Форпост
Шрифт:
Беат уже находилась на уровне первого этажа, расчищая себе путь короткими, экономными очередями.
Выход.
Пятьсот метров открытого, лишенного растительности пространства, за которым начинались болота.
Рев кораблей рушился с небес вместе с ураганными порывами ветра.
Вокруг никого. Сенсоры, отслеживающие траекторию снижения чуждых кораблей, которые опускались по другую сторону лабораторного комплекса, давали ей фору в тридцать секунд.
Решение… Ну давай же!..
Мысленный окрик был излишним, система «Одиночки» и так перебирала
Из-за горящего здания внезапно показался бесцельно бредущий человек.
Имплант.
ЕГО ИМПЛАНТ!!!
Беат действовала стремительно. Инструкции, передаваемые от модуля «Одиночки» к программному ядру андроида теперь обрели предельную ясность.
Уже не она, а дройд резко повернулся, схватил человека за плечо, заставив сесть на гравий, затем коснулся пальцами своего металлопластикового черепа, освобождая из фиксаторов кристалломодуль «Одиночки» и точным движением вставил его в открытое, пустующее гнездо импланта на виске несчастного.
Десять секунд.
Мягкая заглушка из пеноплоти закрыло гнездо с кристалломодулем.
Пять секунд…
Андроид подхватил АРГ-8 и побежал в сторону болот.
Очередная спонтанная трансформация была завершена. Кристалломодуль с сознанием Беат вошел в прямой нейросенсорный контакт с пугающе-пустым рассудком человека.
Контроль зрительного нерва.
Моторные функции.
Все. Замри. Тебя здесь нет …
Из-за горящего здания появились боевые особи инсектов.
Вдогонку андроиду хлестнуло несколько очередей из трофейного оружия, с шипением разрядился лазер.
Он даже не обернулся, чтобы огрызнутся в ответ. Петляя и пригибаясь, дройд уклонился от неприцельного огня, и насекомые, видя перед собой цель, рванулись следом, не обращая внимания на пытающегося встать человека.
Его рассудок был пуст, а значит, он не представлял ни интереса, ни угрозы.
Глава 8.
Окрестности лаборатории инсектов…
Изможденный человек бесцельно брел по хрусткому гравийному покрытию, не обращая внимания на пожар, превративший вершину конической постройки в чадящий факел, ураганные порывы ветра, бьющие из-под днища черных, похожих на гротескные конечности кораблей; его пустой, потерявший осмысленность взгляд равнодушно скользил по окрестностям, не реагируя на события.
Вторая группа инсектов, выскочив из совершившего посадку корабля, рванулись к болоту, по которому тщетно пытался уйти андроид.
Никто из них не обращал внимания на одинокую истощенную фигуру, упавшую под очередным порывом ураганного ветра. Боевые особи насекомых пробегали мимо, для них опустошенная жертва проводящихся тут экспериментов не существовала вообще, разум человека практически не излучал в телепатическом диапазоне, они не видели
У горизонта появилось еще два черных корабля: стремительно сблизившись с комплексом лабораторий они внезапно обрушили на горящее здание тонны воды, расплавленная, чадящая органика внезапно взъярилась, выбрасывая замысловатые сгустки пламени, раздалось оглушительное шипение, во все стороны ударил пар, перемешанный с частицами гари и мгновенно твердеющими каплями расплавленной массы…
Вокруг построек лаборатории все заволокло дымом и паром, но боевым особям инсектов это не помешало целиться, - выскочив на край болотистой низины, они отлично видели удаляющуюся фигуру дройда, еще мгновенье и очереди из трофейного человеческого оружия, с которым инсекты управлялись вполне сноровисто, грамотно, ударили, вторя оглушительному треску остывающей, плюющейся струями пара обугленной массы в которую превратилось оплывшее коническое здание.
Пули ударили по воде, потом одна из очередей настигла удаляющуюся машину, и к грохоту выстрелов добавились звонкие удары металла о металл, андроид пошатнулся, по его механическому телу, вбирая все новые и новые попадания, пробежала судорога, еще секунда и сервомеханизм, утратив равновесие и ориентацию, упал на мелководье.
Цепь инсектов прекратив ураганный огонь, резво двинулась вперед.
Человек с трудом поднявшийся на колени, проводил их неожиданно-пристальным взглядом, затем, пошатнувшись, встал, и, ссутулив плечи, медленно побрел прочь, туда где гравийная площадка граничила с джунглями.
Его разум по-прежнему оставался пуст, сомнамбулические движения обреченного не привлекали внимания суетящихся вокруг уничтоженной лаборатории инсектов.
Сил у человека хватило лишь на то, чтобы дойти края болот…
Она должна была погибнуть.
При любых самых благоприятных стечениях обстоятельств, кристалломодуль «Одиночки» не мог эффективно управлять человеческим организмом.
Беат тонула в новых для себя ощущениях. Мгновенные прозрения ткали кошмарную перспективу действительности. Избежав уничтожения, она приговорила себя к медленной, мучительной агонии: войдя в прямой нейросенсорный контакт с опустошенным рассудком человека, она, пытаясь уловить хотя бы проблеск сознания, отыскать среди кошмарной пустоты случайно уцелевшую частицу варварски уничтоженного «эго», но находила лишь боль.
Она и только она стала теперь единственным источником воли , но что можно предпринять, когда вместо отклика сервомоторов воспринимаешь тупую боль одеревеневших мышц, а каждое движение дается с надсадными усилиями?
Беат могла мыслить с огромной скоростью, но тело человека едва реагировало на посылаемые нервные импульсы.
Нет, не сдамся .
Возможно, сейчас в биохимических реакциях сжигались последние ресурсы клеток, но она сумела встать, глаза человека открылись, и кибернетический рассудок вновь увидел тусклую размытую картину окружающего.