Формула боя
Шрифт:
Настроение радиоприемника на средних волнах показалось чересчур мрачным. Чтобы хоть на какое-то время отвлечься, Рябов переключился на FM-диапазон. Веселый голос ди-джея сообщил: «А сейчас на волне сентиментальный панк с детским наивизмом – Илья Лагутенко, группа «Мумий Тролль».
С гранатою в кармане, с чекою в рукеМне чайки здесь запели на знакомом языке.Я отходил спокойно, не прятался – не вор,Колесами печально в небо смотрит «круизёр»…Вот
Сейчас лучше отойти и дать дорогу профессионалам. От сегодняшней операции будет зависеть многое. Только бы Антон Никишин не оказался с «гранатою в кармане, с чекою в руке», натворить может дел. Где он сейчас?..
Феликс Москвин, шеф охраны Дробова, спасаясь от брызнувших в разные стороны осколков, сбежал по лестнице. Он успел выскочить из соседней комнаты и после команды Антона: «Я хочу видеть пустой коридор» – вжался в стену с пистолетом на изготовку. Сейчас внизу Феликса уже поджидали два товарища. Они на несколько секунд задержались, вслушиваясь в эхо слов Антона, потом все вместе вышли во двор.
Москвин, указав на крайнее окно, тихо заговорил:
– Он сидит боком к окну. Его можно достать вон с того дерева. – Еще один жест за забор на могучую ель. – Сто пятьдесят метров ерунда. – Он казался бледным и взволнованным, хотя до паники было далеко. Феликс Москвин: 34 года, два раза бывший: танкист и персональный член Ай-би-эй. [9]
Феликс кивнул напарнику, и тот скрылся в соседнем доме. Спустя несколько секунд он вернулся, держа в руках винтовку с оптическим прицелом. Винтовка была пристреляна приблизительно на такое расстояние.
9
Ай-би-эй – IBA – интернациональная организация телохранителей, основанная в 1957 году телохранителем Шарля де Голля – Виктором Оттом. Штаб-квартира находится в Париже. Имеет отделение в России.
– Давай напрямую, – приказал Москвин и, не таясь, побежал к забору: вряд ли этот псих решится подойти к окну и посмотрит во двор. Остальные побежали за ним. Феликс, не останавливаясь, отослал одного назад: – Оставайся возле входа. Мне помощи, кроме как подсадить, не надо. А ты на всякий случай выводи из подвала пацана, заткни ему рот, чтоб не кричал, и жди.
Забор был из металлической сетки, забранной по секторам в прямоугольные каркасы. Охранники влезли на забор: идеальная тишина. Так же бесшумно спрыгнув в траву, они, озираясь, подошли к дереву.
Москвин, положив винтовку на землю, с помощью товарища забрался на нижнюю ветку. Потом залез еще выше и опустил руку, принимая винтовку. Стараясь не сбить прицел о ветки, он перекинул ее через плечо и полез выше. Через некоторое время Феликс остановился, нашел удобное положение и вскинул винтовку. В оптическом прицеле отчетливо был виден светло-коричневый рисунок обоев в кабинете Дробова, две авторучки, торчащие из чернильного прибора, верхняя половина телефонного аппарата, дальний угол стола. Так же наполовину были
В подвале лязгнула дверь. Охранник вывел Образцова и поставил его лицом к стене.
– Голову запрокинуть, руки назад.
Сергей, щурясь от яркого солнца, не понял команды и поднял руки над головой.
Охранник оттянул правую руку и коротко ударил его под ребра. Сергей рухнул на колени. Это был второй случай, когда его били. Образцова не тронули даже после разговора с Дробовым, который кончился ничем. Сергей упорно стоял на своем: я никого не знаю, меня попросили. Дробову незачем было применять какое-либо воздействие на Сергея, а вернее, он немного опоздал. А потом догонять не было необходимости; зачем, когда у него уже была Светлана. Откровенная Светлана. Необходимая. Все внимание генерал сосредоточил на ней, координируя ее действия. Даже Антон ушел на второй или третий план, не говоря уже об Образцове.
А в первый раз к Сергею приложились вчера из-за того, что он спрятал эмалированную кружку. Ему принесли обед, а когда забирали пустую посуду, обнаружили, что нет кружки. Образцов спрятал ее, не имея, впрочем, ни малейшего понятия, что он с ней будет делать. Это был единственный металлический предмет, которым, как ему казалось, он может обладать. Все не с голыми руками.
– Где кружка? – спросил охранник с улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего.
Сергей пожал плечами.
– Не было. Только две тарелки.
Охранник ничего не сказал.
Сергей с облегчением услышал удаляющиеся шаги на лестнице. Он рано радовался. Не прошло и двух минут, как в подвал ввалились четверо охранников. Не говоря ни слова, они припечатали Образцова лицом к стене и несколько раз приложились к нему кулаками. Задыхаясь, Сергей упал на пол.
– Где кружка? – прозвучал повторный вопрос.
Сергей не глядя указал рукой в темный угол и посмотрел на охранников, не скрывая ненависти. Он ожидал, что его снова начнут бить. Но охранники, захватив кружку, удалились.
– … Я сказал, руки назад, а не вверх. Еще раз ошибешься, отобью печень.
Сергей опустил руки, скрестив их за спиной. Тут же на запястьях щелкнули наручники. Охранник вытащил из кармана носовой платок и теннисный мяч. Вложив мяч в платок, он взялся за края и замотал его.
– Открой рот.
Сергей, плотно сжав губы, покачал головой.
– Мне ударить тебя?
– Делай что хочешь. – Сергей вовсе не хотел играть в «Орленка», но чувствовать во рту чужой носовой платок было выше его сил.
– Ну, смотри! – прошипел охранник.
– Смотри ты.
– Чего?!
Рябов уже через несколько минут после того, как свернул на дорогу М2, был у поворота на базу Дробова. Ехал он небыстро. Постовой дернулся, увидев, что легковая машина, а за ней «Икарус» сворачивают под знак. Он засвистел. Рябов, благо времени было достаточно, послушно остановился, поджидая милиционера. В это время заработала рация, и подполковник, резким жестом прерывая излияния инспектора ГАИ, внимательно выслушал сообщение генерал-майора Берегового. Еще не закончив разговор, он показал удостоверение инспектору и жестом попросил остаться.