Гавань
Шрифт:
Он стоял на вершине – не водокачки, нет, огромной башни. Внизу шумели золотые листья. Над башней трепетали знамёна, а в небе расцветала красная звезда. У одного из флагов, с атакующим леопардом, стояла Эйр. Она улыбнулась ему. Хёд хотел броситься к ней, но тут понял, что стоит одной ногой на зубце башни, а другой балансирует над пропастью. Он попытался сохранить равновесие, но не удержался и рухнул вниз. Пролетел сквозь листья, пробил тонкий хрусткий лёд, окунулся в холодный поток под ним и очнулся – на заднем сиденье джипа, едущего по дороге.
– С возращением. Форсетти протянул ему фляжку.
Хельг сидел за рулём, Форсетти рядом с
– Привет. – Хельг обернулся и снова сосредоточился на дороге.
Кукушка выскочила из часов и прокуковала три раза. – Время сиесты! – Форсетти рассмеялся. Хёд сделал глоток, потом ещё один, и ещё.
– Что произошло? Сколько прошло времени? Где мы?
– По порядку. Когда мы подоспели к бензоколонке, Ньёрд яростно отстреливался от кого-то. Он сказал, что карлик заключил тебя в стеклянный шарик, а на него напустил змей. Змей мы не увидели, только продырявленные шланги у заправки. Ты попал в ментальную ловушку, я слышал про такие. Ты попал туда, потому что сам хотел там оказаться: это главное условие… С Ньёрдом, видимо, имело место гипнотическое воздействие, на него шарика не нашлось, – Форсетти усмехнулся, – его шарик едет рядом с ним по дороге… – А что дальше?
– Карлик сбежал. Нырнул в какую-то нору, они мастера на это дело. Да и карлик ли это был?.. Форсетти вдохнул дым из трубки и продолжал.
– Мы не дождались Скирнира. А оставаться там уже не могли. Написали ему записку, так мол и так, двигайся за нами – они, эти обитатели снов, здорово умеют срезать дорогу… Я оставил ему свой байк, да и в джипе мне удобнее!.. Выехали примерно сутки назад, был один привал, больше никуда не совались. Когда ты попал в шарик – как студент Ансельм в колбу – читал этот старый роман? – я засунул шарик в карман, а потом положил на сиденье. Он катался туда-сюда, и вдруг полыхнул, лопнул и появился ты. Неожиданно. Мы чуть не слетели с дороги. – В общем, тебе повезло. Да и всем нам. Хотя…
Форсетти усмехнулся.
– Друг мой Хёд… Сейчас я выгляжу довольно забавно, этакий престарелый живчик, но в своё время я был одним из лучших егерей в Чёрных лесах, полковником Чёрных егерей. Я принимал участие в Диких охотах, когда несёшься быстрее северного ветра, не разбирая дороги и путаешь день с ночью. Я видел, как колдуньи варят цветы папоротника на огне ущербной луны. В далях Пустошей я охотился на тварей, почти недоступных воображению, а в составе войск графа Де Лагарди сражался в Сумеречной Зоне… Я вот это к чему…
Форсетти выбил трубку в окно, полетели искры. Хельг недовольно поморщился.
– А я к тому, что эти нападения напоминают мне загон дикого зверя. Когда кто-то гонит его к определённому месту, до времени не спуская курок. Они слишком слабые, чтобы нас уничтожить… С другой стороны, слишком жёсткие, ребята не боятся попортить шкуру зверя… Возможно, они хотят убить не всех нас, а возможно… Понимаешь, кошмар не должен убить – скорее, смертельно напугать, лишить воли, как тебя в этом шарике… Кстати, твоя очередь отвечать на вопросы…
Хёд рассказал про своё пребывание в доме и освобождение.
– Хорошая у тебя жена… А я старый холостяк. Меня никто не вытащит из шарика. – Форсетти подмигнул Хёду, – зато я туда и не попаду!
– Я вспоминаю её, когда она, худенькая как тростинка, шла навстречу небу, низким синим облакам, и её глаза синели, подобно озёрам, которые начинались за холмами, она шла, и я шёл за ней, тропинка вилась между сухой травы, а рассвета всё не было,
– Хельг, я встречал твою жену в лавке, она чуть тоньше меня, – рассмеялся Форсетти, – наверное, это было давно?..
– Очень давно, – согласился Хельг.
Из «Популярного справочника Древа»
Различают несколько видов сна. Ночной (обычный, автономный) – происходит без выхода из физического тела и представляет собой реакцию мозга на события и переживания. Однако может быть соединён с Ближними и Дальними снами, а через них – с реальностью. Ближний сон – особая территория, физически расположенная в Коре Древа (Стволе и Ветвях) и представляющая собой тонкую эфирную реальность, которая постоянно меняется, однако обладает своими постоянными временными, пространственными и физическими характеристиками. Населена обитателями Ближних снов. Тела обитателей Ближних снов менее плотные, чем человеческие, однако для существования вне Ближних снов могут быть «сгущены» до необходимых физических параметров. Дальние сны считаются «проекцией» Ближних снов, его ответвлениями. В них уходят спящие во время Зимнего сна и при определённых навыках могут создавать в них устойчивые формы бытия. Однако Дальние сны не обладают собственной реальностью и при отсутствии посещений своего создателя (в случае смерти или создания иного сна) постепенно сливаются с Ближними снами (этот процесс ускоряется Утилизаторами). Их связь с Посмертием не является очевидной, однако признается возможной. Также существуют «повреждённые» области Ближнего сна, так называемые nightmare или Колодцы кошмаров, непосредственно связанные с Поврежденными Корнями и Хель.
Глава VI,
в которой снеговик ожидает путников в баре «Последний приют»
Тот бар в Филадельфии, где я сидел с 5 вечера до 2 ночи. Он казался единственным местом, где я мог находиться. Зачастую я даже не фиксировал, как иду в свой номер или возвращаюсь обратно. Мне казалось, что я вообще не слезаю со стула у стойки. Я ускользал от реалий, не нравились они мне.
Мотоциклы впереди остановились.
– Привал! Пора размяться. – Форсетти выбрался из джипа. – Кстати, твой мотоцикл мы взяли с собой, прикрепили на крыше. Так что можешь воспользоваться.
Радостно подбежали Фрейя и Ньёрд, девушка обняла Хёда, Ньёрд пожал руку. Хёд ещё раз рассказал о своём приключении.
– Мы и не сомневались что тут как-то замешаны твари из Сумеречной Зоны или ещё ниже… История с ментальной ловушкой только убеждает в этом. Но как туда смогла попасть твоя жена?.. – спросил Ньёрд.
– Не знаю… Это было как ветер. Словно кто-то приоткрыл окно…
– Ладно, надо перекусить. У нас ещё достаточно провизии из дома, но вообще-то можно было бы куда-нибудь заехать…
– А может, воздержаться? – Хёд вспомнил своё пребывание в шаре и его передёрнуло.
– Это было бы логично. У нас впереди ещё несколько Ветвей, а затем – Призрачный город. Там лучше не задерживаться.
– Почему?
– Шоссе там проходит через город. Его построили архитекторы Верхней Кроны и Ближних снов – в месте, где соединяются два мира. Линия пересечения нестабильна, в одной квартире может быть реальность Кроны и сновидческие метаморфозы. Этот город предполагался как место жительства богачей и элиты, но вышло не так…