Фрайдэй
Шрифт:
— У тебя все будет в порядке.
Через три часа, наспех пообедав, мы были в Сан-Хосе. Между «Паджаро Сэндс» и Нэшнл-плаза курсировали две машины; Уэйнрайт избавлялась от нас с максимально возможной скоростью — когда мы уезжали, я видела, как загружались два грузовика, больших, в каждый было запряжено по шесть лошадей, и около них был измученный Папа Перри. Я захотела узнать, что сделают с библиотекой босса — и почувствовала особую, эгоистичную легкую грусть, что я, может быть, никогда не буду иметь такой неограниченной возможности накормить Ненасытное Дитя. Я никогда не буду ученой, но мне все интересно знать, и терминал, напрямую подключенный ко всем лучшим библиотекам мира — это бесценная роскошь.
Когда я увидела, что они загружают,
— У него не было секретаря. Иногда я помогала ему, если ему нужны были дополнительные руки. Редко.
— У него был контактный адрес моих друзей Иена и Дженет Торми. Что могло с ним стать?
— Если его нет здесь, — она вытащила из сумки конверт и подала его мне, — он пропал… потому что у меня уже долгое время был приказ босса немедленно после официального уведомления о его смерти подойти к его личному терминалу и запустить определенную программу. Я знаю, это была команда удаления, хотя он этого не говорил. Все личное, что он держал в памяти компьютера, было стерто. Это было личное?
— Очень личное.
— Тогда если его нет здесь, оно пропало.
Я посмотрела на конверт, который она мне дала: запечатан и снаружи никаких надписей, кроме «Фрайдэй». Анна добавила:
— Он должен был лежать в твоем пакете, но я забрала его себе. Эта любопытная сучка читала все, до чего могла добраться. Я знала, что это личное письмо для тебя от Мистера Два Костыля — доктора Болдуина, теперь мне следует говорить так. Я не собиралась позволить ей заполучить его. — Анна вздохнула. — Я работала с ней всю ночь. Я не убила ее. Не знаю, почему.
Голди сказала:
— Мы должны были дать ей возможность подписать чеки.
Вместе с нами ехал один из штабных офицеров, Бартон Макнай — тихий человек, который редко высказывал свое мнение. Но теперь он заговорил:
— Мне жаль, что я сдержался. Посмотрите на меня; у меня нет наличных, я всегда пользовался только кредитной карточкой. Эта гадкая адвокатша не отдавала мне выходной чек, пока я не отдал ей свою кредитную карточку. Что делать с чеком на лунный банк? Можно по нему получить деньги или его просто примут к оплате? Может быть, мне придется сегодня спать на площади.
— Мистер Макнай…
— Да, мисс Фрайдэй?
— Я больше не «мисс» Фрайдэй. Просто Фрайдэй.
— Тогда я Барт.
— Хорошо, Барт. У меня есть немного бруинов наличными и кредитная карточка, до которой Уэйнрайт не смогла добраться, хотя и пыталась. Сколько тебе нужно?
Он улыбнулся, протянул руку и похлопал меня по колену. — Все то хорошее, что я о тебе слышал, оказалось правдой. Спасибо, дорогая, но я справлюсь. Сначала я отнесу чек в «Бэнк оф Америка». Если они не выдадут по нему деньги сразу, может быть, они дадут мне что-нибудь авансом, пока не получат оплату. Если нет, то я пойду в ее офис в ККД, лягу на стол и скажу, что найти для меня постель — это ее забота. Черт побери, Шеф обязательно проследил бы, чтобы каждый из нас получил несколько сотен наличными; она поступила так специально. Может быть, чтобы заставить нас наняться на работу к ее приятелям; от нее можно и это ожидать. Если она попытается поднять шум, то мне как раз хватит злости, чтобы попытаться выяснить, помню ли я что-нибудь из того, чему меня учили на начальной подготовке.
Я ответила:
— Барт, никогда не применяй силу, имея дело с юристом. С юристом надо бороться, используя другого юриста, поумнее. Послушай, мы будем в «Кабанья». Если не сможешь получить деньги по чеку, лучше прими мое предложение. Я от этого не обеднею.
