Фокусник
Шрифт:
– Он позвонил?
– Да.
– В котором часу?
– Не помню. Кажется, я задремал перед телевизором.
– Что случилось, когда вы приехали в школу?
– За ними?
– Да.
– На улице их не было. Я решил, что они в здании, потому что все еще шел сильный снег.
– Вы видели кого-нибудь около школы?
– Нет.
– А потом?
– Я вошел в вестибюль. Эд и Лайла ждали меня. Я взял один чемодан, Эд - другой, и вместе с Лайлой мы пошли к выходу.
– Сколько времени вы провели в здании школы?
–
– И что произошло потом?
– продолжал мистер Меткалф.
– Мы вышли из школы. Шел сильный снег, чемоданы были тяжелые, и, только подойдя к машине, я увидел, что в салоне сидят люди.
– В салоне вашей машины?
– Да.
– И кто там сидел?
– Урек и его дружки. Звук карандаша Томасси, упавшего на стол, привлек внимание судьи Клиффорда.
– Позвольте мне, мистер Меткалф.
– Он повернулся к Теренсу Джафету. Мы стараемся восстановить истинную картину происшедшего, поэтому для нас очень важно, чтобы вы придерживались только фактов. Вы поняли, что это Урек, когда увидели, что в кабине сидят люди, или позднее?
– Я думаю, позднее.
– Хорошо, - кивнул судья.
– А как вы узнали, что остальные трое - его дружки?
– Ну, они входят в банду, которая терроризирует...
– Ваша честь, - не выдержал Томасси, - тут я не могу промолчать. Мистер
Джафет наверняка знает о так называемой банде понаслышке и не должен упоминать об этом даже сейчас, не говоря уже о суде.
– Я не могу не учитывать ваше мнение, мистер Томасси, - ответил судья.
– Доказательства, касающиеся существования в школе какой-то банды и ее причастности к нападению на Эдварда Джафета, должны выявляться на основании свидетельских показаний сотрудников полиции и администрации школы. Если только мистер Джафет не знает об этой банде непосредственно, из личного опыта.
– Мне рассказывали о ней мой сын и другие учащиеся, о ней говорят преподаватели. Мы не раз обсуждали эту проблему и поднимали вопрос у директора.
– К сожалению, - заметил судья, - подобная информация и называется свидетельскими показаниями с чужих слов. Расскажите, что еще вы видели в тот вечер.
– Урек разбил чемодан, один из чемоданов с реквизитом для фокусов, о бампер, задний бампер автомобиля, а потом набросился на Эда и Лайлу...
– Урек или кто-то из его дружков? спросил Меткалф.
– Нет, я совершенно уверен, что это был Урек. Когда он свалил Эда на землю и начал его душить, я помню, что бил Урека по спине, чтобы заставить его отпустить моего сына.
– Вам это удалось?
– Да, но после того, как Эд получил тяжелые повреждения. Этот Урек доставлял немало хлопот школе...
– мистер Джафет замолк на полуслове. Он посмотрел на судью, Меткалфа и Томасси.
– Извините.
– Мы понимаем, - ободряюще кивнул судья.
– Что произошло, когда Урек отпустил вашего сына?
– Он разбил ветровое стекло моего автомобиля.
– Каким образом?
– Цепью.
– Какой цепью?
– Ну, я не знаю.
– А потом?
– На пороге появился школьный сторож с сильным фонарем и что-то закричал.
– Что именно?
Мистер Джафет на мгновение задумался.
– Честно говоря, я не помню.
Он заметил довольную ухмылку Томасси.
– Что произошло после появления сторожа?
– Все четверо убежали. Мы с Лайлой втащили Эда на заднее сиденье автомобиля. Он настоял, чтобы я положил чемоданы в багажник, хотя я хотел сразу ехать в больницу.
– Вы поехали в больницу?
– Да, несмотря на разбитое стекло и сильный снегопад.
– По пути вы завезли девушку домой?
– Нет, нет, мой сын едва дышал, и нам пришлось сразу же ехать в больницу.
Меткалф знал, что допрос свидетеля надо заканчивать на высокой ноте.
– Ваша честь, - обратился он к судье Клиффорду, - у меня больше нет вопросов. Я бы хотел позвать девушку.
– Вы хотите что-нибудь спросить у свидетеля, мистер Томасси?
Адвокат положил руку на плечо Урека. Казалось, он успокаивает подростка, но на самом деле его пальцы впились в плечо, напоминая Уреку, что тот не должен поднимать голову. Затем Томасси встал и подошел к мистеру Джафету.
– Мистер Джафет, ваш сын ударил обвиняемого?
– Ну да, вероятно да, они же дрались.
– Понятно. Вы знаете, почему дрались обвиняемый и ваш сын?
– На него напали!
– Мистер Джафет, постарайтесь понять, что нас не интересуют ваши определения случившегося. Мы просим вас говорить только о том, что вы видели. И видели своими глазами. Повторяю вопрос. Вы знаете, почему дрались обвиняемый и ваш сын?
– Мой сын защищался.
– Против всех четверых?
– Нет, против Урека.
– Урек подрался с вами и девушкой или только с вашим сыном?
– Сначала с Лайлой, потом с Эдом.
– Но не с вами?
– Нет.
– Но вы напали на него?
– Я пытался спасти сына, оторвать руки этого негодяя от шеи...
– Если я вас правильно понял, вы лупили его кулаками по спине. Теперь в третий раз я прошу ответить, знаете ли, вы почему дрались Урек и ваш сын?
Мистер Джафет чувствовал, что его показания не принесут Эду никакой пользы. Если б он только запомнил, что говорил Эд о мнении доктора Коха. Но ему возразили бы, что он опять говорит с чужих слов.
– Почему дрались ваш сын и Урек?
– Я не знаю, - со вздохом признал мистер Джафет.
– Ваша честь, - Томасси взглянул на судью, - я думаю, что мистер Меткалф может приглашать девушку.
17.
Лайла Херст ждала в соседней комнате. Войдя в зал суда, она кивнула отцу и матери и немного смутилась, увидев, что на нее устремлены взгляды всех присутствующих.
Судья подумал, что Лайла очень милая девушка, не из тех, кто гладят волосы утюгом и обожают джинсы и бусы. Он попросил ее положить левую руку на Библию и поднять правую.