Формалин
Шрифт:
Напряжение во всем теле растет, ибо Дилан с неохотой направляется к дому, вытаскивая из кармана наушники.
Я мельком поглядываю на темные окна своего дома, понимая, что ни за что не войду туда, но, что мне в таком случае остается делать?
Вижу, как Дилан сворачивает. Думаю, он пойдет на задний двор.
Я пожалею об этом, но другого варианта нет.
***
Дилан оборачивается на зов девушки, вставляя один наушник в ухо. Кэйлин смущается, но произносит, переборов себя:
–
========== Part 12. ==========
***
– Эй, я тебя предупреждал? – седой мужчина выпучил глаза от злости, дав подзатыльник подростку, стоящему рядом с его креслом, который потирал красные от слез глаза. – Никогда не оставляй свет включенным!
***
Я не верю тому, что произнесла подобные слова, не верю, что вообще смогла так уверенно выговорить это предложение, смотря в темные глаза О’Брайена, который, кажется, не выглядел удивленным или шокированным. Такое чувство, словно он ожидал этого, будто хотел услышать эту просьбу.
Я коснулась пальцами своих бровей, разглаживая их. Моя рука незаметно тряслась, когда я повторяла попытки вставить ключ в замочную скважину. Меня поражает тот факт, что дверь заперта, ведь я этого не делала перед уходом. Откашливаюсь, толкая её ладонью, и поглядываю на Дилана, который продолжал разглядывать автомобиль у своего дома. Скованно поднимаю руку, тыкая пальцем в его плечо. Парень оборачивается, разглядывая мрак в коридоре. Он бросает взгляд на меня, хмурясь, ведь я уступаю ему дорогу.
Ни за что не войду туда первой.
– Боже, - Дилан закатывает глаза. – Как ребенок, - входит, но я замечаю, что в его глазах блеснуло напряжение. Мне становится не по себе, но то, что я здесь не одна, успокаивает. Удивляюсь, когда Дилан без труда находит выключатель, и помещение озаряется желтым, но каким-то холодным светом. Мне становится жутко, ведь перед глазами эта чертова лестница. В ушах эхом разносится тот скрип половиц. Я кручу головой, закрывая за собой дверь:
– И-извини, хорошо? Мне неудобно просить тебя, просто…
– Мне не сложно, - перебивает меня парень, оглядывая зал с неким любопытством. – Я все равно домой не собираюсь пока.
Я часто моргаю, не понимая, отчего Дилан так жадно осматривает все вокруг, словно находится в музее или на выставке, но выбрасываю эти мысли из головы, стараясь улыбнуться, но напряжение не дает мне этого сделать:
– Кофе или чай? – направляюсь в сторону кухни, смотря на парня, который, к слову, медленно перебирал ногами, идя к лестнице:
– Я могу…? – не договаривает, указывая пальцем наверх. Я мнусь, но киваю:
– Да, только…
– Я схожу на второй, можно? – его голос ставит меня в неловкое положение, поэтому разрешаю, чувствуя, как неудобство засело в груди.
Парень
– Вот же, - шепчу, идя на кухню.
Но там темно, поэтому резко выскакиваю, захлопывая за собой дверь.
Мне не хочется даже заглядывать в темные помещения. Мне страшно. Боюсь увидеть там то, что окончательно лишит меня рассудка.
Верчу головой, быстро побежав в сторону лестницы. Уж лучше с Диланом в темном коридоре, чем одной здесь.
Поднимаюсь, не оборачиваясь, хотя желание пришлось перебарывать с трудом. Мне все время казалось, что позади кто-то дышит мне в спину, словно играя на моих нервах.
«Этот кто-то смеется надо мной», - вот, о чем я подумала тогда.
Выхожу на второй этаж и немного мнусь, видя, что Дилан стоит у двери кабинета моего отца, дергая ручку. Парень растерянно хмурится, повторяя попытки. Я соединяю руки за спиной, подходя к нему:
– Это кабинет моего отца. Ключи у него.
– Почему он запирает? – с каким-то непониманием спрашивает.
– Мой отец – параноик. Он писатель, личность творческая, поэтому считает, что весь мир хочет украсть его идеи, а так же, что реальность мешает ему создать шедевр… - кусаю губу. – Поэтому-то моя мать и не выдержала, - улыбаюсь, поднимая глаза на Дилана, который вдруг опустил голову, смотря на меня:
– Твои родители, - задумался, - ну, они…
– Разведены, - говорю вместо него, и парень откашливается, поднося кулак к губам:
– Ясно. Я не удивлен, твой отец странный.
– Да, но он хороший человек, - подметила. – Хотел зайти в кабинет?
– Там, - Дилан сунул руку в карман джинсов, объясняя. – Там должно быть фортепиано.
Я удивленно поднимаю брови:
– Что? Там? – хмурюсь. – Если честно, я там не была, поэтому… - задумалась. – А откуда ты знаешь, что там фортепиано?
– До тебя здесь жила семья, мой дедушка был против сдавать дом семейной паре, но отец настоял.
– Погоди, так твой дедушка, - приоткрываю рот, - ага… Теперь все ясно. И ты сюда приходил? Тут жил твой друг?
Поворачиваюсь, идя за Диланом, который поглядывал в сторону двери:
– Тут жила девушка с матерью, - чешет темные волосы. Я улыбаюсь, смотря на него:
– Твоя девушка?
Дилан закатывает глаза, жестикулируя:
– Нет, - отрицает. – Я помогал ей с учебой, но она была невыносима: все время уходила играть на фортепиано, меня не слушала.
– Понимаю её, ведь ты еще тот зануда, - шепчу, за что получаю щелбан от Дилана. Тру лоб, пыхтя:
– И что дальше? – мне пока с трудом верится, что Дилан вообще делится со мной чем-то. Если подумать, то мы впервые говорим о нем.