Франческа

Смит Джоан

– Но если Кэмден как раз и не хочет выставлять в суде семейные грязные дела.

– Да ведь и Мондли не захочет! Он слишком консервативен, чтобы выставлять такое на публичный парад. Он лишь надеется тайком погреть руки. Мондли притворяется, разыгрывая потерпевшего. В самом худшем случае – а я не допускаю худшего! – моя клиентка сможет пообедать за деньги, которые придется заплатить: тысячу гиней.

Мистер Кейн широко улыбнулся, услыхав такую весть. И поспешил на Хаер Мун Стрит обсудить новость с миссис Денвер.

Она насторожилась:

– Услуги мистера Дункана, очевидно, слишком дорого стоят?

– Да, недешево. Но это же не пять тысяч гиней. И надо

учитывать суть дела.

– Понимаю. Но позорное пятно останется на Френ. Люди всегда говорят: "Нет дыма без огня".

Мистер Кейн принял несвойственную роль подбадривателя: "Ну и что? Скоро Франческа будет далеко от этих мест. И ничего не услышит. А здешнее общество переключится еще на какое-нибудь чудо света. Скажем, дама бросит мужа или убьет его, любовника – и сплетники забудут историю леди Кэмден… Отчего бы не сообщить Френ хорошее? Исстрадалась, бедняжка!"

– Я заглянула в ее комнату. Френ спит. Вы так добры к нам, мистер Кейн и так много сделали. Наши сердца просто не выдержали бы.

– Всегда счастлив помочь! Письмо Мери я уже отправил. Скоро ждать ответа. Уверен, что Мери будет рада увидеть Френ. Послезавтра и отправимся.

– Ох, пережить бы эти сорок восемь часов!

– Даже меньше, – бодро сказал Кейн. – Мы выедем на рассвете.

– Вы с нами?

– Сопровождающим. Да и мне хочется повидать Мери и Рональда. И с моим крестником. Уже оттуда – домой, в деревню.

– Мы, мистер Кейн, совершенно испортили Вам сезон.

– И ничего подобного! Я сам испытывал смертельную скуку в течение всего сезона. Я даже сомневаюсь: стоит ли мне приезжать в Лондон? Возможно, в следующем году останусь в деревне.

Когда мистер Кейн ушел, миссис Денвер дала указание прислуге упаковывать вещи, а заодно и дом привести в порядок. Ей необыкновенно хотелось забрать с собой каждую крупинку, что хранилось в погребах – картофель, прочую снедь… И она сделала бы это, но стыдилась опуститься до уровня лорда Мондли.

Франческа вышла к обеду и приободрилась, услышав, как развиваются события. Но миссис Денвер ожидала увидеть на ее лице большую радость. Казалось, Франческу беспокоит еще что-то.

– Мне думается, ты сожалеешь, что приходится уезжать? Из лондонского общества в самый разгар сезона? Не так ли?

Франческа рассеянно ответила:

– Нет, что ты! С нетерпением жду, когда распрощаюсь с этим домом.

Миссис Денвер успокоительно согласилась:

– Уверена, Френ, что ты отыщешь себе небольшой справный домик. И не придется застрять в неуютной квартире.

– Знаешь, еще хочу небольшой садик. Приобретем все это – и не придется мне признаваться папе, что выбросила на ветер его деньги из-за проклятой истории с ожерельем.

Миссис Денвер снова завела излюбленную свою шарманку:

– А когда все утрясется, ты познакомишься в приятным джентльменом…

– …Никогда! – почти выкрикнула Франческа. – Двух было достаточно!

– Двух? Как понимать?

