Гамбит Хасса
Шрифт:
Как бы Шиген не нравились драконы, и как бы её ненавидели ящеры, но сейчас именно их дар спас ей жизнь. Всего миг и склизкое маленькое существо из сгустка мрака осыпалось невесомым пеплом, исчезая в падении.
Вернувшись на поляну, Шиген не удивилась происходящему. Брат с интересом наблюдает, как "ночной гость", прыгая по поляне, всё больше запутывается в тонкой паутине магии.
– Что он видит?
– Один из моих обликов.
Усталость вновь навалилась на её плечи. Кажется, бой длился всю ночь. Всю ночь, она только и делает, что бежит прочь от темноты и опасности...
Вздохнув, от нечего делать Шиген вернулась к дубу,
– Что за пакость?
– тыкая в червей палочкой вновь спросила Шиген.
– Дерево умирает!
Паренёк на миг отвлёкся от игры с разумом охотника на пульсирующую массу.
– Какой-то паразит. Башен"Раха и Хвах"Кго, если их скрестить, думаю, будут иметь аналогичные свойства.
– Гадость, - вынесла вердикт девушка.
К тому моменту демонические черви насквозь проели ствол. Треск разнёсся по округе и от могучего дуба остался пень, который всё продолжали подтачивать мелкие создания.
Когда, закутанный в паутину, словно муха, Охотник оставил попытки сопротивления, началось самое скучное занятие - поиск общего языка с пленником. В своё время Архарранесарх посетил множество миров, в каждом узнавая и обучаясь чему-то новому.
– Не из миров М"Пала и Каа. В Гранитных Пустошах таких не водится, - перебирал владыка.
– Нет. Не то... А, если попробовать что-нибудь из закрытых или запретных?..
После очередного вороха вопросов, существо проявило интерес, повернув голову к взъерошенному юноше.
– Ты с-снаеш-ш-шь?
– прошипел пойманный охотник. Его слова сильно исказились шипением и едва уловимым... "акцентом"?
– Кто ты?
– О-о, есть контакт!
– воскликнул Арх.
Хватило пары минут, прежде чем между ночным охотником и владыкой демонов наладился полноценный диалог. Шиген деликатно отошла в сторону. Зачем мешать переговорам брата. Изредка Архарранесарх подзывал её, иногда что-то доказывая, иногда что-то уточняя. В конце прокручивая в голове всё, что произошло за последние сутки она, кажется, задремала. В реальность вернул голос родственника.
– Один вопрос. Как тебя зовут?
Охотник оглянулся. Среди деревьев вяло прогуливается девушка, что его привлекла внимание. Именно её он, Охотник, впредь должен оберегать от Жертв Великой Охоты. Да его пленили, и он вынужден пойти на службу к этому наглому и молодому...
– Не беспокойся, она не знает этого диалекта, - предполагая вопрос, отмахнулся владыка.
– С-скарк-к-Фьярк.
– Ещё один вопрос. Кто ты?
– Рош-штённый ...
– невнятный ответ слуги заглушил порыв ветра и шуршание листвы.
– Ещё один вопрос. Кому ты служил, до того как попал в срединный мир Эрлиана?
– Я с-слуш-шу Великой Охоте. Ни у кого друк-кок-ко нет влас-с-сти нат-то мной.
На слова Скарга паренёк только усмехнулся. Охотник ещё мыслит прошлым, но это ненадолго. Договор действительно принудит служить и даже защищать Шиген. В этом владыка не обманул. Нет. Но оставленные лазейки... Пусть новоявленный слуга не заметил их, но в будущем... они сыграют. Ещё сыграют.
– Ещё один вопрос...
– С-сколько вопрос-с-сов ты ес-с-щё-о-о с-саташ-ш-шь?
– перебил Скарг. В его голосе скользнула нота негодования. Архарранесарх не повёл и бровью, продолжая
– Я же сказал. Ещё один.
– Ты коворил это тва вопрос-са нас-с-сат.
– Правильно. Ведь я не могу озвучить одновременно несколько вопросов, - ухмыльнулся Арх, создавая портал и пропуская в него слугу.
– Обсудим остальное в более удобной обстановке...
Подмигнув на прощание сестре, владыка демонов скрылся в портале.
Она с облегчением вздохнула. Да, Архарранесарх её брат, но от этого интригана можно ожидать чего угодно. Ради развлечения он способен уничтожить не то что народы... В прошлом владыка демонов умудрился стравить и поссорить между собой несколько пантеонов богов - и всё потому что ему было скучно! Она вновь внимательно осмотрела местность на присутствие "чужих" глаз и ушей. И хотя это сейчас лишнее и не имеет никакого значения, но для профессионала - скорее привычка, нежели осторожность.
Над горизонтом загорелась заря нового дня.
– Самое время... Пора навестить барона!
– зловеще улыбнулась Шиген.
4. Тени исчезают в полдень
Библиотека любой гильдии или магической школы - неприступная крепость. И так как каждая школа любого направления магии старается всеми силами уберечь свои знания, тайны и секреты, то на входы, окна, стены, крышу и даже землю вокруг ставятся ловушки и накладываются огромное количество защитных заклинаний. Но любую ловушку можно обезвредить или обойти, и как вода подтачивает камень, так и время неумолимо стирает магию. Порой случается, что никакая стена не может удержать врага, а магические печати, поставленные для охраны и скрыта, не позволяют использовать ту же магию против все сжигающей стихии. Всё, что копилось веками, всё самое ценное - горит, вздымая высоко в небо клубы чёрного дыма...
В ночную мглу из окон двухэтажного здания продолжают вырываться яркие языки пламени. Облизывая оконные рамы, они с неуёмной силой рвутся всё выше и выше, выжигая своими телами по кладке змеевидные чёрные следы. Черепица с выдавленными магическими глифами скатывается вниз и бессильно разбивается о плоскую, отшлифованную временем, непогодой и стопами разумных, брусчатку. Наблюдая, как прислуга и ученики суетятся с вёдрами и шарахаются от волн нестерпимого жара, престарелый магистр нахмурил брови. Если его лицо если и выразило эмоции, то они были больше похожи на лёгкое удивление вперемешку с разочарованием. Он знал, что рано или поздно это должно было произойти, но представить или хотя бы предположить, что станет свидетелем разрушения всей его жизни и жизни многих поколений...
– Магистр, три нарушителя обезврежено!
К старику подбежал перепачканный золой и пропахший гарью маленький Римо. Он где-то оставил свои сандалии и теперь потеряно и немного стыдливо переступает с ноги на ногу. Его левая рука забинтована и покоится на перевязи, похоже, нарушив распорядок, любопытный ребёнок едва не потерял самое ценное для себя, оказавшись чуть ли не в эпицентре пожара. Но для него всё обошлось как нельзя лучше. Магистр, не отвлекаясь, продолжил смотреть, как трещат и рушатся под собственным весом обгоревшие балки и перекрытия, обваливается крыша, как в предрассветное небо продолжают подниматься сноп ярко-жёлтых искр и клубы удушливого дыма.