Гедеон
Шрифт:
— Поговорить, — ответила Аманда. — Мы кое-что разыскиваем. Одно место. И подумали, что, может, вы сумеете нам помочь.
— Постараемся, — добродушно произнесла Сисси.
Карл исподтишка оглядел дом. Он ожидал, что жилище супругов Лa Рю окажется китчевым святилищем, битком набитым памятными вещами, связанными с певцом, — плакатами с угольно-черным изображением Пресли, который, кажется, не спускает с тебя глаз, следя за твоими перемещениями по комнате, куклами-Элвисами с качающимися головами и тому подобной дребеденью. Он ошибся. Хотя действительно, у окна стоял старый переносной проигрыватель, и поцарапанная
18
Скотти Мур и Билл Блэк — музыканты, гитарист и контрабасист, которые участвовали в самых первых записях Элвиса Пресли на студии «Сан рекордз», а также выступавшие вместе с ним на ранних концертах в составе трио «Blue Moon Boys».
— Вы спросили, хотим ли мы посмотреть дом, — поинтересовался Карл. — А что в нем такого особенного?
— Как же, как же, — ответила Сисси, — в марте пятьдесят пятого, когда Элвису было двадцать, Вернон и Глэдис переехали в свой первый настоящий дом в Мемфисе, на Ламар-авеню, между аптекой Каца и роллердромом «Рэйнбоу ринк», где повстречались Элвис и Дикси Локк. — Она замолчала, теперь ее круглое лицо выражало неподдельную печаль. — Дикси была очень хорошей девушкой, истинной христианкой, она любила самого Элвиса, а не его славу или деньги, в отличие от других, которые вешались на него всю жизнь. Но к тому времени их отношения уже испортились. Она вернула ему кольцо.
— Надо же, а я и не знал, — сказал Грэнвилл и поморщился от боли — Аманда двинула его локтем в бок.
— Дом на Ламар-авеню представлял собой кирпичное бунгало с двумя спальнями, — продолжил Дуэйн, — с маленькой застекленной верандой, где Элвис, Скотти и Билл репетировали на радость окрестной детворе.
Он подвел гостей к кухне, явно старомодной, с бытовой техникой, выпущенной лет сорок назад, и желтым линолеумом примерно того же времени.
— Наш дом является точной копией того бунгало, — с гордостью поведал Дуэйн, — до мельчайшей детали. Мы составили план и предлагаем его всем желающим. Бесплатно.
— На сегодняшний день, — добавила Сисси, — точно такие же бунгало построили семьсот девяносто семь человек, включая джентльмена из Киото, дом которого способен выдержать девятибалльное землетрясение.
Карл кивнул. Он не осмеливался взглянуть на Аманду или хотя бы отпустить прикушенную нижнюю губу, для него это был совершенно новый уровень странности. Вряд ли он сможет его постигнуть. И уж точно не сейчас. На секунду появилась мысль вернуться в машину и подождать там, но он сразу ее отогнал. Нельзя оставлять Аманду одну, тем более, поступи он так — и она точно его убьет.
— И давно вы делаете передачу? — спросила Аманда хозяев с едва уловимой
— Нет, милая, — ответила Сисси. — Мы оба преподавали в средней школе, пока в прошлом июне не ушли на пенсию. Дуэйн работал там целых тридцать шесть лет. А я — тридцать два. Но мы подумали, что пора освободить место для молодежи. А сами решили послать все к черту. Ну, в смысле, прожить оставшееся время так, как нам хочется.
— И мы так и делаем, — добавил с кривой усмешкой Дуэйн, поглаживая бакенбарды. — А вы откуда будете?
— Из Вашингтона, — сказал Карл.
Нет смысла врать, ведь на машине Аманды номера округа Колумбия.
— Ого, да вы такой путь проделали! — удивилась Сисси. — Присаживайтесь, а я принесу чего-нибудь холодненького.
Они сели на диван, набитый конским волосом и страшно неудобный. Дуэйн сел в кресло. Пластинка закончилась, и какое-то время в комнате раздавался только шум вентилятора. Затем на проигрыватель легла новая сорокапятка. На сей раз «Рок-н-ролл сегодня вечером». Сисси вернулась с подносом, нагруженным хлебом из кукурузной муки, кувшином какого-то питья, похожего на молоко, и стаканами.
— Больше всего на свете Элвису нравилось есть кукурузный хлеб, макая его в пахту! — провозгласила она, наливая всем по стакану. — Угощайтесь!
Карл тут же последовал приглашению. Кукурузный хлеб был восхитителен, пахта — холодная как лед. А он умирал от голода.
— Может, сделать вам горячий сэндвич с арахисовым маслом и бананом? — спросила Сисси, видя, как жадно Карл поглощает хлеб. — Мигом поджарю. Элвис их просто обожал.
— Нет-нет, спасибо, этого вполне достаточно, — заверил ее Карл.
Она села. Карл изо всех сил старался не таращиться на ее монументальные бедра.
— Ну а теперь расскажите, что вы ищете, — произнес Дуэйн.
— Дело в том, что мои родители умерли, когда я еще была совсем ребенком, — начала Аманда, говоря на южный манер, немного растягивая слова.
— Ах, бедняжка, — сочувственно закудахтала Сисси.
— И теперь я пытаюсь разыскать городок, где они выросли. Ну, знаете, чтобы найти записи об их рождении, и все такое.
— Ищете свои корни, да? — предположил Дуэйн.
— Совершенно верно, — согласилась Аманда, кивая головой. — Корни. Проблема в том, что я почти ничего про них не знаю, кроме того, что они встретились на концерте Элвиса. Мама мне рассказывала. И еще я знаю приблизительную дату концерта. Потому что они поженились ровно через год, почти день в день, в Норфолке.
Карл согласно кивнул, мысленно удивляясь, как это ей в голову пришел Норфолк. Да и вообще вся история про родителей. Он вдруг понял, что Аманда по натуре гораздо изобретательнее его.
— Я только не знаю, где это произошло, — продолжала девушка. — Но мне пришло в голову, что если я узнаю, где он выступал в тот день… я имею в виду, если вы посмотрите в своих записях…
Супруги Лa Рю дружно расхохотались при этих словах.
— Голубушка, мы не ведем никаких записей! — хихикнула Сисси.
— Да, но нам сказали, что вы знаете, — растерянно пробормотала Аманда.
— О да, мы знаем, — заверил ее Дуэйн.
Сисси, продолжая смеяться, постучала рукой по лбу.
— Никаких записей. Все хранится здесь.