Формула боя
Шрифт:
Взглядом Рябов уперся в Антона. Тот ждал, не опуская рук. «Ну, что же ты, Рябов, – говорил себе подполковник. – Ты же двадцать минут назад репетировал подобную сцену. Слова ты знаешь и в жестах не ошибешься. Давай».
Чтобы Антон не смог ничего прочесть на его лице, Рябов умело скрыл накатившие эмоции слегка резковатой фразой:
– Ладно, – и махнул рукой. – Иди отсюда. Хотя подожди. – Он порылся во внутреннем кармане, вынув сложенный вчетверо листок.
Антон рассеянно взял бумагу и прочел:
Совершенно
Руководителю следственной группы
подполковнику Рябову М. А.
В одном экземпляре
Только для прочтения
Никишин Антон Николаевич – ликвидировать.
Антон вопросительно посмотрел на подполковника: зачем мне это?
– Вклеишь в дембельский альбом. – Рябов подтолкнул его к выходу и выслушал по рации сообщение капитана Жилина о том, что в приспособленном под склад строении обнаружено восемь спецупаковок А-232.
«Похоже, я выиграл, – подумал подполковник, глядя Антону вслед. – Впрочем… не я один».
Антон шел по коридору, вдоль которого стояли спецназовцы. Через прорези в масках они молча провожали его взглядами, и нельзя было видеть выражение их лиц, но один из штурмовиков, не удержавшись, хлопнул Антона по плечу.
САМАРА
Юлька ничего не понимала. Она пришла в политехнический институт, чтобы забрать документы. В секретариате ей сказали, что они у ректора.
– Вас просили зайти в ректорат, – улыбнулась ей молоденькая девушка, выписывающая справки.
– Зачем? – спросила Юля.
Та пожала плечами.
– Да вы не бойтесь.
Юлька не боялась.
И вот она стоит перед ректором и с глупой физиономией читает текст на бланке.
Государственный Комитет РФ
по высшему образованию
Самарский государственный
политехнический университет
22.08.1997
Выдана Лихановой Юлии Михайловне, 1980 года рождения, в том, что она зачислена в Самарский политехнический университет на первый курс…
Прочитав во второй раз, она задала ректору вопрос:
– Я зачислена, да?
Тот посмотрел на нее поверх массивных очков и веско ответил:
– Да. Я не знаю, кем вам приходится человек, хлопотавший за вас, но будьте уверены: вы приняты. Я не сторонник таких приемов, о чем, собственно, и сказал ему. Будьте уверены – в моей практике это первый случай.
Господи, что же это за человек? Она робко спросила:
– Антон?
– Какой Антон?
Как какой? – чуть не сказала Юлька. С которым она только вчера разговаривала по телефону. И тут догадалась. Она даже посерела лицом: не может быть… Следующий наводящий вопрос должен поставить все на свои места.
– Скажите… а я могу перевестись в Москву?
Ректор ухмыльнулся.
– С вашими-то связями? Это не проблема. Думаю, вы сделаете это легко. – Ректор снял очки и покусал
– Знаете, я не могу вам этого сказать. Но будьте уверены, что в его практике это тоже впервые, – заверила Юлька.
«Да… Выгородила. Надо было сказать, что я не так давно помогла чем могла – не ему лично, а так, вообще. Интересно, как бы ректор на это отреагировал. Наверное, окинул бы с ног до головы оценивающим взглядом».
– Ну что ж, не смею вас больше задерживать. Уверен, что вы будете в числе лучших студентов. Не опаздывайте, занятия начинаются через неделю. О переводе в Москву вы также подумайте, это правильная мысль. Если что, я помогу.
– Спасибо.
Юлька повернулась и пошла к двери. Ректор, окликнув ее, протянул еще одну бумагу, совсем узенькую полоску. Юля взяла ее в руки.
Выдана студентке Самарского политехнического университета Лихановой Ю. М. в том, что она стипендию не получает.
Дана для предъявления в ДВЗ.
Главный бухгалтер…
Ст. бух. расчетной части…
Слова «стипендию не получает» были от руки подчеркнуты. Наверное, этим ректор подразумевал какой-то акт.
Олег Примаков и Сергей Образцов от нечего делать поехали вместе с Юлькой. Они стояли у входа в здание политеха, терпеливо поджидая ее. Примаков курил, сплевывая в одно и то же место. У его ног образовалась пенная лужа. Образцов не выдержал.
– Что ты, как верблюд, честное слово!
Примус, махнув рукой, толкнул товарища в бок.
– Идет.
Юлька подошла, протянув каждому по бумажке. Образцов, прочитав, похоже, нисколько не удивился, а Примус еще долго сомневался и зачем-то смотрел справку на свет.
– Настоящая, не сомневайся, – забирая у него справку, деловито закончила Юля. – Мне обещали перевод в Москву.
– Везет… – вздохнул Примус.
– Завидуешь?
– Да нет… Я в армию пойду.
– А ты, Серый?
Образцов улыбнулся.
– А куда он без меня? Пропадет. Буду просить, чтобы его зачислили в мою роту.
Примаков изобразил на лице кислоту:
– Ой, ой, какие мы начальники! А мыть полы под моим присмотром не хочешь? А эта… как ее… вспышка слева, вспышка справа…
Образцов взял Юльку под руку, они направились к трамвайной остановке.
Эпилог
Татьяна Александровна усталыми глазами смотрела на брошюру с броским патриотическим названием «О чистоте русской нации». Такие книжонки стали не редкостью в Североморске, их разносили по почтовым ящикам бойкие подростки, пенсионеры; в темное время суток этим занимались военные, нервно оглядываясь по сторонам. Татьяна Александровна слышала, что за вечер они зарабатывали десятки тысяч рублей, но не верила. А среди своих знакомых разносчиков этой литературы у нее не было.