Фокус
Шрифт:
— Эй, спящий красавец, тебе нужно поесть. — Мать трясет меня за плечо и, зная мои повадки, тут же стягивает одеяло с моих плеч, мешая укрыться с головой. — Андрей, ты вторые сутки ничего не ешь, так нельзя.
— Я могу проглотить пару кусков сырого мяса, — ворчу в ответ, накрывая голову подушкой. — Все равно сварится внутри.
— Вставай, — безапелляционно говорит эта бессердечная женщина — и я нехотя открываю глаза.
Сначала думаю, что ослеп, потому что перед глазами какое-то красно-розовое размытое пятно, но, проморгавшись, различаю сердце, криво нарисованное на альбомном листе и закрашенное
— Я тебя люблю, папочка, — щебечет Сова и крепко обнимает меня за шею.
Что?
— День влюбленных, — подсказывает мать.
Я целую Соню в кончик носа и бережно кладу рисунок на соседнюю подушку.
— Колючий, — морщит нос Сова и тут же, как тушканчик, скачет вслед за матерью, а я со вздохом снова заваливаюсь на кровать.
Закрою глаза и полежу еще ровно минуту.
Интересно, что она сейчас делает? Тоже принимает в подарок дурацких плюшевых медвежат или криво сшитые сердечки с синтетическим наполнителем? Не люблю этот праздник, потому что само слово «любовь» обесценилось до дешевых игрушек из перехода, которые некоторые «молодцы» покупают десятками, чтобы раздаривать всем девушкам, которых хотят затащить в койку. Есть у меня такой приятель: считает, что на День Валентина дают даже неудачникам, а если он расстарался на цветок с красной ленточкой и поющего херню медвежонка — вариант практически беспроигрышный.
«Не люблю этот день», — сказал я несколько недель назад, когда обсуждение пришлось в тему.
«А я люблю, но без цветов и игрушек. Просто это хороший повод сказать людям, как много они значат, и какой скучной, серой и невыносимой была бы жизнь без них. Сказать родителям, что мне важна их любовь, сказать друзьям, что их поддержка, порой, помогает восстать из пепла. Сказать любимому человеку: Я тебя люблю».
Наверное, в ее жизни как раз появился один такой, раз в наших разговорах резко отпала необходимость.
И не буду я себе врать, что мне все равно. Нет, не все равно, потому что я правда хотел с ней увидеться. Тяжело представлять женщину, которую хотелось во многих смыслах, радостно тискающую дурацкую плюшевую игрушку или букет цветов.
В моем телефоне уже куча сообщений, большая часть — от неизвестного номера, подписанные «Твоя всегда любящая». Удаляю, даже не пытаясь вчитываться. Еще есть сообщение от жены брата: эта неугомонная девушка, кажется, любит весь мир и по любому поводу готова осыпать всех «своих» конфетти из сердечек. Не представляю, как они уживаются вместе, но на данный момент молодая семья брата — пример того, что я уверенно назову «идеальный брак». И, блин, я ему завидую до чертиков.
Если я напишу уже_не_моей_выдумщице, она ответит?
Я даже открываю список контактов в вайбере, где чат с ней висит в самом конце длинного списка. Обычно я удаляю все, что теряет свою актуальность больше, чем на три дня, но этот оставил, хоть и не перечитываю. Наверное, самое время.
Впервые за две с половиной недели я читаю наши последние сообщения. Пытаюсь увидеть между строк поворот не туда. И ни хрена не нахожу. Не сказал я ничего такого, за что она могла обидеться — даже копаться в этом не буду. Даже сообщение последнее — от меня. И ноль ответа, никакой реакции. Значит, на голову выдумщице свалился Прекрасный
Кстати, о демонах.
Я знаю, что она собиралась писать новую книгу о своем этом пафосном кровавом потрошителе, и даже, «как своему», рассказала мне парочку спойлеров. И даже кое-чем мне пригрозила: в ответ на мои колючие издевки сделать Писающему демону руну в виде лиса, как на моем предплечье. Интересно, сделала ли?
Форум, где выдумщица выкладывает свои новинки в режиме онлайн, давно у меня в закладках, хоть в последнее время я заходил туда преимущественно ради ее книг. Странное чувство. Как будто возвращаться туда, где раньше было прикольно флудить в комментариях, стебая фанаток кровавого красавчика всякими едкими комментариями, а теперь даже оставить пару строчек — за пределами нормального.
Но все же.
Хотя бы так.
На странице моей выдумщицы нет книги о продолжениях приключений Писающего ушастого красавчика.
Но есть другая, в том жанре, над которым Йори всегда смеялась и говорила, что в реальности ей слишком тесно, и писать о простых людях у нее просто не хватит мастерства. На обложке — полуобнаженный мужик, прям как по западным стандартам топа современных романов на Амазон. Красивые синие буквы, ее имя и название — «Волшебство».
И два слова в аннотации, которые почему-то вышибают из меня дух: «Ты важен, «А»
Что. За. На хрен?!
Первая мысль, которая приходит в мою голову — кто такой А? Ни черта не разбираюсь в писательских… штуках, не представляю, зачем они пишут что-то перед началом произведения и не знаю, с какими мыслями оставляют фразу «Любимой жене посвящается». Могу только догадываться, что это такой повод показать человеку, что он — особенный. Иначе зачем такое делать?
— Андрей, ты уже встал, я надеюсь? — кричит из кухни мать, и я кое-как, чувствуя себя развалиной, выбираюсь из постели.
На мне целая куча маленьких волдырей, и хоть пик болезни я, кажется, уже переступил, я все равно немного шатаюсь от слабости. Пару дней точно нормально не ел, и даже сейчас мысль о том, чтобы запихнуть в себя что-то тяжелее бульона, вызывает приступ желудочных колик. И вода, даже комфортно теплая, бьет по коже дождем раскаленных искр. Как будто стою прямо под сваркой.
Кто такой этот А? Пытаюсь вспомнить имя того придурка, с которым говорил по телефону. Нет, кажется он точно не на А, да и Йори говорила о нем так, что вряд ли это тянуло на посвящение в обозримом будущем. Так поступила бы безголовая слабохарактерная дура, а моя выдумщица — одна из самых умных женщин, что я знаю.
Или мне просто хочется верить, что никакого А в ее жизни нет. Она же не была с мужчиной четыре года! Мы даже виртуальный секс устроили без видео, потому что малышка стеснялась, как школьница. И после этого я должен поверить, что за две с половиной недели в ее жизни появился мужик, которым Йо так впечатлялась, что написала ему целое «Ты важен»?
Блин, вот какого… меня это вообще волнует?
После душа я кое как натираю себя медицинской мазью. Хорошо, что она бесцветная, и я не похож на зеленого человечка. Вот Соня в полном восторге от того, как бабушка превратила ее в зеленый пупырчатый огурец. У них теперь ритуал — каждый день обмазываться заново.