Гера
Шрифт:
Новое дело отвлекло. Словно просторнее стало в сжатом кругу его киевской жизни. Появилась задача, которая должна быть выполнена. Несмотря ни на что.
Лека заметила его оживление.
– Хорошие новости?
– Ничего так...
Подходит и обнимает.
– Поздравляю.
Тянется губами к его губам. Сашка видит прямо перед собой пучок ее темных губ. Целует, чувствует ее ловкие ладошки, ползущие по его спине вниз.
– Лека, мне идти сейчас
– Именно сейчас?
Не отказывать же собственной жене постоянно? Сашка и так сильно злоупотребляет отказами. Но Лека хочет его стабильно, несмотря ни на что. Только отворачивается резко, когда Сашка делает вид, что спешит. А потом – снова хочет.
– Не расскажешь, куда торопишься?
– Уже никуда.
Нельзя же вечно куда-то торопиться. Особенно вечерами. Он целует ее губы, и их темный бутон раскрывается. Она обвивает руками его шею...
– Я тебя не очень отвлекаю?
Теперь Сашка имитирует страсть, а сам думает о том, что при всем при этом следует быть предельно осторожным. В его планах пока нет прибавления семейства.
Лека, уже не ожидавшая от него прилива нежности среди бела дня, пытается замедлить его действия, продлевая их близость. Словно выскальзывает из его объятий, отдаляется-приближается, как волна его ощущений, то острее, то мягче. Сашка, уступив инстинктам, играет по ее правилам: медлит, ласкает ее смуглое тело, рассыпает ее черные волосы по плечам. Но скованность внутри не проходит.
У сердца другой, какой-то собственный ритм, не схожий с ритмом его тела. Сердце продолжает биться встречей с Аней, ревностью к Шубину, жаждой и страстью к ее поиску. Кажется, если бы они просто поговорили, вспомнили все с самого начала и разобрались во всем до самого конца – она бы осталась с ним. Навязчивая идея окончательно парализует мозг. И ритм сердца побеждает ритм тела...
Лека не знает, как реагировать.
– Что происходит? Ты не хочешь меня?
Действительно, тело отвечает за Сашку. Желание сходит на нет. Вопросы излишни.
– Я...
– У тебя какие-то проблемы?
Он молчит. Закидывает руки за голову. Ее беспокойство кажется смешным.
– Может быть, тебе надо показаться врачу? Мы... мы же хотим иметь детей.
– Да. Я покажусь обязательно. Как только разгребу немного свои дела...
Она садится на постели, уронив руки.
– Ты бы мог хотя бы попытаться...
– Это ни к чему не приведет.
– Но раньше ведь все было нормально.
– Ты плохо меня знала. Просто.
И про себя Сашка пугается: мысли материальны. Нет? Если он не может
Он невольно обрывает рассуждения трехэтажным матом.
– Эта жизнь гребаная! Как тут встанет, когда напряг такой?! Только и думаешь, как в кидалово какое не влететь!
Лека целует его, словно наотмашь, в щеку.
– Не бери в голову. Наладится.
Сашка поднимается, натягивает штаны. Не очень здорово получилось, правда. Вообще не классно одеваться, не кончив. Нужно пойти проветриться.
– Сердишься? – косится на Леку.
– Сержусь. А толку?
Она дергает плечами.
11. МОДЕЛИ
Хорошо, когда есть человек, на которого всегда можно положиться и который вместе с тем никогда не интересуется причинами сашкиных просьб и распоряжений.
– Найти человека? В Киеве?
– Женщину. Ее зовут Анна Полетаева. У нее частный бизнес – стоматология.
– Это не сложно, – кивает Роман. – Что конкретно ты хочешь знать: адрес? С кем она? Семья? Родственные связи?
– Адрес стоматологии...
Ромка скалится.
– Зуб что ли полечить?
Сашка тоже счастливо улыбается: для парня это обычное задание, и значит, завтра, как обычно, он придет с отчетом.
Осталось дождаться рассвета. Всего-то... Он ждал намного дольше. Он ждал полжизни, чтобы найти ее. Находил на мгновение и терял снова.
Время Сашка коротает в ресторане. Здесь его уже знают как завсегдатая. Здесь уже свой круг общения – с банкирами и бизнесменами всех мастей. Митя Богданов, держатель столичного «Покер-клуба» и сети супермаркетов «Шик», склоняясь к сашкиному уху, рассказывает о своей новой любовнице.
– Девочке лет восемнадцать. Модель. В Париж ей хочется. Я говорю, здесь сначала научись сосать как следует, а потом уже о Париже мечтай. Красивая девочка. Не очень поворотливая, но красивая. За это можно простить, да?
– Что простить?
– А твоей сколько?
Сколько? Скоро уже тридцать, как и ему самому...
– Семнадцать, – отвечает Сашка и улыбается. – Едва школу закончила. Выпускной был недавно.
– О, про школу! – мгновенно реагирует Митя. – Мне мой малой рассказал. Они с дружбаном биологичку свою отымели. А дружбан – Седова, который «Седово» держит, сын. Она заткнулась и даже не пикнула. Культурная девочка – в гимназии же преподает. Ей лет так под тридцать, но выглядит, как девочка. Я ее видал как-то – сам бы не отказался.