Гамбиты

Симмонс Дэн

– Хаупт был не только воришкой, - вставил Хейнс - Похоже, он фигурировал в качестве главного подозреваемого в довольно сенсационном деле об убийстве в 1953 году. Тогда погиб французский барон, приехавший на курорт. Хаупт исчез вскоре после этого. В швейцарской полиции полагали, что Хаупта убили люди из европейского синдиката.

– Как видим, они ошиблись, - усмехнулся шериф Джентри.

– Почему вы решили запросить Интерпол?
– спросил Ласки.

– Да так, внутренний голос подсказал - Джентри снова глянул на доску.
– Ладно. Что мы имеем? Мы имеем труп Карла-Оскара-Феликса Торна-Хаупта вот здесь, на эллинге, и если бы сумасшествие на этом и закончилось, мы могли бы сочинить что-то похожее на мотив преступления...

Ну, скажем, попытка украсть лодку... Хаупт получил пулю от ночного сторожа из револьвера тридцать восьмого калибра. Проблема, однако, в том, что в Хаупта не только дважды стреляли, он еще порядком изуродован. На его одежде оказались пятна крови двух сортов, - не считая, разумеется, его собственной; под ногтями у него нашли кусочки кожи и материи, откуда следует, что именно он убил мистера Престона.

– Все это очень запутанно, - сказал Сол Ласки.

– Ах, профессор, это все только цветочки.
– Джентри постучал костяшками пальцев по доске рядом еще с тремя именами: Джордж Ходжес, Кэтлин Мари Эллиот, Баррет Крамер.
– Знаете эту даму, профессор?

– Баррет Крамер?
– переспросил Ласки.
– Нет. Я видел это имя в газете, только и всего. А так не припоминаю.

– Она состояла при мисс Дрейтон. Компаньонка или “помощница по делам” - так ее, кажется, назвали эти люди из Нью-Йорка, которые забрали тело мисс Дрейтон. Женщина лет тридцати пяти. Брюнетка. Сложена немного по-мужски. Не припоминаете?

– Нет, - ответил Ласки.
– Я ее не помню. Она не сопровождала мисс Дрейтон, когда та приходила на прием. Возможно, она была у меня на лекции в тот вечер, когда я познакомился с мисс Дрейтон, но я ее не заметил.

– Ладно. Значит, имеем теперь мисс Крамер, которую застрелили из “смит-вессона” мистера Ходжеса, тридцать восьмого калибра. Только вот коронер практически уверен, что она погибла не от пули. По-видимому, она сломала шею, когда летела с лестницы в доме Фуллер. “Скорая” приехала, когда она еще дышала, но в больнице констатировали смерть. Мозг практически был лишен активности или что-то в этом роде. Так вот, тут обнаруживается такое паскудство: по мнению криминалистов, бедняга мистер Ходжес вовсе не стрелял в эту даму. Его нашли вот здесь, - Джентри ткнул пальцем еще в одну диаграмму, - в коридоре дома Фуллер. А его револьвер подобрали вот здесь, на полу номера мисс Дрейтон в “Мансарде”. И что же мы имеем? Восемь жертв, даже девять, если считать Альберта Лафоллета, и пять орудий убийства...

– Пять?
– переспросил Ласки.
– Простите, шериф. Я вовсе не хотел перебивать вас.

– Ну что вы, все в порядке. Да, тут пять орудий убийства, - по крайней мере, насколько нам известно. Тот старинный “кольт” сорок пятого калибра, которым орудовал Альберт, тридцать восьмой калибр мистера Ходжеса, нож, найденный рядом с телом Хаупта, и эта проклятая кочерга, которой мисс Крамер убила девчушку.

– Так это сделала Крамер?

– Да. По крайней мере, вся кочерга была покрыта отпечатками ее пальцев, а сама Крамер забрызгана кровью девочки.

– И все равно, я насчитал лишь четыре орудия убийства.

– М-м-м... Ах да, у задней двери эллинга мы нашли еще деревянную палку. Или трость. На ней тоже кровь.

Сол Ласки покачал головой и глянул на Ричарда Хейнса. Сложив руки на груди, агент неподвижно уперся в классную доску. Он выглядел уставшим, на лице было отчетливо написано отвращение.

– Просто ведро с помоями, правда, профессор?
– закончил Джентри. Он прошел к своему креслу и рухнул в него с тяжелым вздохом. Потом откинулся назад и глотнул холодного кофе из большой кружки.
– Есть ли у вас какие-нибудь версии?

