Фронтир. Город в степи
Шрифт:
Да что там! Скорее всего сам Хор воздержится от повторных путешествий в эти края. Мужик он, конечно, серьезный и не трусливого десятка, но не дурак же в самом-то деле. Всему есть предел, а жадность, как известно, порой порождает бедность. Здесь же можно лишиться не только всех своих средств, но еще и жизни.
Но, чтобы усилить эффект, предстояло провернуть еще одно дельце. И именно на это предприятие лан Ариас возлагал особые надежды. Он собирался потопить второй пароход куроки. Этим занимался Ралин. Если все срастется как надо, будет просто замечательно.
— Что, парень, отстал?
Здоровяк,
— С чего ты взял? — У него был явный валийский акцент.
— Да что-то я тут пока других пароходов не вижу, — развел руками незнакомец, судя по обилию оружия и внешнему виду — наемник.
Этой ночью у Паюлы останавливались сразу четыре судна. Три шли вверх по течению, одно — вниз. В последнее время здесь стало оживленно. Если еще недавно суда проходили не каждый день, то сейчас по несколько за день. И это еще не предел, все были уверены, что количество судов будет увеличиваться. Данное обстоятельство также служило и дополнительным гарантом безопасности. При такой интенсивности движения арачи следовало хорошенько подумать, прежде чем решиться на нападение, ведь подмога могла появиться в любой момент.
Только что отошел последний пароход, направлявшийся в Новую Рустинию. Других судов видно не было, валиец в гарнизоне форта не служил, членом отряда наемников из Домбаса, расположившихся в палатках на берегу, не являлся. Так кто же он еще? Отставший, по-другому и быть не может.
— Вы из Домбаса? — видимо решив не нагнетать обстановку, поинтересовался валиец.
— Из Домбаса, — подтвердил наемник. — А тебе зачем?
— Поговаривают, что там можно получить работу.
— Хм… Что-то я не слышал, чтобы в бойцы набирали валийцев.
— Мужик, скажу только раз, и постарайся усвоить: я валенсианец.
Сказано это было не без вызова. Наемник сделал было к нему шаг, но был остановлен окриком:
— Матиш, остынь. Парень прав.
— Как скажешь, Рваное Ухо, — пробурчал Матиш, но всем своим видом давая понять: мол, будь моя воля…
— Вот так и скажу, — подойдя, строго сказал десятник. — Я Рваное Ухо, десятник и командир этого отряда. Так что ты там говорил, парень?
— Меня зовут Ралин. Пробавляюсь всем понемногу, но в основном наемничаю — охраняю торговцев, гоняюсь за бандитами.
— И что, в Новой Валенсии трудности с работой? — усомнился Рваное Ухо.
— Отчего же. На границе работы всегда с избытком, скорее уж бойцов не хватает. Но так уж дела сложились.
— Ну если хочешь остаться с нами, выкладывай, как там сложились дела.
— Пьяная драка в трактире. Один фермер решил, что я недостаточно с ним почтителен, а потом гаденыш еще и за нож взялся. Ну я ему этот нож в брюхо и приспособил.
— Весело.
— Да уж куда веселее. Теперь власти хотят меня вздернуть, да еще и на спине прорва кровников висит. Обхохочешься. Вот и решил податься в Домбас. Слышал, там стоящие бойцы нужны.
— А ничего, что там нет валенсианцев, а одни рустинцы?
— Так и что с того? Если придется, биться-то буду с пинками, не с валенсианцами, а при таком раскладе никаких проблем. А чего это ты десятником называешься, прямо как в армии?
— Воля нанимателя. У нас вообще с дисциплиной почище, чем в армии, разве только платят куда больше. Так что подумай, стоит ли оно того.
— А у меня выбора нет. Осяду в обжитых местах — доберутся, паскуды. А через земли арачей сто раз подумают.
— Ну-ну.
— Ну так добраться-то до Домбаса с вами можно? А то арачи как-то не очень белых жалуют.
— Что же, место, думаю, найдется. Однако оружие придется сдать.
— А если арачи налетят? Лишний ствол помехой не будет.
— Будет надобность, получишь обратно.
— Ладно. Но только когда поднимемся на борт.
— Само собой.
Пароход с экипажем, состоящим из куроки, прибыл ближе к вечеру. Наемники явно обрадовались его появлению. Они уж устали сидеть на этом берегу в праздности и безделье. Борясь со скукой, они даже устроили рыбную ловлю, отдав большинство улова гарнизону форта. Соседи как-никак, нужно делиться.
К удивлению Ралина, на барже уже имелись пассажиры до Домбаса. Похоже, Мойсес был прав, когда говорил о том, что, несмотря на трудности, Верная Рука сумеет организовать приток населения, если не предпринять ряд мер. Ралину было плевать на Домбас, но плата за работу была более чем щедрой. Например, конкретно за это дельце он получит полноценные две сотни, так чего задумываться, он, бывало, и за меньшее рисковал головой.
Новичку никто доверять не собирался, а потому у него не только забрали оружие, но и проверили пожитки. Рваное Ухо удивился, что наемник путешествует не с седельными сумками или заплечным мешком, а с большим саквояжем, по вместительности соперничающим с чемоданом. Ну да, сколько людей, столько и странностей. Тем более саквояж доверху был набит вещами. Не бедствует парень, это как пить дать. Ну и лукавый с ним. Дойдут до Домбаса, а там пускай Верная Рука разбирается, нанимать парня или дать от ворот поворот.
Капитан-куроки был уже неплохо осведомлен по части фарватера Изеры, а потому затягивать с отходом не стал. Беспокойство у него вызывал лишь своенравный участок слияния Мравы и Изеры, но его они успевали пройти еще засветло. А вот то, что в ночь они пройдут более спокойные места неподалеку от заставы, было неплохим плюсом. Если и нужно было опасаться нападения, то ночного. Днем арачи неопасны, так как на широкой Изере было достаточно места для маневрирования.
Преследуя свои планы, Ралин не стал размещаться с остальными наемниками на барже, а направился к капитану с предложением арендовать каюту. Деньги у него имеются, службой пока не обременен, отчего бы не устроиться с относительным комфортом. Понятно, что на многое рассчитывать не приходится, но все же это куда лучше, чем баржа с отсутствием каких-либо удобств. Пинк не устоял перед соблазном подзаработать лишнюю пару крон и предоставил небольшую клетушку с койкой.
Что же, все идет как нельзя лучше. Перво-наперво ему нужно было любым способом попасть на это судно, что удалось с поразительной легкостью. Второе тоже вышло без труда, хотя на такую удачу он и не рассчитывал, — Ралин находился на пароходе. Окажись он на барже, и все было бы гораздо сложнее. Наемники не даром ели свой хлеб, и большинство отряда находилось в карауле. Отоспятся днем, когда о внезапном нападении на широкой реке и говорить не приходится.
Конечно, это не значит, что все будет замечательно. Поди перережь по-тихому полтора десятка бывалых бойцов. Да и не перестреляешь вот так вдруг, тем более на всех бронежилеты. Кстати, у Ралина тоже имелся такой, просто он не взял его с собой, предполагая, что может лишиться своей поклажи и большей части оружия.