Формалин
Шрифт:
– Сегодня без синяков?
– И подмигнул. Дилан пожал ему руку, а я проскользнула в салон, занимая то место, на котором обычно сидела, рассчитывая, что О’Брайен сядет дальше.
Автобус тронулся, и Дилан, пошатываясь, прошёл по салону. По спине прошла приятная вибрация, когда он, чтобы не упасть, схватился за спинку моего сидения и сел позади, тяжко и устало вздохнув.
Я, наконец, расслабилась, осознав, что никто более не смотрит на меня. Интересно, как Дилан выносит это? Думаю, у него иммунитет.
Перебираю
Опускаю глаза, хмурясь, когда замечаю на сидение рядом красный фрукт. Наклоняю голову, придерживая локоны спутавшихся волос, и беру в руки яблоко, поднося его к лицу.
Приоткрываю губы, шепча:
– Что за черт?
Комментарий к Part 9.
Глава, если честно, далась мне тяжело. Тут больше мыслей (пора ведь все-таки сближать этих двоих, да и гг понять, что что-то не так), поэтому мне не понравилось писать её. Хотя, возможно, настроение просто не то. В любом случае, надеюсь, что завтра будет легче)
========== Part 10. ==========
***
Дилан сильно задержался на тренировке. Тренер никак не хотел его отпускать, хотя все остальные члены клуба давно ушли. Парню не по душе проводить там больше времени, чем нужно, ему охота поскорее оказаться дома и сесть за компьютер, полностью погрузившись в виртуальную реальность.
Дилан ворчит, раздраженно закатывая глаза, когда понимает, что один наушник прекратил работать. Это нехорошо. Когда ты слушаешь музыку, тебе хочется полностью уйти от реального мира. А когда ты слушаешь одним ухом, то эффект совершенно иной, не такой, каким должен быть.
О’Брайен шел не так быстро, как нужно. Ему нравилась та тишина, что повисла в воздухе этого города. Он огляделся по сторонам, убедившись, что вокруг никого, поэтому снял очки, пустив пар изо рта. Потирает глаза. Они устают от того, что приходится смотреть сквозь стекла. Это мешает. И раздражает.
Дилан дернулся, натягивая очки обратно, когда услышал грохот. Парень огляделся, ища источник звука, после чего начал замедлять шаг, постепенно останавливаясь. Его взгляд был устремлен в сторону автобусной остановки. Дилан приподнял очки, чтобы разглядеть и убедиться в том, что видит. Он щурится, часто моргая, после чего недовольно шмыгает носом, почесав переносицу.
Девушка с расстегнутой курткой пошатывалась, сжимая в руке стеклянную бутылку. Она подносила её к губам, делая глотки и давясь, при этом кашляя, как старый дед.
Парень усмехнулся, хотя продолжил идти своей дорогой, но, думаю, он понял, что потом его замучает совесть, поэтому повернулся и направился к остановке, осматриваясь.
Девушка чесала голову, её взгляд был туманным, а движения неуклюжими. Она чихала и икала одновременно, что не могло не рассмешить даже такого зануду, как Дилан О’Брайен.
Парень сунул руки в карманы джинсов, остановившись
Дилан тяжко вздыхает:
– Все больше убеждаюсь в том, что ты чутка «того», Кэйли Тернер.
***
[несколькими часами ранее]
Иногда они ставят меня в тупик.
Я зашла на кухню, удивляясь, как атмосфера изменилась: родители мило и дружелюбно общались, попивая кофе. Их беседа касалась некой выставки, что будет проходить в соседнем городе. Удивительно, что мать заинтересовалась чем-то подобным. Она не тот человек, что ценит искусство.
Кажется, их голоса дрогнули, когда они заметили мое присутствие. Мать поднялась, и меня передернуло от её какой-то наигранной улыбки.
Тут явно что-то нечисто.
– Как день прошел? – спрашивает, но в голосе не слышен интерес. Она выливает кофе в раковину, ополаскивая кружку. Я немного мнусь, переступая с одной ноги на другую, но потом отвечаю:
– Вполне себе приемлемо.
– Правда? – не смотрит на меня. – Это хорошо.
Я подхожу к столу:
– А о чем вы говорили?
Отец улыбается:
– Я предложил нам с ней съездить в соседний город. Там пройдет выставка, и Саманта заинтересовалась, - отец допил кофе, поднимаясь. Я изогнула бровь, не веря:
– Правда, что ли? – смотрю на мать, которая вытирала руки о полотенце, продолжая улыбаться:
– Да, к тому же, это неплохая идея. Возможно, я пересмотрю свое мнение об искусстве в целом, - они с отцом переглядываются.
– Погодите, - наконец, доходит до меня, - так вы собираетесь поехать вместе?
Мужчина и женщина одновременно кивают.
– Вдвоем? – уточняю, чувствуя, как засевшая в сердце надежда вновь оживает, отряхиваясь от пыли.
– Да, это немного странно, - мать растеряна, поэтому я качаю головой, боясь сбить их настрой:
– Нет, нет, - кручу головой, - а когда едете?
– Сегодня, - резко отвечает отец, чем загоняет меня окончательно в тупик. Смотрю на время:
– А не поздно?
– Только четыре, не волнуйся, мы возьмем такси, а там - на поезде, - объясняет мать. – Это ничего, что мы оставляем тебя?
Я ухмыляюсь:
– Мам, подросток и один дома? Думаешь, меня это опечалит? – разворачиваюсь, идя к двери.
– Вот и хорошо, - слышу голос матери, после чего выхожу в коридор.
Поверить не могу.
Я многое ожидала от этого переезда, и просто не верится, что все начинает работать. Снаружи я выгляжу спокойной, но внутри все приятно дрожит, а внизу живота начинается щекотка.
Быстро поднимаюсь по лестнице наверх, напевая любимую песню под нос. Все проблемы разом ушли, оставив меня в покое. Иду по коридору, освещенному светом из ванной, дверь которой открыта.