Флора и фауна
Шрифт:
Н-да, из осторожности лучше б не тянуть и отказать сразу. Безумие браться за это дело, и играть с Энеску тоже глупо, но как жаль, что уплывает такой клиент!
— Хорошо, я должен подумать, поговорить с людьми. Вы же понимаете, что я лично заниматься поисками интересующей вас женщины не стану.
— Но проконтролируете. Хочу сразу предупредить, все данные по схожим особам предоставляйте в фотодокументах. У меня нет желания встречаться с каждой, кто имеет какое — то сходство с ней.
`Значит, попытку получить фальшивку уже проходил.
Скверно.
— Договорились. Десять дней.
— Чек на расходы, — кивнул Гарику. Тот вытащил из внутреннего кармана пиджака бумажку и положил перед Макрухиным. — Аванс за раздумья. Если возьметесь, получите в пять раз больше, если найдете — в десять.
Семен смотрел на росчерк и вписанную сумму в пятьдесят тысяч евро и понимал, что сам дурак, если решил Энеску на крючок ловить. Эту рыбу надо на якорь брать, однако припоздал — сглотнул его сам. Пятьсот тысяч — сумма.
— Мало? — решил, что поскупился Бройслав, видя, как замялся Макрухин. — Не будем торговаться — семьсот тысяч, достаточная сумма за ваши услуги.
Ап… тс… о-о…а… у-у-у….
`Ёееее'!! — глаза Семена сами вылезли из орбит, чтоб сверить фото и проявленную в уме сумму: это за что же такие деньги платить собрались? Может, девка вся из золота, а плачет и сморкается сплошь брильянтами?
Гарик вздохнул: безумие. Но попробуй, останови Ориона.
— Только не пытайтесь со мной играть, господин Макрухин, — предупредил Бройслав, сообразив, что Семен Яковлевич надолго ушел в заоблачные дали мечты. — Я буду ждать вашего звонка. Гарик, оставь ему телефон, — встал и пошел к выходу, не прощаясь. Фомин кинул перед Макрухиным визитку и заверил:
— Я сам вам буду звонить.
— Угу, — только и выдавил тот и проводил настороженным взглядом ненормальных.
`Думай, Семен, думай, кому столь щекотливое дело поручить, чтоб ума хватило его выполнить и не проболтаться, да цену не заломить? — отстукал пальцами по столешнице в раздумьях.
Бройслав щедро улыбнулся Валентине:
— До вечера, милая, — и выплыл прочь из приемной. Гарик бросил насмешливый взгляд на глупую и прикрыл за собой двери.
Ах, какой мужчина, — вздохнула девушка. В воздухе еще витал аромат его парфюма, а голову кружило в предчувствии встречи с Бройславом Энеску тет-а-тет.
— Роковой мужичок. Кабы не пропасть… — прошептала, вздохнув. Взять его в свои доверчивые руки она и не мечтала — ума хватило понять, что этого красавца ей не удержать, но хоть прикоснуться, и то счастье.
И мечтательно принялась покусывать кончик авторучки, мысленно уже летя в жаркий любовный роман с элегантным и загадочным иностранцем. Есть в нем что-то порочное, демоническое, а фигура, а взгляд, а манеры?…
Блин, какого покемона ради она еще на работе сидит?! В салон-парикмахерскую, в бутик за убойной экипировкой! Срочно!
Девушка вскочила
— Семен Яковлевич, отпустите меня на сегодня, плиззз! — Сложила ладони лодочкой на груди в мольбе об отгуле. — Очень, очень надо!
Семен подозрительно оглядел секретаршу и хмыкнул: уже углядела виноград, лиса!
И потер подбородок в раздумье: а чего б нет? Пусть идет, себя потешит, Энеску и на шефа поработает.
— Иди сюда, "Эммануэль", — поманил пальчиком. — Колись, с кем на свидание собралась?
— Э-э-э… в больницу… Да! Зуб вот шатается, боюсь, к обеду выпадет. Нужны вам беззубые работники в приемной? Вы же не хотите клиентов отпугнуть?
— Слушай меня, рыбонька моя, лгать начальству, ох, как нехорошо, но я добрый, тайны твои девичьи выпытывать не стану, отпущу тебя… к венгерскому специалисту. После обеда! И с условием — ты прощупай его: какие женщины нравятся, что привлекает. О чем мечтает, вкусы, привычки. Хоть крошку информации принесешь — гуляй со своим венгром хоть каждый день… на благо нашего агентства.
— Поняла, — закивала довольная Валентина. — Сделаю.
— Молодец. Да не болтай ему ничего! — пригрозил пальцем. — Не так он прост, как бы ты хотела. Осторожней с ним.
— Что вы, Семен Яковлевич! — возмутилась. Она вообще разговаривать с ним не собиралась ни о чем, кроме себя и, понятно, его, и то — минимум, остальное время планировала провести в более тесном общении, чем пустая болтовня.
Семен по ее физиономии, как по листу, прочел все мысли и желания.
`А девочка созрела'… - хмыкнул и махнул рукой: Свободна.
Валя выплыла из кабинета и ринулась звонить знакомой маникюрше.
— Притормози у гастронома, — попросила я Ивана.
— Зачем?
— Ряженку куплю!
— Не дергайся, — предупредил хмуро.
— А ты не задавай идиотских вопросов.
Он промолчал, но посмотрел неласково и притормозил.
— На тебя что-нибудь купить? — спросила, вылезая из машины.
— Что именно?
— Не знаю: пачку презервативов или бутылку Кайзера?
— Булочку с героином и кефир.
Я усмехнулась:
— Постараюсь. Если что, возьму для тебя детское питание.
— И намордник. Для себя, — буркнул себе под нос, когда я уже захлопывала дверцу.
В магазине, кроме полусонного состава служащих, двух бабулек и мужчины с опухшим от похмелья лицом, никого не было. Я встала у холодильника с молочной продукцией и, делая вид, что выбираю из небольшого ассортимента, позвонила Макрухину.
— Ну, — вяло бросил он после того, как я наизусть выучила состав питьевого йогурта и творожной массы, а заодно чуть не съела ее от нетерпения.
"Ну!" — антилопа гну!
— Директор зоопарка? Новобрачная на проводе!
У Макрухина, видно, с утра денек не задался, потому зол был, и чувствовалось это по паузе и пыхтению в трубку.