закрывая собой весь проем тоннеля, и при этом безостановочно выбрасывал во все стороны тонкие длинные щупальца, как будто ориентировался в пространстве… Похоже, так оно и было – глаз или иных привычных органов у клочка тьмы Элан не заметил. Яркий свет смутил его, но не слишком. Примерившись, живая тьма вытянула вперед нечто вроде щупальца и легко коснулось
Огромный валун, брошенный Эланом, беззвучно исчез в сгустке мрака – темная субстанция так же легко разошлась перед материей, как и перед энергией. Но теперь внимание комка мрака переключилось на Хранителя. Гигантский по размерам клубок мрака ударил в сторону Хранителя, надеясь покончить с досадной помехой одним ударом и вернуться к прерванному пиршеству. Миновав мигом отскочившего противника, призрачный таран ударил в стену – и камень зашипел, плавясь под воздействием ожившей тьмы. Постояв секунду, сгусток выдвинул с десяток сгустков поменьше – и двинулся в сторону Хранителя. Метод ведения боя был выработан, и мрак спешил уничтожить юркого врага.
На этот раз Элан не двинулся с места. Он тоже выбрал стратегию, потратив на нее непозволительно много времени. Будь подземная тварь поразумней, у него не было бы и шанса. Сейчас же – пусть эфемерный и призрачный, но он появился. Человек понял главное: сутью противостоящего ему сгустка мрака была не материя, а энергия! Материальная основа, скорее всего полужидкая, наверняка присутствовала, но играла лишь вспомогательную роль.
Окружив тварь коконом пустоты, Хранитель принялся собирать энергию окружающего мира, впитывая ее в себя. По сути, он смоделировал миниатюрную модель Предела – пустотный барьер, ограничивающий течение энергий, замыкающий их на себе, но позволяющий черпать энергию со стороны – тому, кто способен на подобное.
Вряд ли кто-нибудь из местных магов мог представить себе преграду, созданную из энергетического вакуума, и тем более построить его – однако Элан был жителем достаточно развитого технологического мира, к тому же он не раз работал с Пределом, изучая свойства последнего. Атака была направлена не на оживший комок мрака, а на энергию, его питающую.
Оказавшись в изоляции, тварь забеспокоилась, двинулась вперед. Хранитель так же плавно отошел назад, все энергичнее выкачивая магию из пространства. Растерявшись, субстанция кинулась к теплой стене – оттуда наверняка должна была изливаться сила вулкана, питающая ее все эти годы – и налетела на поставленный барьер! Завизжав, она рванулась к заветной цели, не обращая внимания на растворяющиеся в темноте энергетические снаряды, осыпающиеся на закипевший пол сотнями капель. Достаточно ей было прильнуть к поверхности, и она могла бы выиграть – пустотный барьер в камне могли поставить разве что боги. Элан прикусил губу, не замечая, как струйка крови стекает по подбородку. Ему казалось, что он голыми руками удерживает плотину, и при этом сквозь него бьет ток воды неимоверной силы. Тварь билась в агонии, теряя части мрака, разбрызгивая тяжелые капли, заставляющие шипеть и плавиться гранитные глыбы. Некоторые из них попали на человека – боль была дикая, кровь хлестала сквозь рваные раны, но у Хранителя было достаточно энергии, и он останавливал кровь, не ослабляя стен ловушки. От него требовалось одно: держаться. И он держался. На упрямстве, на желании жить и необходимости помочь тем, кто на него надеялся. И еще на воспоминании: черный клубок легко касается сверкающего Меча – и тот начинает стремительно тускнеть…
Сгусток мрака наконец понял, что проигрывает схватку. Взревев, он бросился в сторону Элана и, налетев на кокон пустоты, застыл в нескольких сантиметрах от человека. Капли разлагающейся плоти ударили в Хранителя.
Сумасшедший спазм боли потряс человеческое тело, заставляя все бросить, свернуться жгутом в тщетной попытке унять невыносимую муку… Тварь взревела, чувствуя ослабление барьера, и принялась бросаться с удвоенной силой, расшатывая ослабевшие стенки защиты…
Ответом ей был дикий рев. Фиолетовое пламя ударило во все стороны, заставив мрак испуганно отшатнуться. И ярость, древняя и могучая, ярость дикого зверя, просыпающегося вулкана, ярость первозданных стихий на пике своей мощи ответили черному порождению недр. Края кокона пустоты сомкнулись, одним рывком выжимая подобие жизни из подземного создания – и наступила тьма.