Ласки печально улыбнулся и покачал готовой. Некоторое время он смотрел на доску, как бы стараясь запомнить всю информацию, изложенную там, потом потеребил бородку и тихо сказал:

– Нет, шериф, боюсь, никаких

теорий у меня нет. Но мне хотелось бы задать вопрос, который напрашивается сам собой.

– Какой именно?

– Где сейчас мисс Фуллер? Та леди, которой принадлежит дом, где произошло все это побоище?

– Миз Фуллер, - поправил его Джентри.
– Судя по тому, что нам рассказали соседи, она была одной из самых именитых старых дев в Чарлстоне. Здесь, на юге, им положен титул “миз”; так уж тут лет двести повелось, профессор. А в ответ на ваш вопрос скажу: миз Мелани Фуллер исчезла бесследно. В одном из донесений говорится, что некая дама весьма пожилого возраста была замечена в коридоре гостиницы, наверху, сразу после убийства мисс Дрейтон, но никто не подтвердил, что это была именно миз Фуллер. Мы объявили розыск в трех штатах, но пока никаких данных нет.

– Похоже, именно она-то и является ключом ко всей этой истории, - заключил Ласки почти застенчиво.

– Очень может быть. Тут есть еще такой факт: ее изрезанная сумочка обнаружена за унитазом на эллинге. На ней - пятна крови, и эти пятна совпадают с пятнами на ноже Карла-Оскара Хаупта. Нож сделан в Париже.

– Бог мой!
– вздохнул психиатр.
– Сплошная бессмыслица., Наступило минутное молчание, потом Хейнс встал, поправляя манжеты.

– Возможно, все проще, чем кажется. Нина Дрейтон навещала мисс Фуллер... Прошу прощения, миз Фуллер. Как раз за день до этих убийств. Отпечатки пальцев подтверждают, что она была там; соседка видела, как она входила в дом в пятницу вечером. Вероятно, мисс Дрейтон плохо разбиралась в людях, если наняла эту Баррет Крамер в качестве компаньонки. Крамер разыскивают в Филадельфии и Балтиморе в связи с обвинениями, часть которых тянется за ней еще с 1968 года.

– Какого сорта эти обвинения?
– спросил Ласки.

– Проституция и наркотики, - бросил агент.
– Значит, мисс Крамер и помощник миз Фуллер, этот самый Торн, каким-то образом сговорились ограбить своих престарелых хозяек. В конце концов, после мисс Дрейтон осталось почти два миллиона долларов, а у миз Фуллер весьма солидный счет в банке здесь, в Чарлстоне.

– Но как они могли...
– начал было психиатр.

– Одну минуту. Итак, Крамер и Торн - или Хаупт убивают миз Фуллер и избавляются от ее тела... Полиция гавани как раз сейчас тралит бухту. Но ее сосед, старик-охранник, расстраивает их планы. Он приканчивает Хаупта, возвращается в дом Фуллер и там сталкивается с Крамер. Внучка старика замечает, как он идет к дому, бросается к нему - и становится еще одной жертвой, как и он. Тем временем Альберт Лафоллет, тоже один из заговорщиков, впадает в панику, когда Крамер и Хаупт не появляются вовремя, убивает мисс Дрейтон и сходит с ума.

Джентри слегка улыбнулся, покачиваясь в кресле."

– А как насчет Джозефа Престона, фотографа?

– Невинный прохожий, как вы сами и сказали, - ответил Хейнс.
– Возможно, он видел, как Хаупт бросал в бухту тело старой леди. Нет сомнения в том, что этот фриц убил его. Кусочки кожи и материи из-под ногтей Престона идеально совпадают с царапинами на лице Хаупта. Иди на том, что оставалось от лица Хаупта.

– Хорошо, а как насчет глаза?
– спросил Джентри.

– Глаза? Чьего глаза?
– Психиатр переводил взгляд с шерифа на агента.

– Хаупта, - ответил Джентри.
– Его нет. Кто-то, обработал левую сторону лица Хаупта дубинкой. Хейнс пожал плечами.

– Все равно это единственный сценарий, в котором есть хоть какой-то смысл. Итак, что мы имеем? Двое “помощников”, оба бывшие преступники, и оба работают на старых богатых леди. Они задумывают похищение, или убийство, или еще что-то, но дело срывается и заканчивается цепью убийств.

– Да, - кивнул Джентри.
– Возможно. Наступила пауза, и Сол Ласки услышал чей-то смех в другой части здания. Где-то снаружи взвыла сирена, потом смолкла.