Fred
Шрифт:
В два часа ночи я уже был на ногах. Не спеша, как настоящий чопорный английский аристократ, я выпил крепкий горячий, почти обжигающий чёрный чай с горьким тёмным шоколадом, который по совместительству оказался на сегодня моим завтраком. Далее собравшись и для безопасности отключив все штекеры из розетки за исключением холодильника, вылив оставшуюся воду из электрического чайника, закрыв на оба замка дверь, я вышел на улицу навстречу вызванному через приложение такси. Дороги в городах ночью обычно свободны, только водитель жёлтого пузатого автомобиля почему-то торопился.
«Привычка, – прокомментировал я мысленно спешку таксиста. – Так даже лучше, точно не опоздаю. Судя по всему, управимся за час»
Я был прав. Лихачу потребовалось
«Ничего есть не стану, мой организм ещё спит. Перекушу в самолёте. Лучше пройдусь по территории, слишком долго придётся сидеть», – счёл я в уме с нарастающей нервозностью из-за суетящихся тут и там спешащих лиц.
К моему огорчению, моё место находилось в хвосте самолёта. Я очень надеялся, что оно окажется у окна, но всё вышло с точностью до наоборот. Я сидел в центральном ряду. Возле меня справа и слева расположились два молодых человека. К моей второй досаде за утро первый из них к посадке на рейс был уже изрядно пьяным, второй казался не в настроении.
«Не повезло… Что ж, буду смотреть фильмы. Лететь девять часов. С кинопросмотром, надеюсь, время промчит незаметно»
Перед запуском аэродвигателя я написал матери смс для её спокойствия:
«Привет, мам! У меня всё хорошо, улетел на две недели вместе с друзьями на Шри-Ланку. По возвращению наберу, не переживай!»
Не дождавшись ответа об отправке сообщения, я перевёл телефон в авиарежим.
«Да, всё правильно сделал! Лучше написать на две недели, может, вернусь домой раньше», – рассудил я про себя.
Тем временем командир воздушного судна по громкой связи сообщил, что всё к полёту готово. Нам необходимо пристегнуться и отключить во избежание ошибок и помех передачи навигационного сигнала мобильные устройства.
– Поехали! – сказал я громко вслух на манер Юрия Алексеевича Гагарина, но никто даже не улыбнулся.
Глава 9. Здравствуй, Цейлон!
Дорога, дорога ведёт от порога,
Идёт от порога к мечте голубой!
(М/ф «По дороге с облаками»)
В шестнадцать тридцать мы достигли Коломбо. К сожалению, я не мог отчётливо разглядеть ни океан, ни очертания раскинувшегося внизу города, поэтому передать вам первые чувства от увиденного тех счастливчиков, которые сидели у окна, у меня не получится. Увы! Чтобы лучше проникнуться атмосферой новой для себя страны, уже при взлёте я решил изучить имеющуюся на борту кинотеку. Моё внимание привлёк документальный фильм из цикла «живая природа» о семье приматов. Сейчас, разумеется, точное его название я не воспроизведу, однако как полагается киноновелла была снята телекомпанией ВВС. Передача повествовала историю тропического леса, расположенного у небольшого поселения в центральной провинции округа Канди. Изображённая в фильме картина грезилась той Шри-Ланкой, которую я давно в тайне жаждал познать: загадочная, дикая, далёкая и захватывающая. В минуты кинопоказа мне до крайней степени рвения хотелось очутиться именно там, среди обезьян, развалившихся каменных руин храма, лиан и нетронутых человеком густых джунглей. Правда, спустя некоторое время после, как вы уже догадались, я успел понемногу разочароваться. Идеал, созданный воображением, никак не желал состыковаться с обнаруженным на острове в реальности. Красота, рождённая в недрах творческой фантазии головного мозга, всегда ярче и многограннее оригинала.
Между тем наш самолёт приземлился на посадочную полосу аэропорта со странным названием Бандаранаике. Люди, как по команде, принялись дружно подниматься с насиженных кресел. От длительного обездвиживания и постоянной
– Yes, Welcome to Sri-Lanka, my dear friend, Fred! – произнёс я отчётливо вслух, отчего женщина, сидевшая во время полёта спереди, обернулась и с гневным выражением лица посмотрела в мою сторону. От её пылающего взгляда ярости мне сделалось, с одной стороны, не по себе, с другой – я подумал:
«Плевать, эту даму я вижу в первый и последний раз. Я не виноват, что она не возжелала разделить со мной момент сиюминутного восторга».
Мы вышли из авиалайнера. Воздух после прохладной Москвы ощущался горячим. Чувствовалась высокая влажность. Мне было приятно дышать разогретыми парами, словно мы присутствовали в турецком хаммаме, и я чуть не захлебнулся ими по своей наивной неопытности. Давняя мечта затворника сбылась – ваш герой разрушил оковы, крепко обхватившие его тело и не дававшие ему сдвинуться с мёртвой точки. Мой дух ликовал от счастья, он стремился без промедления ринуться в бой, к ждущим меня открытиям. Впрочем, на перепутье оставались небольшие формальности… К недовольству прилетевших издалека туристов процедура пограничного контроля длилась целую вечность. Люди в специальной полувоенной форме в противоположность нам, казалось, вовсе не планировали торопиться, наоборот они делали всё декларативно и максимально медленно. Меня раздражала их инертность чрезвычайно. И не только меня одного. Пока мы мучились в зоне прилёта, на улице успело стемнеть.
Наконец, спустя пары десяток томительных минут, длительных общих страданий на одной из страниц моего бордового заграничного паспорта появилась желаемая наклейка, обозначавшая тридцатидневную туристическую визу, отчего я вприпрыжку выскочил из таможенной зоны в сторону выхода к основному вестибюлю аэровокзала. В просторных помещениях воздушной гавани пахло благовониями, сказывалось влияние буддизма. Убранство внутри аэропорта выглядело достаточно чистым, но в противовес нашему Шереметьево не таким свежим. К изумлению измотанной публики, я не стал дожидаться появление багажа на выдававшей их ленте транспортёра, а заторопился скорее далее, оставив недоумевающих соотечественников стоять в оцепенении у табло. Пару быстрых шагов вперёд, и я вылетел, как молния, в основной зал прибытия. Вслед за открытием раздвижных дверей послышались бурные разноголосые крики местных жителей, толпящихся у разделительной полосы с табличками названий гостиниц и фамилиями прибывающих гостей. Меня никто не ждал… Хотя, полагаю, державшимся возле меня ланкийцам было абсолютно без разницы, кого посадить во временно припаркованные транспортные средства. Они с надеждой вчитывались в растерянные глаза, пытаясь взглядом отгадать, ты ли Mister Dmitriy Varlamov или нет.
Мне представлялось их поведение очень забавным, но я не стал выказывать этого, чтобы случайным образом никого не обидеть. Безучастно я направился в город. Лишь ближе к позднему вечеру, предварительно вызвав такси через приложение Grab (аналог европейского Uber), я добрался до гостиницы. Ночевать в Коломбо ни при каких условиях я вовсе не рассчитывал. Мне не терпелось быстрее попасть на побережье, в свой номер. Мой отель располагался в городе Хиккадува. Безусловно, если бы гостиница не была забронирована мною заранее, существовала бы очень высокая вероятность того, чтобы я остался в столице. Вместе с тем терять оплаченные сутки, имея отрицательный опыт в Москве, мне хотелось меньше всего.