— Спасибо, Фрайдэй. Но я буду душить ее, пока она не сдастся.
Комната, которую забронировала Голди, оказалась небольшими апартаментами, состоявшими из комнаты с большой кроватью с водяным матрацем и гостиной с диваном, который раскладывался в двуспальную кровать. Я села на диван, чтобы прочесть письмо босса, пока Анна и Голди были в ванной — а потом поднялась и сама
«Дорогая Фрайдэй.
Так как это моя последняя возможность обратиться к тебе, я должен рассказать тебе о вещах, о которых не мог говорить, пока был жив и все еще был твоим работодателем.
Твое удочерение: ты этого не помнишь, потому что его не было. Ты обнаружишь, что все документы соответствуют законам. Ты на самом деле моя приемная дочь. Эмма Болдуин настолько же реальна, как и твои родители, то есть реальна для всех практических и юридических целей. Тебе нужно быть осторожной только в одном: не позволяй своим нескольким личностям запутать друг друга. Но ты много раз ходила по этой проволоке, вполне профессионально.
Тебе или твоему представителю обязательно надо присутствовать при оглашении завещания. Так как я гражданин Луны…
(Что?)
…это произойдет в Луна-Сити немедленно после моей смерти, потому что в Лунной Республике нет тех юридических проволочек, которые можно найти почти в любой стране на Земле. Позвони в «Фонг, Томосава, Ротшильд, Фонг и Финнеган», Луна-Сити. На многое не надейся; мое завещание не освобождает тебя от необходимости зарабатывать себе на жизнь.
Твое происхождение: ты всегда интересовалась этим, и это понятно. Поскольку твои наследственные дарования были собраны из многих источников и поскольку все записи были уничтожены, я могу сказать тебе немногое. Позволь мне упомянуть о двух источниках твоего генетического набора, которыми ты можешь гордиться, о паре, известной в истории как «мистер и миссис Джозеф Грин». В кратере недалеко от Луна-Сити стоит им памятник. Но он вряд ли заслуживает поездки туда, так как смотреть там особенно не на что. Если ты запросишь Торговую палату Луна-Сити относительно этого памятника, ты сможешь получить кассету с довольно точным описанием того, что они совершили. Когда ты ее послушаешь, ты поймешь, почему я сказал тебе не торопиться осуждать убийц. Обычно убийство — грязное дело… но достойные наемные убийцы могут быть героями. Прокрути кассету и суди сама.
Грины много лет назад были моими коллегами. Поскольку их работа была очень опасна, я заставил их обоих сдать на хранение свой генетический материал, четыре ее яйцеклетки и некоторое количество его спермы. Когда они были убиты, я попросил сделать генный анализ на предмет получения посмертных детей — и узнал, что они были несовместимы; простое оплодотворение вызвало бы усиление некоторых плохих аллелей.
Вместо этого, когда стало возможным создание искусственных людей, их гены были использованы выборочно. Ты стала единственным удачным созданием; остальные попытки их использования либо были нежизнеспособны, либо должны были быть уничтожены. Хороший генный конструктор работает как хороший фотограф; совершенный результат является следствием готовности решительно уничтожать последствия любой не являющейся совершенной попытки. Больше попыток использовать Гринов не будет; яйцеклетки Гэйл закончились, а сперма Джо, наверное, уже испорчена.
Определить твое с ними родство невозможно, но оно эквивалентно чему-то между внучкой и правнучкой, остальные гены взяты из многих источников, но ты можешь гордиться тем, что тебя всю собирали с огромным старанием так, чтобы до максимума усилить твои возможности; сможешь ли ты их использовать, зависит от тебя.
Однажды, еще до того, как записи о тебе были уничтожены, я полюбопытствовал и выписал, откуда был взят материал для твоего создания. Насколько я помню, в тебе течет финская, полинезийская, индейская, датская, ирландская, свази, корейская, индийская, английская кровь — и понемногу других национальностей, потому что никто из твоих предков не был чистокровным. Ты никогда не сможешь быть расистом; ты будешь кусать свой собственный хвост!