Флинн
Шрифт:
А в баллончике, соответственно, краски оставалось все меньше.
— Убивайте невинных сейчас! Убивайте невинных безвинно! Пусть ничто не удерживает вас от убийств по любви!
Худой, как спичка, Джейд, стоял на полу босиком, одетый в черные брюки и когда-то белую футболку. Немытые черные вьющиеся волосы торчали во все стороны, падали на плечи. А за толстенными линзами очков безумным светом горели его глаза.
— Когда-то давно возникла необходимость привести людей в этот мир. Кормить животных, валить лес, пахать поля. Но теперь, теперь! Господи, теперь!
На карточном столике стояла пишущая машинка «ИБМ». Стула не было. На полу, у стен, лежали и стояли плакаты, изготовленные из картона с надписями черной краской: «УБЕЙ СОСЕДА!», «МАССОВЫЕ УБИЙСТВА — НА КОНВЕЙЕР!», «УБИВАЙ БЕЗ РАЗБОРА!», «ВНЕСИ СВОЮ ЛЕПТУ — УБЕЙ КОГО-НИБУДЬ СЕГОДНЯ!» Некоторые плакаты украшали красные и зеленые завитушки.
В углу лежали газеты. Пропитанные мочой. На них — человеческие экскременты.
Запах краски перебивал остальные, более неприятные запахи.
— Слушайте слова Гераклита и осваивайте приемы благородной войны! (Черное облачко!) Возьмите ваших молодых, ваших здоровых, ваших сильных — самых лучших — и поставьте друг против друга с мечами в руках.) (Облачко краски.) Особенно молодых, физически крепких, не познавших женщину! Используйте их как пушечное мясо! Уничтожьте их, прежде чем они уничтожат вас, прежде чем они уничтожат жизнь… прежде чем они наплодят себе подобных!
Приехав на Фоберг-стрит, Флинн не нашел Рэнди у винного магазина «Носорог».
Вместе с двумя кембриджскими копами Рэнди отправился в квартиру на втором этаже дома 1319.
Их прибытие положило начало Речи Джейда.
Флинн пожал руки копам, протянул Рэнди сандвич с ореховым маслом и бутылку кока-колы.
Несмотря на запах, несмотря на призывы к смерти, Рэнди в один момент слупил сандвич, запив его кокой.
— Человек создал эти замечательные машины смерти лишь для того, чтобы использовать их! И он их обязательно использует. Вспомним об отравляющих газах, запрещенных Женевской конвенцией! (Черное облачко!) А теперь подумаем о тех ядовитых веществах, что вываливаются на нас из каждой дымовой или канализационной трубы? Разве они не запрещены той же Женевской конвенцией? На Земле уже идет война, война презрения и жадности, и вот оно, оружие этой войны. Это война человека против себя самого!
Вскоре прибыла и Сасси, в элегантном бежевом брючном костюме, поморщила носик, в квартире пророка пахло отнюдь не благовониями, присоединилась к слушателям.
— Убивайте с открытой душой, говорю я! Избавьтесь от презрения и жадности. Убивайте не тайно, но открыто, с верой, надеждой и любовью, ибо убийства эти несут добро и милосердны по сути!
— Негоже слушать такое отцу пятерых детей, — пожаловался Флинн Сасси.
— Как я понимаю, вы признаете, что не все ваши решения правильные.
— Признаю, — Флинн положил руку на плечо Рэнди. — Всегда признавал.
Один из кембриджских детективов повернулся к нему.
— Машина у нас внизу, инспектор. Мы можем забрать эту обезьяну.
— И что вы с
— Я с ним разберусь, Френк, — вставила Сасси. — Это по моей части.
— Это доктор Сара Флеминг, — представил Флинн даму кембриджским детективам.
Детективы пожали ей руку.
— Я о вас слышал, — улыбнулся один.
— Благодарю.
— Ваша помощь будет очень кстати. У нас столько таких мартышек, что впору открывать зоопарк.
— Интересный тип, — заметила Сасси. — Рассуждает абсолютно здраво, отталкиваясь от исходной аксиомы.
— Да, — согласился детектив. — Совсем чокнулся.
— Хорошо. — Флинн повернулся к детективам. — Вы уже поняли, как опустошить баллончик. Шаг вперед и тут же назад. Это просто.
— СДОХНИТЕ!
Джейд, видя, что его уже не слушают, возвысил голос.
— ЭТО САМОЕ МЕНЬШЕЕ, что вы можете сделать для мира. Не способны улучшить его, убивая других, — освободите то место, что занимаете сами!
— Пошли, Рэнди. Давай освободим то место, что мы сейчас занимаем. Домой и спать.
— Спасибо, что позвонили мне, Френк, — Сасси коснулась его руки. — Я проведу с нашим пророком смерти курс терапии.
— Самолет он не взрывал?
— Нет. Я в этом уверена.
— А вы?
Она в изумлении уставилась на Флинна, улыбнулась, но ничего не сказала.
Рэнди бросил рюкзак на заднее сиденье семейного автомобиля, черного «Чекера», сел на переднее, рядом с отцом.
— Отличная работа, юноша! — Флинн повернул в сторону Массачусетс-авеню.
— Теперь я могу принять душ?
Флинн потянул носом воздух.
— Я тебе это настоятельно рекомендую.
Глава 33
В пятницу утром, после завтрака, Флинн вымыл кофейную чашку и наполнил ее травяным чаем.
Затем унес ее в кабинет и плотно притворил за собой дверь.
Нашел в телефонном справочнике нужный ему номер, набрал.
— Методистская церковь Уэнтуорта. Доброе утро.
— Я не знаю, как вас зовут…
— Джерри Лашер.
— Вы — тамошний священник?
— Да. Чем я могу вам помочь?
— С вами говорит мистер Финнеган, доктор Лашер. Из «Трех эл».
В трубке ахнули.
— Из Лиги людской ласки, — уточнил Флинн.
— Понятно, — отозвались на другом конце провода.
— Наша цель — помогать людям.
— Слава богу. Я думал, что вы, понимаете, из другой лиги, о которой…
— Нет, нет. Ваша паства может ни о чем не беспокоиться, — заверил его Флинн.
— …я читал в газетах, — закончил фразу священник.
— Как я понимаю, среди ваших прихожан есть семья по фамилии Дикерман?
— Дикерман. Да. Дикерман. Действительно, раньше они посещали нашу церковь.
— Раньше?
— Да. Я думаю, они переехали. Уже с год как.
— Они не переехали, доктор Лашер.
— Нет? Может, они присоединились к другой общине.
— Они не присоединились к другой общине.
— Да? А что с ними случилось? Я уже год их не видел.
— У них серьезные неприятности.