Гера
Шрифт:
Парень сторожит дверь холла и оглядывает каждого пациента. В конце дня входит в ее кабинет и падает в кресло.
– Не звонил?
– Нет.
– Я устал, как собака. Глаза болят ко всем приглядываться.
– Покраснели…
– Да, я чувствую.
– Не знаете, что там шеф?
– Что-то роют с Жекой. Агентов подключили. Мне приказано – провести с вами ночь.
– Остается порадоваться: каждую ночь новый
– Шеф храпит?
– Мы не успели уснуть. Позвонили тогда… из милиции.
– С Генкой все внезапно случилось. Иначе он среагировал бы. Напал, скорее всего, сзади, в темноте. Нанес ножевое ранение, от которого и наступила смерть. А остальные – в уже мертвое тело.
– Но он не сильный мужчина. Невысокий, щуплый.
– Не обязательно быть высоким, чтобы быть сильным. Похоже, практика у него есть – на эти дела.
– А у вас?
– Я боксер. В прошлом.
Анна без сил прислоняется к подоконнику.
– Я не знаю, чего мне ждать от завтрашнего дня…
– А от сегодняшнего?
Он разводит руками.
– Хотите, пойдем в кафе? Выпьете чего-нибудь?
– А вы?
– Я при исполнении.
– А у меня нет настроения. Гена… из-за меня погиб ведь…
Как всегда, сказала то, что подумала. Костик покачал головой.
– Он погиб на работе. Мы все рискуем – в большей или меньшей степени. Вашей вины в этом нет.
Это просто такая фраза. Пожалуй, Костик должен был произнести ее, потому что она хотела ее услышать. Но от этого она не стала чувствовать свою вину меньше.
– Я отвезу вас домой.
Он сам садится за руль, позволяя ей закрыть глаза и забыть о дороге. А дома их ждет очередной телефонный звонок.
– Ты ничему не хочешь учиться, моя девочка? – спрашивает Роман внятно и отчетливо, но его голос все равно выдает нетрезвость.
Может, это даже не алкоголь, а просто психоз, который бродит в его крови и выплескивается в телефонную трубку.
– Мне пришлось убрать твоего мальчика, потому что он встал между нами. Сейчас ты снова не одна. Но я все равно найду момент, когда смогу заглянуть к тебе… Жди меня!
Костя кивает, глядя в ее переполненные ужасом глаза.
– Мы не оставим вас одну. Фактически сейчас он признался в убийстве. Это его приговор.
– Но где он сам?
– Пока я здесь, он не появится. Он следит за нами и знает, что вы не одна.
Аня с секунду раздумывает,
– Может, можно как-то подтолкнуть его? Спровоцировать? Он же не очень осторожничает…
– Лично мне – поручено охранять вашу жизнь.
– А шеф? Я могу с ним связаться сейчас?
Костя пожимает плечами.
– Анна Михайловна, оставьте это! У шефа свои планы. Свои инструкции. Расследование продвигается.
– Почему же я об этом ничего не знаю? Почему должна прятаться, как и два дня назад? Я хочу, чтобы вы ушли. Я хочу остаться одна!
– Это невозможно.
– Тогда наберите мне шефа!
Костик раздраженно набирает номер и протягивает ей телефон.
– Вячеслав Витальевич? Это Анна. Я хочу вас предупредить, что отпускаю Костю, – говорит она быстро. – Этот конвой ни к чему не приводит.
– Но Анна! – беспомощно восклицает Колос.
– Мне это не помогает ничем!
– Помогает тем, что вы сейчас живы!
Аня бросает трубку.
– Вы свободны, Костя. Я хочу побыть одна.
Похоже, Костя, так ничего и не поняв, остается в полной растерянности. Некоторое время стоит в раздумьях, морщит лоб, а потом, не желая спорить с Аней, исчезает за дверью.
Она остается одна. Пространство рвется. Где-то в этом пространстве существует она. На другом клочке – Колос со своим затяжным расследованием. Где-то еще – Костик-Фокс. Где-то – Роман, который ее преследует.
Но все это очень мало похоже на реальность. Это не может происходить одновременно в реальном времени и реальном пространстве – в декабре, зимой, вечером, в этом городе. В этой синеве морозного воздуха. При этих сияющих огнях столицы…
Невозможно. Это все-таки игра. Компьютерная игра, которая продолжается. Она длилась и перетекала в разные страны, в ситуации с разными героями, в опасность разных уровней, в угрозу для ее жизни – и ее жизнь заново, в ее новые жизни. Из жизни – в жизнь.
Это всего лишь игра. Не больше. В ее груди стучит ненастоящее сердце. В ее жилах течет ненастоящая кровь. И страх, который она испытывает, – ненастоящий. И все ее надежды – несбыточны. Просто фантазии.
Она набирает номер, от которого уже отвыкли ее пальцы.
– Мне кажется, в такой ситуации может помочь только специалист…
– В какой ситуации? – спрашивает Влад, узнав ее хриплый голос.