Формика
Шрифт:
Он подарит Дэвиду нож. Боб уже присмотрел один хороший на рынке. Не такой красивый, конечно, как эти подделки, что сломаются на следующий день. Зато настоящий. Он подарит его на тринадцатилетие Дэвида. Да, он так решил.
– Всему свое время, – Боб выпрямился.
– Но папа…
– Сынок, нож – это оружие. С ним нужно уметь обращаться…
– Я умею. Я много тренируюсь пока ты на работе и вообще…
– … и быть его достойным, так что всему свое время. – Твердо закончил Боб, а Дэвид осекся и замолчал, почувствовав непреклонность отца.
Тем временем
На шум сразу же прибежала с кухни мать.
– Что случилось? – она удивленно смотрела то на рыдающего Кайла, то на Боба. – Привет, кстати.
– Привет, – Боб махнул рукой в приветственном жесте, так как в данный момент не мог подойти к ней и приветственно поцеловать. – Ишь ты, какой! Где это ты научился лазить по чужим вещам? Совсем у мамы распоясался?
– Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы… – Кайл размазывал слезы. – Вот папа, хнык-хнык, бьешь меня по попе! А вот сердце мне помнешь и я сдохну… Ы-ы-ы-ы-ы-ы!
Боб и Рэйчел переглянулись, некоторое время посмотрели друг на друга, а потом просто прыснули со смеху, даже не обращая внимания на грубое слово «сдохну» из уст малыша. Даже Дэвид, который, казалось, особо не вникал в ситуацию, улыбался. То ли из вежливости, то ли и в самом деле понимал.
– Ха-ха-ха! Поверь, Кайл, сердце у тебя не в жопе находится… – А потом добавил с наигранной серьезностью. – … Так что не надейся так легко отделаться. Буду наказывать за любую твою вредность, чтобы из моего сына не вырос поросенок. Что там у нас сегодня на ужин?
– Уже на столе остывает. Суп картофельный. – Рэйчел указала подбородком на дверной проем. – Давай быстрее, пока еще теплое.
Они оба проследовали на кухню. Желудок Боба жадно поквакивал от запаха, и Боб стремился набить его как можно быстрее. Там, на грубо вытесанном столе, остывала тарелка супа и небольшая миска с салатом, ломтиком хлеба и парой отваренных сосисок.
Печка давала вдоволь тепла, и в хижине было уютно, несмотря на обстановку и небольшую лодку в углу. Боб долго не мог догадаться, почему она стоит на кухне. Понимание причины пришло когда он, проснувшись, опустил ногу в воду и долго любовался на покачивающийся на водной глади кроссовок. И тогда до Боба начало доходить, что когда вода поднималась и затапливала пол хижины, старик перебирался и жил на чердаке, выплывая на на лодке прямо в окно.
Скоро так пришлось поступить и Бобу с семьей. Они уже начали отмечать в календаре весенние разливы. Так случилось и на следующий год. Хорошо, что малыш Кайл воспринимал происходящее как приключение, а жена с Дэвидом только понимающе вздыхали.
Да уж… Те еще условия. То-то старик продал хижину почти даром. Ладно, еще немного осталось. Они тут ненадолго.. Несколько месяцев, может год, и они переберутся
– Как они сегодня? Уроки сделали? – Поинтересовался Боб, зачерпывая очередную ложку супа.
– Да, Дэвид сделал, а Кайл дочитал только до середины, – Рэйчел смотрела в окно. Скорее всего, просто так, ибо там не было ничего нового, а мокрый лес создавал неизменное гнетущее впечатление, так что смотреть на него в очередной раз удовольствия не приносило.
– Кайл очень непоседливый, мороки с ним. А вот Дэвид все на лету схватывает.
Она задумчиво продолжала смотреть в окно через уже чистое стекло, но резко развернулась и выпалила:
– Давай отдадим их в школу.
Боб поднял взгляд и вопросительно посмотрел на нее.
– Ты знаешь, что нет.
– Я… Я просто не уверена… Им нужно общение с другими детьми для развития и расширения кругозора. Я не смогу им дать этого. Я не смогу их научить всему. Многое из школьной программы я и сама не понимаю. Я их учу тому, что я не понимаю. Учу неправильно, скорее всего…
– А в школе им преподадут правильные вещи?
Она осеклась, но потом снова быстро продолжила:
– Зато там они не будут изгоями, а мы с тобой будем тщательно следить, чтобы они росли хорошими мальчиками…
– А помнишь ту книгу? Ну ту, которую я купил в городе и мы потом ее сожгли? Да ту, «Приключения какашки»!
– Хватит! Ты понимаешь, о чем я.
– Да, понимаю…
Боб вяло помешал в тарелке ложкой, а потом решительно отодвинул ее.
– Но и ты меня пойми. Я не хочу, чтобы они стали таким же говном, каким их сделает общество.
– Может оно не такое, как ты привык думать.
– «Приключения какашки»… Ка-каш-ки!
– Таких случаев не много!
– Не много? Тебе примеры из жизни привести? Да чего далеко ходить? Мы сами стали жертвами нынешних веяний. Вот!
Он поднялся и широким жестом обвёл рукой вокруг.
– Тебе же нравится жить здесь правда? Какая-то там квартира в городе? Пф-ф-ф-ф-ф, фигня какая. То ли дело тут…
– Прекрати! Сам виноват…
– Чем? Что шлепнул Дэвида по заднице? Да меня в детстве отец за провинности так ремнем драл, да и тебя твой. И почти у всех так и что? Все выросли моральными уродами? Не-е-ет, просто дети пока маленькие и они понимают только примитивную боль или дискомфорт. Даже животные своих детенышей кусают, чтобы тех хоть чему-то научить…
– Они за шкирку их тягают…
Рэйчел подошла и обняла его сзади, прижалась к нему и склонила голову к его спине. Боб почувствовал, как замкнулись тоненькие ручки у него на животе и стук сердца прижавшейся к нему женщины. Он мгновенно успокоился, хотя грустные мысли так и остались у него в голове. Глава семейства лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации, ощущая, как на него с надеждой смотрят три пары глаз. Все было против него. Против него был весь мир, и только эти тоненькие ручки держали давление всего, поддерживая его сзади.