Фонд

Демотт Уэс

– Послушай, она на самом деле прекрасно выглядит.

– Да, да… Материалы с данными моих исследований у тебя?

Блевинс вздохнул и шаркнул ботинком.

– С ними возникла проблема. Боюсь, твои материалы исчезли.

Джеймисон оттолкнулся от стены, больно ударившись об нее опухшей рукой.

– Ну и ну! Что же случилось?

– Их украли из нашего сейфа. Немного раньше я попытался сделать с материала копии, чтобы застраховаться от чего-то подобного, но их уже не было.

– В таком случае это, должно быть, сделал кто-то из ваших агентов.

– Иначе и быть не могло. Возможно, секретарь. В общем, сотрудник ФБР.

Мелисса

протиснулась между ними.

– Сможет ли в этих условиях ФБР все-таки выступить в качестве обвинителя против тех политиков и корпораций, которые сотрудничали с Драммондом?

– Ну… конечно. Да, я все еще могу возбудить дело против них, по крайней мере против представителей высшего эшелона, которые руководили остальными. Там будет множество мелкой рыбешки, которую мы так и не обнаружим, но я могу добиться ареста руководителей, обезглавив таким образом их организацию. После этого она быстро развалится.

– Прекрасно. – Мелисса с трудом присела и вздохнула. – Было бы неплохо разделаться и с мелкой рыбешкой.

– Думаю, с этой затеей у нас закавыка. В дневнике Уордена названы многие из них, но мы не можем воспользоваться этой информацией, поскольку правдоподобным основанием для обыска послужили ваши данные. Таков, друзья мои, закон.

– Но должен же существовать какой-то повод для ареста всех, кто замешан в преступлении.

– Сожалею, но порой закон срабатывает именно так. Это американская Фемида, Питер. Бороться с системой невозможно.

Джеймисон вздохнул.

– Драммонд боролся.

– Ты хочешь уподобиться Драммонду?

– Конечно, нет.

– Я тоже. Если это означает упустить небольшую часть мелкой рыбешки, я готов заплатить такую цену. Я верю в систему. Несмотря на то что правовая машина работает медленно, она тем не менее работает. Порой для получения должного эффекта требуется много времени.

Он обратился к Мелиссе:

– Впрочем, не волнуйся. Даже если нам не удастся арестовать армию, которая следовала за Драммондом, и даже если кто-то другой займет место Драммонда и продолжит курировать коррупционеров, мы в конечном счете положим этому конец. Это наша работа. И мы относимся к делу со всей серьезностью.

Мелисса внимательно посмотрела на Блевинса.

– Что ты имеешь в виду, когда говоришь, кто может занять место Драммонда? Ты думаешь, что кто-то заменит его?

– Честно говоря, не знаю. – Он посмотрел на Джеймисона и решил действовать через него. – Ты ей не говорил?

Джеймисон откинулся назад и покачал головой. В глазах отразилось страдание. Потом он отвел взгляд в сторону.

– У меня не было возможности.

Блевинс нахмурился.

– Так вот. Уже несколько лет ходят слухи о том, что кто-то создает систему политической поддержки, планирует свалить нынешнее руководство этого криминального сообщества. Слухи могут быть верными или неверными, но, с моей точки зрения, если они имеют хождение, значит, кто-то почти наверняка сделает подобный шаг. Со смертью Драммонда образуется мощный вакуум власти, который кому-то непременно захочется заполнить. Природа не терпит пустоты, так ведь? Это изречение в полной мере подходит и для преступных сообществ. Добрая весть состоит в том, что человек, вознамерившийся пробраться на самый верх, по всей видимости, уже находится где-то поблизости от этого верха и попадется в наши сети вместе с другими главарями, которых мы арестуем.

Мелисса убрала

волосы со лба. Они откинулись единой слипшейся массой. Их все еще удерживала вместе засохшая кровь Брюэра.

– Просто не верится, что ты не знаешь, сможешь ли уничтожить их.

– А как насчет твоего друга Кейна? Думаешь, он сможет воспользоваться твоими данными? Как я уже говорил, они могли бы послужить хорошими уликами.

Джеймисон в разговор не вступал, пока не поймал взгляд Мелиссы и не понял, как она восприняла новость, сообщенную Блевинсом.

– Давай спросим его. Мелисса, ты пойдешь?

Мелисса взялась за волосы и пыталась освободить отдельные пряди от крови.

– Минутку. Я хочу сначала очиститься от этой дряни.

Джеймисон посмотрел, как она пошла в ванную комнату, потом рассказал Блевинсу еще кое-что о Кейне, с восторгом и уважением, как обычно говорят о покойнике. Хотя медсестры тщательно следили за его состоянием, он понимал, что его уже считают мертвым. Это было ясно из того, как они ухаживали за ним. Оказывали особое и ласковое внимание, будто соборуя его перед смертью. Около часа назад Кейн позвонил сестре и попросил ее позвонить близким ему людям, чтобы попрощаться с ними. Джеймисон помог сестре удерживать трубку у уха Кейна и набрать номер, после чего оба ушли. Уходя, сестра шмыгала носом, будто потеряла всякую надежду.

Когда Джеймисон вошел вместе с Блевинсом в палату, Кейн лежал с открытыми глазами. Однако понять, жив он или мертв, было нельзя. Кейн, казалось, не дышал. Повсюду на его груди и руках были трубки и бинты, а над головой попискивали мониторы. Потом Кейн заморгал, пригласил их войти.

– Как ты себя чувствуешь, Джек?

Кейн кашлянул и прошептал:

– Довольно хорошо вообще-то.

Джеймисон пробежал взглядом по всему его телу, увидел, какие повреждения нанесли ему бесчисленные пулевые ранения, и понял, что тот лжет.

– Хорошо, – отозвался он. – Я рад.

Кейн попытался улыбнуться, и это каким-то образом ему удалось.

– Я по-настоящему сожалею, что беспокою тебя, но нам нужно найти белую коробку с важной информацией, которую я обнаружил в «Диллон».

Кейн снова закашлял. Кашель был глубокий, грудной, с выделением вязкой мокроты.

– Я знаю о ней.

– Кто ее украл? – Джеймисон нагнулся к нему.

Кейн еще покашлял. На этот раз его тело задергалось в конвульсиях, а мониторы заработали и стали издавать ровный, неменяющийся сигнал. В палату вбежали две медсестры, оттолкнули Джеймисона, начали проделывать какие-то манипуляции с машиной и осматривать Кейна до тех пор, пока тот не удивил их тем, что вновь пришел в себя. Он лежал с немощной улыбкой на бледном лице и молчал до тех пор, пока сестры перестали задавать друг другу вопросы. Несколько минут спустя они покинули палату, непрестанно оборачиваясь, словно недоумевали, как ему удалось это сделать.

– Да, – произнес Кейн. – Я знаю, у кого она.

Джеймисон подвинулся к нему совсем близко, пытаясь не показывать, как это его волнует.

– У кого?

Кейн поворочался на койке, закрыл глаза. Его лицо исказила гримаса боли. Успокоившись, он открыл глаза и посмотрел на Блевинса, который в это время подходил к нему, оставив свой портфель на столике для подносов.

– Я вас узнал, – сказал Кейн. – Вы агент ФБР Блевинс.

– Виновен.

Кейн улыбнулся и сжал зубы.

– В вашем управлении есть агент по имени Стрик.