Фрунзе
Шрифт:
Еще 2 августа Центральный Комитет партии, учитывая серьезность положения на врангелевском фронте, принял решение:
«Ввиду успеха Врангеля и тревоги на Кубани, необходимо признать врангелевский фронт имеющим огромное, вполне самостоятельное значение, выделив его, как самостоятельный фронт. Поручить товарищу Сталину сформировать Реввоенсовет» [26] .
В тот же день, 2 августа, В. И. Ленин телеграфировал И. В. Сталину:
«Только что провели Политбюро разделение фронтов, чтобы вы исключительно занялись Врангелем…» [27]
26
К. Е. Ворошилов,
27
Там же.
Однако ставленники предателя Троцкого тормозили формирование фронта. Товарищу Сталину приходилось руководить двумя фронтами одновременно. Болезнь помешала ему довести до конца осуществление плана по разгрому Врангеля. Эту задачу выполнил верный соратник Сталина — Фрунзе.
Михаил Васильевич из Туркестана был вызван в Москву.
13 сентября 1920 года он явился к Ленину.
Фрунзе докладывал о положении в Средней Азии. Владимир Ильич слушал с обычной внимательностью, подперев левой рукой голову и делая правой рукой отметки на бумаге.
Когда Фрунзе кончил, Владимир Ильич отложил в сторону карандаш и, внимательно смотря в глаза собеседнику, сказал:
— А теперь, товарищ Фрунзе, вам надлежит отправиться на Южный фронт.
— Слушаюсь, Владимир Ильич.
Решение ответственнейшей задачи, которую возлагала на Фрунзе партия, облегчалось тем, что, приступая к операции, он мог опираться на громадную военную и политическую базу, подготовленную товарищем Сталиным в бытность его членом Реввоенсовета Юго-Западного фронта. Подобранные и воспитанные Сталиным кадры коммунистов и комсомольцев являлись цементом, который спаял единство армии.
В разговоре с Лениным Фрунзе высказал сожаление, что время не позволило подготовить надежные кадры своих военных специалистов, а старые военные специалисты, даже при их лояльности, с трудом проникаются сознанием, что Красная армия принципиально отлична от старой армии. Гражданская война совсем не похожа на прошлую позиционную войну.
В. И. Ленин сказал Фрунзе:
— Наши товарищи или совершенно попадают к ним в плен, или же их давят и душат. А вот вы, я знаю, сами умеете делать и другим даете работать…
Беседа вернулась к основной теме — врангелевскому фронту.
— Затяжка войны еще на год означает неминуемую гибель революции, — сказал Владимир Ильич. — С Врангелем должно быть покончено к зиме. Такова директива партии. Как вы думаете, в какой срок можно будет его ликвидировать?
— К декабрю, Владимир Ильич, Крым будет советским.
27 сентября Фрунзе прибыл в Харьков и вступил в командование фронтом.
Обстановка на фронте была весьма сложной. Сосредоточение ударной группы на правобережье еще не было закончено. На левобережном участке фронта части 13-й армии отходили под натиском противника. Врангель занял Александровск (ныне Запорожье) и развивал наступление на Волноваха — Мариуполь. Белополяки явно выжидали результатов наступления Врангеля и медлили с мирными переговорами. На тылах наших армий орудовали банды Махно, Несмотря на то, что товарищем Сталиным была уже проведена огромная работа по укреплению наших частей и поднятию их боеспособности, предстояло организовать управление фронтом. М. В. Фрунзе уверенно взялся за выполнение этой грандиозной задачи, имея постоянную помощь лично товарищей Ленина и Сталина. Партия направила на фронт более 13 тысяч коммунистов.
«Товарищи, — говорится в обращении Фрунзе к красноармейцам и всему составу фронта, — вся рабоче-крестьянская Россия, затаив дыхание, следит сейчас за ходом вашей борьбы здесь, на врангелевском
Фрунзе поставил армиям фронта задачу в кратчайший срок разгромить Врангеля. В своем приказе от 27 сентября он писал:
«Удар должен быть стремительным и молниеносным. Он должен избавить страну от тягот зимней кампании, должен теперь же, в ближайшее время, раз навсегда закончить последние счеты труда с капиталом. Командованием фронта все меры, обеспечивающие его успех, приняты. Очередь за вами, товарищи… Врангель должен быть разгромлен, и это сделают армии Южного фронта».
После тщательного изучения обстановки Фрунзе разрабатывает план разгрома Врангеля в Северной Таврии, положив в основу идею Сталина. Главный удар должна была нанести правобережная группа (6-я армия, 1-я и 2-я Конные), отрезав Врангеля от Крыма. Левобережная группа армий в первый момент притягивает на себя как можно более сил противника, а затем уничтожает его совместно с ударной группой.
План М. В. Фрунзе был обсужден с главным командованием в присутствии товарища Ворошилова.
К. Е. Ворошилов рассказывает:
«Получается приказ нового командующего т. Фрунзе об ускорении марша армии (Первой Конной. — С. Б.). В конце сентября он вызывает либо меня, либо т. Буденного на совещание в Харьков. Тов. Буденный не может оторваться от армии, и я спешно на паровозе мчусь в Харьков.
Вагон главкома. За столом главком. Начштаба т. Лебедев и… кто это? Фрунзе? Глазам не верю. Радостная встреча — Арсений и Володя, „перекрещенные“ революцией в их собственные имена и фамилии. Пожимаем друг другу руки. Оба возбуждены, рады неожиданной встрече.
Так вот он кто — Фрунзе-Михайлов, о котором так много славных, граничащих с легендами, вестей и слухов! Вот он, большевистский воспитанник иваново-вознесенских и шуйских ткачей!
На столе огромная карта, на которой видно, что враг, последний враг русской революции, с удесятеренной наглостью пытается расширить район своих действий.
Мы начинаем обсуждать стратегический план нанесения решительного и последнего удара барону Врангелю.
И вчерашний подпольщик, большевик Арсений, с изумительной ясностью и поражающим авторитетом истинного полководца развивает в деталях предстоящие решительные операции Красной армии.
…Незначительные замечания, краткий обмен мнений — и план, оперативный план большевика Арсения-Фрунзе утвержден.
Судьба Врангеля предрешена!» [28]
Фрунзе внимательно следит за действиями Врангеля. Он спокоен за судьбу кампании: на фронт шли подкрепления. За положением на Южном фронте неослабно следил Владимир Ильич Ленин.
4 октября Владимир Ильич вызвал по прямому проводу товарищей Ворошилова и Буденного и передал Первой Конной:
«Крайне важно изо всех сил ускорить передвижения вашей армии на Южный фронт. Прошу принять для этого все меры, не останавливаясь перед героическими. Телеграфируйте, что именно делаете» [29] .
28
К. Е. Ворошилов, Статьи и речи, стр. 10. Партиздат, 1937 г.
29
Н. Датюк, Штурм Перекопа, стр. 14. Воениздат, 1939 г.