Формалин
Шрифт:
Щурю глаза, прочищая горло:
– Закрой глаза и спи, Тернер.
Девушка ерзает, продолжая смотреть на меня:
– Ты… - замолкает, хмурясь.
– Чего? – тру глаза рукой.
– Хочешь поцеловать меня? – шепчет.
Кажется, мой мозг начинает обрабатывать её слова, не особо вникая в суть. Часто моргаю, чеша затылок:
– Что ты… - заикаюсь, падая головой на подушку. Девушка поворачивает голову:
– Ты целовал меня.
– Знаю, - ворчу, не желая говорить об этом.
–
– Да, - перебиваю, прикрывая глаза. – И не проверки.
Кэйли молчит, поворачиваясь на бок. Открываю глаза, щурясь:
– Спи, тебе нужны будут силы.
Девушка поднимает брови, интересуясь:
– Для чего?
Не могу не улыбнуться:
– Я кое-куда отвезу тебя.
Её губы растягиваются в слабую улыбку:
– Звучит заманчиво. Это свидание?
– Pазмечталась, - наигранно хмурю брови. – Это тренировка.
Её глаза засверкали, чего я не мог ожидать. Кэйли приподнялась на локти, удивленно моргая:
– Ты отвезешь меня к себе на тренировку?
– Ну, да, - мой голос звучит неуверенно, ибо её реакция ставит меня в тупик.
– Отлично, - падает лицом в подушку, взглянув на меня своими сверкающими глазами. – Это даже лучше, чем свидание.
Хмурюсь, не понимая:
– Почему?
Девушка двигается ближе, укладывая голову на мою подушку:
– Потому что я хочу узнать тебя, - слабо вздыхает, - глупышка, О’Брайен.
И вот вновь не могу убрать эту чертову улыбку с лица. Кэйли смотрит на меня слишком долго, словно ожидая чего-то. Я щурюсь, приподнимая голову. Девушка кусает губу, еле заметно улыбаясь. Поднимаюсь на локоть, когда она двигается ближе, перебирая пальцами. Ухмыляюсь краем рта, опуская лицо. Неожиданно она касается пальцами моих губ, останавливая:
– Ты прав, нужно хорошенько выспаться, - отворачивается, тихо хихикая. Я возмущенно открываю рот:
– Серьезно?
Девушка накрывается с головой, шепча:
– Спокойной ночи.
Я закатываю глаза, вновь биясь лицом об подушку, после чего переворачиваюсь на спину, подложив руку под голову. Думаю, мне вряд ли удаться уснуть.
[petra’s memories]
Мой отец стоял слишком близко. Он до сих пор опекает меня, словно мне пять лет.
Женщина, в дом которой мы приехали, была очень свежа, я бы сказала, юна, для моего отца. У неё был сын – блондин с челюстью, что отличалась своей квадратностью. Она его мать? Они совершенно не похожи.
– Меня зовут Кларисса, - она приятно улыбнулась, протянув руку, которую я, будучи воспитанной в строгости, должна была пожать, но не сделала этого, из-за чего в воздухе повисло напряжение с капелькой неловкости. Отец откашлялся:
– Кэтрин училась в школе для девочек, изолированной
Если я взрослая, то почему ты ведешь себя со мной, как кретин?
– О-у, - девушка вновь улыбается. – Это – Линк, он мой сын, - указывает на блондина ладонью, который кивнул, кусая зеленое яблоко. На мгновение мое лицо скорчилось, ведь я почувствовала этот кислый вкус у себя во рту.
– Я покажу тебе комнату, - Кларисса коснулась ладонью моего плеча, заставив идти за ней. Я невольно бросила взгляд на отца, который о чем-то начал переговариваться с парнем. Кажется, они хорошо ладят. Что-то мне подсказывает, что все то время, пока я умирала от одиночества в пансионате, он был здесь. Здесь, с его новой семьей. И они явно хорошо проводили время. Все вместе. Без меня.
Хмурюсь, опуская лицо на ступеньки лестницы.
У отца и матери новая, своя жизнь. Опять же без меня.
Почему?
Почему именно я?
От лица Кэйлин.
Кажется, Дилан никак не может понять меня.
Он бросал в мою сторону удивленные взгляды, пока мы шли по оживленной улице. Воздух казался мне чистым и свежим, хоть и морозным, отчего нос краснел. А пальцы рук немели.
Я впервые застала столько людей на улицах. Город, словно, пробудился: машин больше, дети на площадках и в парках со своими родителями, маленькие птицы, голые деревья, чистое бледное небо и круг белого солнца, свет которого лишь раздражал глаза, заставляя щуриться.
– Хорошо, что тебе лучше, - подает голос О’Брайен, идя за мной. Оборачиваюсь, не останавливаясь:
– Рассчитывал, что после алкоголя буду пить воду литрами и жаловаться на головную боль? Это свойственно обыкновенным людям, - подшучиваю. Дилан изогнул бровь:
– А ты, я смотрю, не человек.
– Как и ты, - отворачиваюсь, продолжая идти. Парень нагнал меня, поправляя ремень рюкзака. Я хмурюсь, ворча:
– Зачем ты их носишь? – скорее, задаю вопрос в пустоту.
Дилан поправляет очки, вздыхая:
– Привык уже.
– Дашь мне поносить?
Опускает на меня взгляд, от которого по телу мурашки пробегают. Поднимаю ладонь:
– Поняла, поняла, убери только эту свою «моську».
О’Брайен приоткрывает губы, хмуря брови:
– Моську? – усмехается, как и я. – Окей, Кэйтлин.
– Мое имя – Кэйлин, - знаю, что ему охота просто позлить меня, но все это теперь не как раньше: мы задираем друг друга, но без особых намерений, не желая обидеть или задеть. Просто, шутим.
Парень тормозит у каменного здания, кивая головой: