Фрайдэй
Шрифт:
Все это произошло значительно быстрее, чем я рассказываю об этом, то есть, эти коровы схватили меня, вмешался Жорж, я была свободна. Две секунды? Сколько бы ни было, убийца исчез вместе со своим оружием.
Я тоже собиралась исчезнуть, вместе с Жоржем, даже если бы мне пришлось нести его на руках, когда поняла, что Жорж решил все за меня. Он держал меня за правый локоть и сильно толкал в сторону главного входа во дворец, который был сразу за этой колоннадой. Когда мы вошли в холл, он отпустил мой локоть и тихо сказал:
— Спокойным
Я взяла его за руку. В холле было довольно много народу, но все было спокойно, и ничто не говорило о том, что только что в нескольких метрах отсюда была совершена попытка убийства главы государства. Люди толпились у киосков, стоявших вдоль стен, особенно возле букмекерских киосков. Налево от нас девушка продавала лотерейные билеты — точнее, предлагала их купить, потому что в этот момент у нее не было покупателей, и она смотрела по терминалу мыльную оперу.
Жорж развернул нас и остановился у ее киоска. Не поднимая головы, она сказала:
— Сейчас будет перерыв на рекламу. Тогда я смогу с вами поговорить. А пока осмотритесь.
Киоск был увешан лентами лотерейных билетов. Жорж стал рассматривать их, поэтому я тоже изобразила глубокий интерес. Мы тянули время; наконец, началась реклама, девушка выключила звук и повернулась к нам.
— Спасибо, что подождали, — сказала она с приятной улыбкой. — Я никогда не пропускаю «Несчастья одной женщины», особенно сейчас, когда Минди Лу снова беременна, а дядя Бен так неразумно к этому относится. Вы смотрите картину, дорогая?
Я призналась, что у меня редко бывает время на это — мешает работа.
— Жаль, это очень поучительно. Вот, например, Тим — мы живем с ним вместе — не смотрит ничего, кроме спорта. Поэтому он не имеет даже представления о лучших сторонах жизни. Вот, например, этот кризис в жизни Минди Лу. Дядя Бен просто преследует ее, потому что она не говорит ему, кто это сделал. Вы думаете, Тиму это интересно? Вовсе нет! Ни Тим, ни дядя Бен не понимают, что она не может этого сказать, потому что это случилось на окружном партийном собрании. Под каким знаком вы родились?
Мне следовало бы заранее подготовить ответ на этот вопрос: люди всегда его задают. Но если вы не родились, такие вещи очень смущают. Я назвала ей первую попавшуюся дату. — Я родилась двадцать третьего апреля. — Это день рождения Шекспира; он просто пришел мне в голову.
— Ого! У меня есть лотерейный билет специально для вас! — Она порылась в одном из украшений на киоске, нашла билет, показала мне номер. — Вы видите? Вы просто пришли сюда, а теперь у вас есть это! Сегодня ваш счастливый день! — Она оторвала билет. — С вас двадцать бруинов.
Я протянула бритканский доллар. Она ответила:
— У меня нет сдачи.
— Оставьте сдачу себе, на счастье.
Она протянула мне билет, взяла доллар.
— Вы славная девушка. Когда получите выигрыш,
— Еще нет. Я родился в девятый день девятого месяца девятого года девятого десятилетия. Можете ли вы справиться с этим?
— Ух ты! Какая потрясающая комбинация! Я попробую… и если у меня не получится, я вам не буду ничего продавать. — Она стала копаться в стопках и лентах бумаги, мурлыкая себе под нос. Она засунула голову под стойку, и некоторое время ее не было видно.
Она вылезла, покрасневшая и довольная, сжимая в руке лотерейный билет. — Есть! Посмотрите, мистер! Внимательно посмотрите.
Мы посмотрели: 8109999.
— Я поражен, — сказал Жорж.
— Поражены? Вы богаты. Вот ваши четыре девятки. Теперь сложите нечетные цифры. Снова девять. Разделите на нечетные цифры. Еще одна девятка. Сложите четыре последних — тридцать шесть. Это девять в квадрате, значит, еще две девятки, получается четыре девятки. Сложите все вместе, и получается пять девяток. Что бы вы ни делали, у вас все равно будет получаться ваш день рождения. Что вам еще нужно, мистер? Танцующие красавицы?
— Сколько я вам должен?
— Это особенный номер. Любой другой билет вы можете купить за двадцать бруинов, но этот… Почему бы вам просто не выкладывать передо мной деньги, пока я не улыбнусь?
— Это, похоже, честно. Только если вы не улыбнетесь, когда, по моему мнению, будете должны, я заберу деньги и уйду. Нет?
— Я попрошу вас вернуться.
— Нет. Если вы не предложите мне твердой цены, я не позволю торговаться после того, как предложу честную цену.
— С вами трудно иметь дело. Я…
Громкоговорители со всех сторон вдруг взорвались гимном «Слава Вождю», за которым последовал «Да здравствует Золотой Медведь». Девушка прокричала:
— Подождите! Сейчас это кончится! — С улицы в здание вошла толпа людей, прошла через холл и двинулась по главному коридору. Я заметила орлиные перья, торчавшие в середине группы, но в этот раз Вождь Конфедерации был так тесно окружен своими подчиненными, что убийце пришлось бы попотеть, чтобы попасть в него.
Когда снова можно было что-то слышать, продавщица лотерейных билетов сказала:
— Недолго он гулял. Меньше пятнадцати минут назад он прошел на улицу. Если он просто ходил до угла, чтобы купить пачку сигарет, почему он не послал кого-то, а пошел сам? Весь этот шум мешает работать. Ну, как, вы уже решили, сколько заплатите за то, чтобы стать богатым?
— Конечно, да. — Жорж вытащил трехдолларовую бумажку, положил ее на стойку. Он посмотрел на женщину.
Они смотрели друг другу в глаза примерно двадцать секунд, потом она печально сказала:
— Да, наверное, я улыбаюсь. — Она одной рукой взяла деньги, другой подала Жоржу лотерейный билет. — Могу поспорить, я расколола бы вас еще на один доллар.