Щеки Франчески порозовели, и она промолвила смущенно: "Я имею в виду, что со мной обошлись безобразно Кэмден и его отец". "А… понимаю… Я-то вдруг подумала, ты думаешь о мистере Ирвине", – миссис Денвер слишком уж пристально посмотрела на Франческу. Та, не моргнув глазом, отрезала: "Конечно, его я не имею в виду. Он хороший друг, я благодарна ему. Они принимает в нашем деле почти столько же участия, как и мистер Кейн. А если учесть, что прошло совсем мало времени, как мы познакомились, – его любезность особенно заметна. Миссис Денвер думала свое: "интересно, получала ли Френ предложение от мистера

Ирвина?" Франческа пролепетала почти беспечно: "Возможно, мистер Ирвин заедет сегодня вечером…" Миссис Денвер рассудила: " Во всяком случае, ты обязана написать ему и поблагодарить за помощь. И потом: он должен знать, что ты уезжаешь". "Я уже поблагодарила его. А Селби скажет, куда мы едем".

Франческа болтала, чтобы скрыть свою недавнюю оплошность. Для миссис Денвер это была самая приятная трапеза за последнее время. А у Франчески каждый кусок застревал в горле, будто она глотала комки. Ведь думала о том, что пообещала лорду Дивэйну отплатить за оскорбление, а теперь вот не будет возможности. Одно утешение – она покидает ужасный город. И дело устраивается так, что не придется платить лорду Мондли за ожерелье. Оттого Франческа с двойной радостью ждала встречи с Мери.

ГЛАВА 12

Лорд Дивэйн, прежде чем встретиться с Маргаритой Салливан и попытаться взять у нее ожерелье, день провел в своих обычных делах. Узнал, что покровитель Салливан имел обычай заходить к ней каждый вечер в восемь. Лорд Дивэйн был возле ее жилья на Площади Сохо в половине восьмого.

Сэр Перси Кругер, человек крутого нрава, не потерпел бы у своей любовницы таких недостатков как воровство. Дивэйн же решил действовать кнутом и пряником. Запугать Маргариту, объяснив ей опасность ситуации, когда она могла быть схваченной с незаконно приобретенным сокровищем, ведь хранение краденого – наказуемое преступление. Она не могла носить ожерелье и не могла продать. Храня у себя, леди Салливан приобретет репутацию алчной женщины, а такое оскорбительно и для дамы легкого поведения, не только для настоящей леди.

Она потеряет сегодняшнего покровителя и обретет мало надежды на будущего.

Угрозы должны были ослабить ее решительность, а если понадобиться – подслащены взяткой. Ну, скажем, в триста гиней. Если и это не возымеет действия, Дивэйн пойдет на крайние меры: договорится со знакомым судьей и получит ордер на обыск во владениях Салливан. Он прихватил с собой ордер, а заодно пригласил служащего юридической конторы – на случай, если мисс Салливан спрячет ожерелье вне дома.

Внешний вид здания ни в коей мере не отражал барочную изысканность ей позолотой и красным плюмажем повсюду внутри дома. Сэр Перси со своей стороны сделал все возможное. У нее не было нужды в ожерелье. Туалет ее так же был восхитительным. Как и они сама. Маленькая блондинка, очень изящная, очень хорошенькая и вовсе не глупая, хотя производила впечатление решимой простодушности, что без осечки срабатывало в общении с мужчинами. С таким же простодушием она расширила от удивления глаза, когда Дивэйн вынул содержимое своего бумажника, но оценив при этом ситуацию, что в углу стоял посыльный, держащий в руках какой-то документ.

– Я на понимаю таких длинных слов, которые Вы употребляете, лорд Дивэйн. Незаконно присвоено? Что это значит? Разве Вы не знаете, что лорд Кэмден дал мне это маленькое ожерелье в знак своего уважения ко мне?

Разговор она вела, кокетливо подрагивая ресницами.

– Он несомненно одолжил его Вам. Но дело в том, что ожерелье не принадлежало ему. И лорд Кэмден не мог дарить, поскольку оно – фамильная драгоценность и закреплена за наследником.

– И что из этого следует?

– А то, что сейчас ожерелье принадлежит лорду Мондли, пока его младший сын не достигнет совершеннолетия. Лорд Мондли – не самый подходящий для Вас джентльмен, с которым Вы вступили бы в конфликт.